Нефть России и глобализация: выбор парадигмы развития

Как отмечает директор Института сравнительной политологии РАН Г.Ю. Семигин, мир вступает в эру глобализации неравномерно и противоречиво, что сказалось с

Нефть России и глобализация: выбор парадигмы развития

Статья

Разное

Другие статьи по предмету

Разное

Сдать работу со 100% гаранией

Нефть России и глобализация: выбор парадигмы развития

А.М. Мастепанов, доктор экономических наук, Ю.К. Шафраник, кандидат экономических наук

Глобализация как отражение дальнейшего технологического развития и развития социальных институтов на рубеже XX-XXI вв. затронула самые различные стороны общественной жизни. Начавшись с устранения барьеров в международной торговле и более тесной интеграции национальных экономик, она открыла дорогу к формированию единого (или общепланетарного) экономического и информационного пространства, к формированию качественно новой системы международного разделения труда.

1 Имеющиеся расчеты свидетельствуют о том, что Россию от стран лидеров (Великобритании, США, Австралии и др. отделяет сегодня дистанция в 40...60 лет.

Практически перед каждой страной встает проблема поиска своего места в этой новой системе. Особенно остро она встает перед Россией и государствами, образовавшимися на территории бывшего СССР, которые в своем экономическом развитии значительно отстают от стран лидеров экономического роста1. Советский Союз в силу известных причин был не только практически оторван от мировой системы рыночных отношений, но и не участвовал в формировании тех «правил игры», которые в ней господствуют. Система была сформирована и отлажена без учета его интересов и, соответственно, новой России.

2 Cтиглиц Джозеф Юджин. Глобализация: тревожные тенденции. /Пер. с англ. и примеч. Г.Г. Пирогова. М.: Мысль. 2003.

На объективно нелегкие проблемы поиска и выбора, «игры на чужом поле по чужим правилам» накладывают отпечатки несовершенство и двойные стандарты этих «правил», специфические особенности сложившихся систем международного разделения труда и рыночных отношений, систем, в которых доминируют интересы, прежде всего, высокоразвитых государств. Это касается и условий международной торговли, и ценообразования на сырьевые товары и готовую продукцию, правил функционирования международных финансовых институтов и других аспектов взаимоотношений между странами и народами. Выдающийся американский экономист, лауреат Нобелевской премии Джозеф Юджин Стиглиц, характеризуя развернувшуюся глобализацию, отмечает: «Западные страны подтолкнули бедные страны к ликвидации торговых барьеров, сохранив при этом свои собственные... Запад так продвигал программу глобализации, чтобы обеспечить себе непропорционально большую долю выгод за счет развивающихся стран... Если посмотреть на "условия торговли" цены, которые развитые и менее развитые страны получают за свою продукцию, после последнего (восьмого) торгового соглашения 1995 г., то оказывается, что чистый эффект заключался в снижении цен для ряда беднейших стран относительно того, что они вынуждены были платить за свой импорт. В результате положение ряда беднейших стран фактически ухудшилось»2.

Это высказывание Д.Ю. Стиглица в полной мере относится и к России, которая, встраиваясь в сложившиеся системы международного разделения труда и рыночных отношений, должна все эти особенности знать и учитывать, особенно если стоит задача не просто найти свое оптимальное место в будущей мировой экономике, но и сократить сложившееся отставание от стран лидеров экономического роста. Кстати, как показывает директор Института экономики переходного периода Е.Т. Гайдар, отставание России от Германии и Франции (которые наилучшим образом подходят для сравнительной оценки, поскольку они, как и Россия, дважды за прошедшее столетие стали аренами мировых войн) по производству ВВП на душу населения было достаточно стабильным на протяжении примерно полутора веков. И трудно не согласиться с Е.Т. Гайдаром, когда он, говоря о реальной возможности сократить это отставание до 25 лет, до одного поколения, предостерегает: «Но нельзя исключить и другое. Российское общество может не справиться с важнейшей задачей выработать оптимальную стратегию своего развития в постиндустриальную эпоху. Российская элита может втянуться в опасные эксперименты. Тогда отставание от лидеров возрастет. Если наше общество проявит политическую волю и мудрость, извлечет уроки из ошибок, допущенных более развитыми странами, дистанция сократится. Глобальное экономическое развитие, на фоне которого нашей стране придется вырабатывать собственную национальную стратегию, не детерминировано, его будущая траектория не очевидна».

В настоящее время место России в международном разделении труда определяется, прежде всего, ее сырьевыми отраслями нефтяной и газовой, металлургией, особенно цветной, лесной промышленностью. В частности, именно продукция нефтяной отрасли является основой современного российского экспорта, занимая в нем 30-35%. Но сможет ли нефтяная отрасль и дальше сохранять свое ведущее для России место в условиях глобализации? И может ли Россия, опираясь на экспортно-ориентированную нефтяную отрасль, преодолеть в условиях глобализации отставание от мировых экономических лидеров?

Ответы на эти вопросы можно найти, лишь проанализировав весь комплекс экономических аспектов глобализации и возможностей нефтяной отрасли.

Глобализация. Чего ждать России?

Как отмечает директор Института сравнительной политологии РАН Г.Ю. Семигин, мир вступает в эру глобализации неравномерно и противоречиво, что сказалось с самого начала перехода России к рыночным отношениям. Уже упоминавшийся выше Д.Ю. Стиглиц констатирует, что для России переход к рынку открывал большие возможности: «Россия богатая страна. Хотя три четверти века коммунизма лишили ее население понимания принципов рыночной экономики, но в наследство они оставили высокий образовательный уровень, особенно в технических областях, важных для новой экономики. В конце концов, именно Россия были первой страной, пославшей человека в космос... Сокращение военных расходов, которые поглощали огромную долю ВВП, когда СССР еще существовал, обеспечивало даже еще больший запас возможностей для повышения жизненного уровня. Вместо этого жизненный уровень в России и во многих других восточноевропейских странах, переходивших к рынку, снизился». И среди основных причин такого хода событий он называет глобализацию, а вернее, методы ее реализации, и в частности, давление на правительство России со стороны США, Всемирного банка и МВФ, требовавших скорейшей приватизации. Давление, в результате которого не только были отданы за бесценок принадлежавшие государству активы, но и отданы до того, как была организована эффективная налоговая система. В частности, МВФ основной инструмент глобализации, подтолкнул правительство России к открытию капитального счета, обеспечиваюшего свободный поток капитала, в целях сделать страну более привлекательной для иностранных инвесторов, но на деле это привело к бегству денег из России.

Следует также понимать, что США, претендующие на безусловное лидерство, предложили мировому сообществу свое понимание глобализации, отличное от первоначальных замыслов ее идеологов. Не считаясь с исторически сложившимся многообразием мира, традициями и национальными особенностями стран, представляющих иные, незападные цивилизации, США навязали глобализирующемуся миру свои «правила игры» и модели. Как подчеркивает Г.Ю. Семигин, финансово-экономический глобализм США начинает переходит в военный глобализм с прямым использованием военного насилия. Примеры такого перехода известные события в Югославии и Ираке.

Анализируя основные тенденции развернувшейся глобализации и методы, которыми она проводится в жизнь, Д.Ю. Стиглиц приходит к следующим, важным для нас, выводам:

глобализация, в том виде, в котором она развивается, все больше и больше выражает не мировые экономические интересы, поддержание стабильности, а глобальные финансовые интересы ведущих развитых государств, интересы финансового сообщества стран «большой семерки»;

международные институты, управляющие глобализацией (МВФ, Всемирный банк и ВТО), создали правила, узаконивающие или навязывающие такие, мягко говоря, спорные меры, как либерализация рынков капитала, необходимость проведения политики сокращения бюджетных дефицитов, повышение налогов или процентных ставок, которые ведут к сжатию экономики;

глобализация, управляемая международными институтами, отрицает саму возможность иных, альтернативных вариантов стратегий развития, отличных от «американской модели»; она сама по себе не является ни хорошей, ни плохой, в ней заложена огромная сила делать добро. Так, в странах Восточной Азии, принявших глобализацию на своих собственных условиях и придавших ей свой собственный темп, она принесла огромную пользу.

Таким образом, сделаем основной вывод: глобализация мощное оружие в борьбе за место своей страны в мировом сообществе, но им, как и всяким оружием, еще надо научиться пользоваться.

Глобализация рынков энергетических ресурсов

3 Шaфpaник Ю.К. Нефтяная промышленность в системе национальной экономики и геополитики России. М., 2004.

4 Мастепанов A.M., Шафраник Ю.К. Актуальные задачи нефтяной промышленности России. «Мировая энергетическая политика», № 9, 2003.

Глобализация мировых энергетических рынков является закономерным этапом их эволюционного развития. Как было показано3, рынки энергоресурсов, будучи вначале однопродуктовыми и локальными, эволюционировали со временем в сторону региональных и мировых рынков отдельных энергоресурсов (например, нефти) и региональных рынков энерготоваров или энергетических рынков (например, европейский рынок электроэнергии и газа).

Конечной целью развития энергетических рынков является формирование глобального энергетического пространства с едиными правилами «игры». И кто эти правила установит, тому легче будет и «играть». Поэтому уже сейчас, за многие годы до того, как такое пространство будет сформировано, идет борьба за будущие ключевые позиции на нем

Похожие работы

1 2 3 4 5 > >>