Н.Бердяев о человеке («Экзистенциальная диалектика божественного и чело-веческого»)

В критике откровения огромное значение имеет проблема отношения откровения к истории. Христианство есть откровение Бога в истории, а не в

Н.Бердяев о человеке («Экзистенциальная диалектика божественного и чело-веческого»)

Информация

Философия

Другие материалы по предмету

Философия

Сдать работу со 100% гаранией
него не есть объект, не есть предмет. Бог есть Дух. К тайне Духа нельзя приобщиться ни в какой объективации.

В критике откровения огромное значение имеет проблема отношения откровения к истории. Христианство есть откровение Бога в истории, а не в природе. Бог вступает в историю, в историю вступает метаистория. Явление Иисуса Христа есть явление историческое, это исторический факт во времени. Но этим создается наиболее сложная проблема, которая обострена библейской критикой, научно-историческим исследованием христианства. «Христианство образовалось и кристаллизовалось, когда доверчиво принимали мифы и легенды за реальности, когда еще не существовало исторической критики и исторической науки». Бердяев спрашивает себя: « Может ли моя вера, от которой зависит мое спасение и вечная жизнь, зависеть от исторических фактов, которые подлежат оспариванию? Может ли моя вера сохраниться, если историческое исследование, благодаря новым фактам и материалам, научно докажет, что фактов, о которых повествует Священное писание, не было, что это не исторические события, а мифы, легенды, теологические учения, созданные верующей христианской общиной?» Эти вопросы показывают, что понятие исторического откровения противоречиво и есть порождение религиозного материализма, соответствует уже пройденным ступеням откровения. Существует лишь духовное откровение, откровение в Духе, историческое же откровение есть символизация в феноменальном историческом мире событий, происходящих в нуменальном историческом мире. «Но вся тайна в том, что нуменальные события прорываются и вступают в мир феноменальный, метаисторическое прорывается и вступает в мир исторический, нет абсолютного разрыва между этими двумя планами». Историчность, по Бердяеву, имеет положительный и отрицательный смысл. Все существующее, все живое исторично, имеет историю. Историчность указывает на возможность новизны. И вместе с тем историчность указывает на относительность и ограниченность. Историчность искажает. Историзм не знает смысла. Лишь мессианское сознание конструировало историческое и делает возможным раскрытие смысла истории. Мессианское сознание ждет откровения в грядущем явлении, сообщающем высший смысл истории, явление Мессии и мессианского царства.

Так же, по Бердяеву, критика откровения должна раскрыть, что привносится в откровение человеком. По его мнению самое большое заблуждение исторического христианства связано с сознанием, что откровение закончено и ждать больше нечего. Религиозный спор, в сущности, ведется вокруг вопроса о возможности нового откровения и новой духовной эпохи. Все остальные вопросы второстепенные. Новое откровение совсем не является новой религией. Оно восполнение и завершение христианского откровения, доведение его до подлинной вселенскости, которой ещё нет. Бердяев считает, что откровения духа нельзя просто ждать. Оно зависит и от творческой активности человека. Его нельзя понимать лишь как новое откровение Бога человеку, оно есть также откровение человека Богу. Это значит, что оно будет богочеловеческое откровение. Преодолевается в Духе разделение и противоположение божественного и человеческого при сохранении различения. Это есть завершение мистической диалектики божественного и человеческого. Это есть также конец объективации.

Бердяев считает, что вселенская религия - это религия Духа, очищенного от порабощающих наслоений. Духа Святого, наполненного откровением и освобожденностью. Человек есть смешанное существо. В нем есть соединение творения и Творца, материи, бессмыслицы, хаоса с творящим, созидающим образы нового. Творчество в мире есть как бы восьмой день творения. Новая жизнь, новая эпоха Духа предполагает тотальное изменение человека, а не отдельной стороны его. Это моральное, интеллектуальное, эстетическое и социальное изменение. Это прежде всего появление новых душ. Не будет специально религиозной стороны жизни, но вся жизнь должна стать религиозной. Лишь духовно человек независимое существо, биологически и социально он зависит от природы и общества. Наступление новой эпохи Духа, предполагает изменение человеческого сознания, новую его направленность. Это и есть революция сознания. Мифы, легенды, догматы будут теперь представляться в ином свете в зависимости от ступеней сознания. «Религия Духа будет религией совершеннолетия человека, выходом из детского и отроческого возраста». Апокалипсис в откровении Духа так же по-другому будет восприниматься. Апокалипсис религии Духа будет изображать конечные судьбы человечества как богочеловеческое творческое дело, как совместное дело Бога и человечества. То, что индивидуально произошло в Богочеловеке, должно будет произойти в богочеловечестве. Это и будет третье откровение Духа.

Бердяев утверждает, что мы еще не входим в эпоху Духа. Чтобы попасть в эту эпоху свободы необходимо преодолеть эпоху богооставленности, эпоху страдания и тьмы. Это и будет завершение мистической диалектики Троичности «Мы трагически изживаем обездушивание и опустошение природы, как бы исчезновение космоса (открытия физики); обездушивание и опустошение истории (Маркс и исторический материализм); обездушивание и опустошение души (Фрейд и психоанализ); конец войны и революция обнаруживают страшную жестокость, гуманность меркнет. Творец как бы уходит из творения. Он присутствует в нем лишь инкогнито (любимое выражение Киркегарда). Но все это может быть понято как диалектический момент в раскрытии Духа и новой духовной жизни. Нужно умереть, чтобы ожить. Происходит распятие человека и мира. Но последнее слово будет принадлежать Воскресению».

Проблема эсхатологическая есть последняя проблема в диалектике божественного и человеческого.

Бердяев сам говорит, что весь ход мыслей этой книги ведется к проблеме конца. Причем не как одной из проблем в числе других, а как к проблеме всеобъемлющей и главной. Парадоксальное противоречие в том, что мыслят конец времени, конец истории в этом времени. В этом трудность истолкования Апокалипсиса. Конец истории нельзя мыслить ни в пределах нашего времени как событие «посюстороннее», ни вне исторического времени как событие «потустороннее». «Конец есть преодоление времени космического и времени исторического. Времени больше не будет. Это не конец во времени, а конец времени. Но время экзистенциальное, вкорененное в вечности, остается, и в нем-то и приходит конец вещей. Будет вхождение в новый эон. Это еще не вечность, которую тоже пытаются объективировать. Будет стерта резкая грань между посюсторонним и потусторонним».

Заканчивает Бердяев свою книгу тем, что провозглашает эпоху конца эпохой богочеловеческого творчества новой жизни и нового мира.

 

 

 

 

 

Список литературы.

1. Бердяев Н. Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого. М.: Фолио, 2003. 160 с.

2. Ефимова О.М. Проблемы свободы личности и творчества
в философии Н.А. Бердяева: [Электронный ресурс] / Ефимова О.М. Электрон.ст. Режим доступа к ст.: http://5ballov.ru/biblt/32.htm.

3. Макаров М.М. Бердяев: проблема человека, его назначения, оправдания его творчеством: [Электронный ресурс]. Электрон.ст. Режим доступа к ст.: http://bolshe.ru/biographia/b2.htm.

 

Похожие работы

< 1 2