Константиногорская крепость и Горячеводское поселение (историко-библиографическая справка)

При всём том, на Горячих Водах, по словам Радожицкого, при вьезде тогда стояли две пушки, лагерь пехоты и казачий пикет.

Константиногорская крепость и Горячеводское поселение (историко-библиографическая справка)

Статья

История

Другие статьи по предмету

История

Сдать работу со 100% гаранией
тах к жилищам некоторых благонамеренных кабардинцев… и к абазинским селениям, там живущим, им не принадлежащим, в намерении перегнать их во внутрь Кабарды..." (АКАК-Акты,т.2). О Трамовом ауле упоминают Гюльденштедт, Паллас, Киммель и др. исследователи Пятигорья. Кроме него, в этом районе, вблизи горы Бештау существовали еще Аджи-аул, Карма-аул, Найман-аул, Каррас, Арсланбег-аул. О них М. Ю. Лермонтов писал:

 

Давным-давно, у чистых вод,

Где по кремням Подкумок мчится,

Где за Машуком день встаёт,

И за крутым Бешту садится,

Близ рубежа чужой земли

Аулы мирные цвели.

 

Многие из них в дальнейшем перестали существовать. Их жители переселились частью за р. Кубань, частью за р. Малку. Об одном таком ауле поэт писал в поэме "Аул Бастунджи":

 

Между Машуком и Бешту, назад

Тому лет тридцать, был аул, горами

Закрыт от бурь и вольностью богат

Его уж нет.

 

Этот аул разделил участь других аулов. Его разрушили, как и соседние аулы, после 1804г., когда жившие здесь кабардинцы, отрезанные от остальной Кабарды, покинули свои жилища и удалились в горы. Конец всем аулам пришёл, однако, позже, после того, как по приказу генерала A. П. Ермолова в 1825 г. была учреждена Кисловодская коронная линия, воздвигнувшая барьер из казачьих станиц по течению Подкумка. До того времени Константиногорская крепость служила надёжным оплотом русских войск в "Бештовых горах". Это произошло после её основательной перестройки в 1793 г. Крепость имела командное положение, занимая возвышенный угол в луке р. Золотушки. Она лежала на единственном пути сообщения посылаемых из Анапы турецких эмиссаров для возбуждения мятежей против России в кабардинских горных аулах. В радиусе действия её пушек находилась переправа через Подкумок с удобным бродом через него. Своими очертаниями крепость напоминала удлинённую звезду и была так хорошо продуманна в фортификационном отношений, что обеспечивала стрельбу из пушек в равных направлениях. В случае необходимости все пушки могли открыть огонь по переправе. Северный, западный и восточный фасы крепости были устроены полным крепостным профилем, ширина рва достигала 10 метров и глубина составляла 2,5 м. Лишь только южный фас не имел рва, будучи приспособлен к природным обрывистым условиям. Её 10 угловых бастионов могли огнем пушек отражать нападение крупных, массированных сил противника не только лёгких и подвижных конных партий, но и турецкой пехоты и артиллерии.

Крепость занимала территорию около 12-15 тысяч квадратных метров. Её размеры в длину составляли до 300м., в ширину 225 м. Через трое ворот: Георгиевские (в направлении Георгиевска), Западные (в сторону Кислых Вод), Водяные (к р. Золотухе и Подкумку), крепость сообщалась с внешним миром. Внутри находились солдатские казармы, офицерские дома, служебные помещения. Казармы и офицерские дома были по стрелы из саманного кирпича и бревен, крыты камышом, имели досчатые полы и потолки. Вырытая в земле гауптвахта имела деревянные стены и покрытый землей турлучный потолок. Посреди крепости на плацу стояло приземистое здание крепостной церкви с казармой для больных егерей.

На Пятигорской курортной выставке еоть подлинный план Константиногорской крепости, составленный инженер-подпоручиком Мартыновым 2 июля 1802 г. Благодаря ему можно составить полное представление о внутреннем виде крепости. В северной части слева помещался дом самого командира-шефа 16-го Егерского полка генерал-майора Лихачёва, рядом с ним дом, занимаемый его людьми и плетневая кухня "для варения пищи" шефу полка. Несколько поодаль стоял дом, занимавшийся полковыми адъютантами. Ближе к Георгиевским воротам располагались гауптвахта, арестантская землянка, пороховой погреб. Вблизи находился собственный дом капитана Кузминского, занимавшийся после его смерти обер-офицерами. Был ещё отдельный дом для обер-офицеров и дом подполковника Асеева. В восьми солдатских казармах находились роты капитана Ахлебина, майора Курнатовского, капитана Мезинцева, генерала Лихачёва, майора Аманшина, линейная артиллерийская команда, больные егеря. Вне крепости размещались: полковой лазарет, обозный сарай, казарма полковых фурманов, плотничная и "ложная" (для ружейных лож) мастерские. За чертой крепости, ближе к Подкумку и Водяным воротам находился солдатский посёлок из землянок и маркитантских домов будущая Константиногорская слободка.

Еще более выразительна редкая акварель Д. М. Геевского (ока была помещена в "Огоньке" за 1941г., №7). Акварель рисует вид крепости со стороны Подкумка. На первом плане открытые Водяные ворота и солдаты, гонящие на водопой овец, ров, крепостной вал и угловой бастион со стоящей на лафете пушкой и часовым возле неё. На плацу шеренга солдат. Посреди плаца церковка с крестом на ней и незатейливая казарма. В глубине ряд казарм, офицерские дома под камышовыми крышами. Зa крепостью льётся речка Золотушка (по-кабардински Золтух), а на заднем плане примыкающие к подошве Бештау покрытые лесом холмы.

Крепость на рисунке живёт обычной жизнью. Солдат на коромысле несёт ведра с водой. Офицер о чём-то говорит с женщиной. По плацу бредет стая гусей. Возле распряжённой телеги видна жущая траву лошадь. За рогатками у штабного дома, возле будки стоит часовой с ружьём. За казармами, церковью и домами уже появились высокие деревья.

Любопытны сведения о крепости, помещенные в "Словаре географическом Российского государства, собранном Афанасем Щекатовым" (т. 3,М., 1804): "Константиногорская крепость, Кавказской губернии, в Егорьевском уезде, построена у самих Бештовых гор, на речке Подкумке, от Куманского редута в 27 верстах расстоянием. Крепость сия укреплена довольно и снабжена пристойным числом артиллерии. В ней расположен 16 Егерьский полк штаб-квартирою и назначено быть одному баталиону егерей. От сей крепости на осмидесятивёрстном расстояния протянуто несколько передовых казачьих постов, которые примыкают к казачьему ж посту у Соленого брода на р. Малке состоящему… Из баталиона ж назначенного в Константиногорском укреплении определина одна рота быть в Кисловодском редуте".

Первоначально в стенах крепости находили пристанище и убежище первые посетители Горячих Вод. Первые лучи солнца едва озаряли вершину Бештау и в стенах крепости ещё не били утренней зори, а на плацу уже начиналось оживлённое движение. Слуги готовили к упряжке экипажи, дворовые девки укладывали в них господские пожитки. Команда егерей, наряженная сопровождать посетителей, выстраивалась на плацу, линейные казаки седлали коней. Открывались Георгиевские ворота и необычные караван возков, карет, бричек и дрожек в сопровождении конвоя начинал каждодневное движение к минеральным ключам. Утром, на зорьке больные отправлялись к Горячему источнику и там пронимали серные ванны, а на ночь снова возвращались в стены крепости". В моё время, писал в записках С.А.Тучков (СПБ,1908), посетивший Воды в конце ХVIII в., - воды сии мало были отработаны, исключая несколько купелей по скату горы… Они высечены были в камне, составляющем саму гору, из которых над двумя только было построено из досок что-то вроде небольших бань или теплиц. Кроме этого и всходов на гору, ничего другого не было сделано. И это было устроено собственными иждивением начальников Константиногорской крепости, без всякой помощи от правительства". Вновь возникший у Горячей горы курорт еще долго оставался диким и неблагоустроенным. Только в 1809 г., по приказу генерала Фелькерзама, построили у Горячего источника две новых купальни. Военное начальство Кавказской линии принимало все меры к охране посетителей вод. На всех высотах стояли казачьи пикеты, на вершине Горячей горы воздвигли Оборонительную линию. Однако и горцы, не раз вторгаясь в Пятигорье, держали в страхе жителей Константиногорской крепости и угрожали нередко ей самой. Командующий Кавказской линией Булгаков доносил в мае 1810 г. главнокомандующему А. П. Тормасову: "Во время настоящего моего пребывания с войсками в Кабарде, дошли до меня слухи, что полковник князь Измаил Атажуков из своих подвластных и разной сволочи самовольно начал устраивать по близости Константиногорска в Бештовогорских лесах кош, по примеру прошлогоднего, который, так как и прежде сего было, убежищем служит людям неблагонамеренным. Поставляя себе главною обязанностию всякое зло при самом начале оного истреблять, я за нужное почел предписать 15-го Егерского полка полковнику Курнатовскому кош сей, похожий не на что иное, как на гнездо хищников, вовсе уничтожить (Акты, т. IV)”. В октябре того же года Булгаков сообщал о новой попытке Измаил-бея приступить к поселению между Горячими водами и постом Лысогорским. Пришлось рассеять собравшихся, так как это поселение "пристань хищникам, которые сокрываться тут всегда могут". Этот год для крепости прошёл в большом напряжении. Сохранившиеся до недавнего времени эпитафии на могильных плитах бывшего кладбища Константиногорской крепости (возле кургана) свидетельствовали о сильных сражениях, проходивших с 8 по 12 августа 1810г. Судя по могильным надписям в них погибло несколько офицеров из крепостного гарнизона. Позже в одно из нападений горцы угнали артиллерийских лошадей.

По мере роста посетителей, становилось всё более труднее размещаться им в Константиногорской крепости, состоявшей из двойного ряда домиков числом до 30. Немногие из них были деревянными, большинство из них были простыми мазанками, турлучными балаганами о самой скудной мебелью. Отсутствие жилья в слободке и неудобство ежедневного странствования из крепости к Горячей горе заставило обратить взоры на Горячеводскую долину, многие посетители на время "курса" стали располагат

Похожие работы

<< < 1 2 3 4 5 6 > >>