"Повелитель приключений"

Берроуз много и охотно читал, в круг его чтения наверняка входили и популярные журналы, так что он вполне представлял, произведения

"Повелитель приключений"

Сочинение

Литература

Другие сочинения по предмету

Литература

Сдать работу со 100% гаранией
достаточно быстро обрастает множеством деталей, чтобы сойти за хорошо прорисованный фон приключенческого романа.

Но в центре внимания читателя и автора, конечно, остается не Барсум, а сам Джон Картер. Обнаженный человек в незнакомом мире, человек, лишенный привычного оружия и привычной защиты, человек, который может рассчитывать только на свои физические и нравственные силы. Человек, который преодолевает все трудности, так как оказывается в состоянии приспособиться к чуждому ему миру...

Обратите внимание, как прекрасно история Джона Картера иллюстрирует идею приспособляемости. Романы Берроуза предельно материалистичны он и на самом деле был последовательным материалистом, а с купленной в 1890-х годах книгой Дарвина "Происхождение видов" не расставался, говорят, до самой смерти. Фриц Лейбер как-то попытался в ранней статье "Джон Картер: меч теософии"связать творчество Берроуза с теорией Елены Блаватской, но сам Берроуз так часто демонстрировал в своих книгах пренебрежение всякими умозрительными теориями, что построения Лейбера никто не счел нужным опровергать они просто не получили никакого продолжения.

Зато мысль о бесконечной приспособляемости человека получила развитие и определенную законченность во втором романе Берроуза. "Тарзан" стал самым известным произведением Э.Р.Б., превзойти успех которого писатель так и не смог.

И все же сначала еще несколько слов о приключениях Джона Картера.

О первом романе "марсианской трилогии" (в 1917 году роман вышел отдельной книгой под названием "A Princess of Mars" "Принцесса Марса") часто повторяют как минимум две весьма распространенные глупости. Первая это роман "о полете на Марс". Вторая это одна из первых "космических опер". Ни то, ни другое в принципе не верно.

Понятие "космической оперы" претерпевало довольно заметные изменения на протяжении десятилетий, однако возникло оно лишь в начале 30-х годов и в связи с совершенно другим типом фантастических произведений космической версией "лошадиных опер", то есть вестернов. Что же касается темы "полета на Марс", то никакого полета, строго говоря, герой Берроуза не совершал...

Собственно, гораздо больше оснований считаться "марсианскими пионерами" у героев романов Перси Грега "Через Зодиак" (Percy Greg, "Across the Zodiac", 1880), Роберта Кроми "Прыжок в космос" (Robert Cromie, "A Plunge into Space", 1891) и Элсуорта Дугласса "Брокер фараона" (Ellsworth Douglass, "Pharaoh's Broker", 1899) персонажи этих книг достигли Марса на космических кораблях куда раньше, чем туда прибыл герой Берроуза. Среди "марсианских" предтеч Джона Картера есть и еще один, самый таинственный. В 1905 году была опубликована книга Эдвина Лестера Арнолда "Лейтенант Гулливар Джонс: Его каникулы" (Edwin Lester Arnold, "Lieut. Gullivar Johnes: His Vacations"), которая вышла только в Великобритании и не имела никакого успеха. Казалось бы, книга Арнолда вряд ли могла попасть в руки Берроуза, однако совпадения сюжета "Каникул Гулливара Джонса" с "марсианской трилогией" о Джоне Картере местами просто поразительны. Гулливар Джонс, лейтенант армии США, попадает на Марс без всякого космического корабля его доставляет туда случайно найденный на улице волшебный ковер.

Лейтенант неосторожно пожелал оказаться "ну хоть на Марсе" и ковер немедленно исполнил его желание, предварительно герметически упаковав героя. На Марсе Джонс обнаруживает некогда могущественную, а ныне гибнущую древнюю цивилизацию, терзаемую набегами варваров. Джонс влюбляется в местную принцессу, отправляется в поход по "Реке Мертвых" к полюсу Марса, а по возвращении узнает, что его возлюбленная находится в руках варваров. Конечно, лейтенант освобождает ее и отправляется вместе с ней в Нью-Йорк на том же ковре-космолете... В другой книге Эдвина Арнолда - "Фра-финикиец" ("Phra the Phoenician", 1890) - описан бессмертный герой, который на протяжении тысячелетий раз за разом возвращается к жизни в образе тридцатилетнего солдата, в совершенстве владеющего мечом. "Нет никаких свидетельств, - пишет Ричард Лупофф, - что Берроуз читал книги Арнолда и был поклонником его творчества, однако даты издания книг и содержащиеся в книгах совпадения определенно дают повод для размышлений".

Сходство посылки второго романа Берроуза с киплинговской "Книгой джунглей" могло бы вызвать сходные нарекания, однако Тарзан настолько не похож на Маугли, что даже у ярых нелюбителей творчества Э.Р.Б. язык не поворачивается обвинить его в каком бы то ни было заимствовании. И потом, время уже рассудило и героев, и их авторов Киплинг умер нобелевским лауреатом по литературе, зато книги Берроуза издавались немыслимыми тиражами. Маугли остался героем сказки, а Тарзана Берроуз - а затем и его эпигоны - отправил в бесконечный поиск приключений. Популярность Тарзана не нуждается даже в констатации. Если вы не читали романы о Тарзане, вы видели фильмы о нем, если случайно не видели фильмы вам наверняка попадался по телевизору подростковый телесериал или диснеевский мультфильм... Американцы, конечно, добавят в этот список нескончаемые серии комиксов. Так или иначе, Тарзан стал одним из самых популярных образов массовой культуры XX века.

Затем он работал продавцом в Покателло, штат Айдахо, на золотых приисках в Орегоне, полицейским в Солт-Лейк-Сити, клерком в чикагских конторах, бухгалтером, коммивояжером, безуспешно пытался уехать в Китай инструктором по верховой езде и думал даже снова завербоваться в армию. А началось все это безумие в том же самом 1912 году. В октябрьском номере "All Story" этот роман был опубликован целиком под названием "Tarzan of the Apes".

"Я писал его от руки на оборотах использованных бланков и на других случайных листках, которые попадались мне под руку, - вспоминал Берроуз. - Я не считал роман особенно хорошим и сомневался, что его удастся пристроить. Однако Боб Дэвис [Роберт Хобарт Дэвис (Robert Hobarth Davis) - один из самых известных редакторов концерна Munsey's Magazines, который во многом определял политику и облик pulp-журналов 10-х годов С. Б.] оценил его коммерческий потенциал довольно высоко и прислал мне чек, кажется, на 700 долларов..."

Если во время работы над "Принцессой Марса" Берроуз еще только приобретал навыки литературного ремесла, то в "Тарзане" его талант Повелителя Приключений раскрылся в полную силу. Роман читался тогда и читается сейчас с неубывающим интересом читается не только как каскад захватывающих адвентюр, но и как гимн человеческому разуму, силе человеческого духа. Безусловно, это сказка но временами она поражает неожиданными поворотами вполне современной мысли, идеями, которые парадоксально применимы в реальных обстоятельствах.

Например, все, что касается обретения Тарзаном способности общаться с другими людьми сначала он научился выражаться письменно (фантастика, чистая фантастика, даже не научная), затем волею обстоятельств научился читать английский текст по-французски, затем перешел и на английский язык... Все эти трюки парадоксально отражают реальные сложности, возникающие при развитии коммуникативности детей в современном многоязычном социуме. Сейчас дети нередко учатся сначала распознавать английские вывески магазинов и лишь потом соотносят эти знания с русским алфавитом; они существуют сразу в нескольких языковых потоках, и с ростом информационной связности мира мы все чаще и чаще будем наблюдать "тарзан-эффекты" результат воздействия на ребенка сложной языковой среды.

Берроуз, осознанно или нет, провел над Тарзаном мысленный социокультурный эксперимент конечно, на уровне знаний своего времени. Он постулировал, что благородство изначально присуще человеку (обычное грустное заблуждение уроженца романтического девятнадцатого века, заблуждение, безжалостно растоптанное веком двадцатым) и что человек может приспособиться к обстоятельствам почти любой сложности.

Вряд ли можно рассматривать как подтверждение его правоты, скажем, существующие методики обучения глухонемых с рождения людей звуковой речи но и отрицать, что это чудо в чем-то сродни "самообразованию" человека-обезьяны, тоже не стоит. Скорее всего, создатель Тарзана даже отдаленно не имел в виду ничего подобного, однако разве не служит сама принципиальная возможность таких методик подтверждением главной идеи, которой роман просто сочится, преклонением перед бесконечной гибкостью человеческого сознания, его неограниченными возможностями?

Однако, несмотря на то, что в этом романе при желании можно обнаружить и другие небезынтересные концепции, "Тарзан" был и остается прежде всего произведением развлекательным. Если Жюль Верн использовал форму фантастико-приключенческого романа для создания познавательного текста, если Герберт Уэллс использовал фантастические посылки для художественного исследования новых социальных и философских концепций, то Берроуз главной своей целью считал развлечение читателя. В его книгах не было назидательности - но не было и мелочного желания подстроиться под вкусы публики. Он удачно "попал" в ту самую манеру, которой ждала от журналов их аудитория.

Читатель был готов к появлению Берроуза.

Читатель был готов платить за него деньги.

Но в этом следовало убедить еще и издателей.

Хотя Боб Дэвис приобрел для публикации в "All Story" второй роман о Джоне Картере, "Боги Марса" ("The Gods of Mars"), он отказался покупать "Возвращение Тарзана" ("The Return of the Tarzan"). Впрочем, роман сразу же удалось пристроить в журнал "New Story", издававшийся конкурирующим журнальным концерном &q

Похожие работы

< 1 2 3 >