Агрессия как интегральное явление

В структуре агрессивного поведения чувства являются той силой (экспрессией), которая приводит в действие и в той или иной мере сопровождает

Агрессия как интегральное явление

Статья

Социология

Другие статьи по предмету

Социология

Сдать работу со 100% гаранией
о есть начать творчески синтезировать «спорящие представления». Ведь в этом случае «собирательность», как образующее начало понятия «агрессия», была бы использована и при разработке теории, что в большей мере способствовало бы стыковке теоретических положений с практикой. Но, как бы то ни было, пришло время «собирать камни», причем не в «кучу», а системно, в пределах рационального. В этой связи попытаемся, прежде всего, совместить два дискурса: психологический и социально-философский, с тем, чтобы, опершись на выдающиеся теории агрессии, разработанные в различных областях знании, выйти на интегральное понимание данного феномена. Такой подход позволит исследовать агрессию как интегральное целое в контексте основных ее составляющих - поведенческих структур, формами которых будут отдельные акты агрессии. В этом случае мы сможем более эффективно, дифференцированно исполь-

зовать классические теории агрессии применительно к каждой ее составляющей. А значит и более действенно решать проблемы типологизации, управления и контроля агрессии.

Итак, начнем с 3. Фрейда, чье творчество стоит особняком в истории психологической науки. Собственно, он и создал парадигму агрессии, в русле которой развились гуманистическая, фрустрационная и др. концепции агрессивного поведения. 3. Фрейд сформулировал инстинктивистскую теорию агрессии как органическую часть своего психоаналитического учения. По Фрейду, поведение человека определяется множеством неосознаваемых инстинктов, среди которых он выделил две основные группы: инстинкт жизни (Эрос) и инстинкт смерти (Танатос). Они находятся в постоянном напряжении, противостоянии друг другу, как силы любви и вражды, созидания и разрушения, добра и зла. Инстинкт жизни служит самой жизни, ее сохранению, упрочению и развитию (размножению), что достигается за счет сексуальной энергии либидо. Инстинкт смерти служит мертвому, пытается разрушить организм, низвести его в состояние «неорганики», что отвечает естеству организма, стремящегося вернуться в свое первоначальное существование - неорганический мир. В борьбе двух сил - Эроса с Танатосом на помощь Эросу приходят другие психические структуры (механизмы смещения и др.), которые направляют разрушительную силу Танатоса от «Я» во вне, на других. Если инстинкт смерти вступает во взаимодействие с сексуальностью, то это находит выражение в садизме (причинение боли и страданий другому) и мазохизме (причинение боли и страданий себе). В повседневной жизни агрессия в своих мягких формах рассматривается скорее как разрядка напряжения и освобождение чувства тревоги, страха и беспокойства.

Таким образом, агрессивная энергия (импульс, влечение) как нечто «вмонтированное» природой в организм с целью его разрушения и возврата в состояние неопределенности, согласно Фрейду, проявляется в основном как действие агрессора (субъекта), наносящего вред другому (объекту, жертве агрессии). Эта разрушительная сила неудержимо стремится вырваться наружу, она не подчиняется воле человека, а, следовательно, и не управляется. Последнее обстоятельство существенно снижает в современных условиях эвристическую и практическую ценность теории агрессии Фрейда. Получается, что человек агрессивен по своей природе, и тут уж ничего нельзя сделать. С таким выводом можно согласиться по отношению лишь к инстинкту, как части агрессии, но в интегральном плане в агрессию входят и другие составляющие, посредством которых представляется возможным воздействие на нее в целях управления и контроля.

По мнению известного этолога К. Лоренца, человеческая агрессия точно так же, как и влечение у Фрейда, имеет биологическое происхождение, питается из постоянного энергетического источника и не всегда является результатом реакции на некое раздражение. Однако у Лоренца агрессия - это не инстинкт разрушения, а движущая сила борьбы за выживание и адаптацию организма к социальной среде. Если так, то как тогда быть с разрушительными войнами, с массовой жестокостью и насилием? Сам ученый связывает это с нарушением функций инстинкта агрессии, который в принципе должен был бы поддерживать жизнь, а он ее разрушает. И виной тому, считает Лоренц, являются издержки культуры, которые давят на человека и не дают осуществляться естественному выходу агрессивной энергии. Решение этой проблемы он видит в разрядке агрессивности на замещающий объект. «Переориентирование агрессии, - подчеркивает К. Лоренц, - это самый простой и самый многообещающий способ обезвредить ее. Она довольствуется замещающими объектами легче, чем большинство других инстинктов, и находит в них полное удовлетворение» [4, с 235].

Если Лоренц прав, то среди спортсменов, к примеру, не должно быть насильников, ведь они имеют возможность в спортивных тренировках и состязаниях давать выход своей агрессивной энергии естественным путем. Увы, это не так (спортивные навыки все чаще используются в рэкете), а значит, одних усилий по переориентированию агрессии будет явно недостаточно, чтобы искоренить насилие.

Обстоятельному анализу феномен агрессии подвергнут в работе Эриха Фромма «Анатомия человеческой деструктивности». Исследование агрессии в ней ведется комплексно, с широких социально-философских позиций и с использованием новейших данных нейрофизиологии, психологии животных, палеонтологии и антропологии. Фромм пытается преодолеть ограниченность различных психоаналитических, психологических и социобиологических концепций. Философ занимает примирительную позицию по отношению к двум основным парадигмам агрессии - инстинктивистской, возводящей все разрушительное в человеке к животному началу, и бихевиористской - выводящей деструктивность из социальной среды. Человек - существо биосоциальное, он одновременно и биологический индивид, и личность как представитель конкретного социума. Отсюда, действительно, было бы верно агрессивное поведение связывать с двумя началами: врожденным (внутренним) и социальным (внешним), рассматривая это как принцип в исследовании агрессии. В этой связи Фромм предлагает различать два совершенно разных вида агрессии: доброкачественную (оборонительную) и злокачественную (деструктивную, жестокую). Первый вид роднит человека с животными и выполняет биологическую функцию защиты организма; второй - деструктивность - присущ только человеку и является продуктом социума. Фромм особо подчеркивает, что только человек является убийцей, в отличие от животных. Он обоснованно вводит такие понятия как «биофилия» и «некрофилия». Биофил стремится ко всему живому, растущему, а некрофил - к мертвому, механическому, разлагающемуся. Яркий пример некрофила - Гитлер, чья деструктивная личность подробно анализируется в данной работе.

Предложенные Фроммом понятия теории агрессии обладают высокой эвристической способностью и весьма ценны при решении задач структурирования и типологии данного феномена, однако, они мало что дают для разработки проблемы контроля и управления агрессией. Пути разрешения этой проблемы в большей мере определены в теории социального научения. Сторонники этой концепции, и, прежде всего, американский психолог Альфред Бандура, считают, что агрессия - это результат научения посредством простого наблюдения. Человек в процессе социализации видит, наблюдает и берет на вооружение образцы агрессивного поведения. Используя их как инструменты целедостижения, человек надеется получить желаемое или избавиться при необходимости от неприятного и даже опасного. В таком понимании агрессия представляется нам более управляемой. Ведь с «вывихами» социализации, если они есть, можно что-то делать и как-то бороться. В то время как с «плохими» генами пока ничего не поделаешь, их просто нельзя изменить (сегодня это все еще находится за пределами возможного).

Сторонники бихевиористских теорий, а они ближе всех подошли к исследованию социальных практик агрессии, считают, что агрессия, как и другие формы поведения, является благоприобретенной и определяется взаимодействием человека и среды. Так, в фрустрационной теории Д. Долларда утверждается, что агрессивное поведение возникает как реакция на фрустрацию (блокирование целедостижения) и, следовательно, фрустрация, как правило, равняется ожидания минус достижения... Она усиливается, когда наши цели имеют сильную мотивацию, когда мы ожидаем получить «нечто», а нам чаще всего достается «ничто». Если исходить из этой теории, то в современной России, скажем, все пенсионеры сплошь и рядом будут фрустрированы. Потому что они ожидали по праву иметь в старости безбедную жизнь, а получили жалкое существование. Однако фрустрация - это не просто депривация, лишение чего-то, а результат, как утверждают социальные психологи, сравнительной депривации. Только сравнение с чем-то может способствовать обращению фрустрации в агрессию. Если, к примеру, наш пенсионер, проработавший всю жизнь во благо общества, сравнит свою жизнь с материальными возможностями молодого менеджера, преуспевающего на ниве посреднических услуг, то, надо полагать, что на этом, печальном для него фоне, дремлющие силы, вызванные фрустрацией, могут при известных обстоятельствах перейти в «ползучую» агрессию (раздражение, неприязнь, злобный взгляд) или

косвенную (клевета, сплетни и пр.). Для других, более активных форм агрессии (например, физической) у нашего пенсионера просто не будет сил.

Следует также отметить, что в отдельных случаях фрустрация вообще ведет к состоянию дремлющей агрессии. Так, сталкиваясь на рабочем месте с блокированием возможностей служебного роста, не получая ожидаемого повышения, человек болезненно реагирует на несправедливость со стороны руководства. В такой ситуации он может впасть в состояние так называемого «карьерного анабиоза», для которого характерны самозастой, отсутствие всякого желания что-либо делать в плане трудовой активности. При определенных обстоятельствах такой

Похожие работы

< 1 2 3 4 5 6 > >>