Использование специальных знаний в уголовном процессе (криминалистический аспект)

Дипломная работа - Юриспруденция, право, государство

Другие дипломы по предмету Юриспруденция, право, государство

Для того чтобы скачать эту работу.
1. Подтвердите что Вы не робот:
2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



ледователей назначали экспертизы по правовым вопросам - в области интеллектуальной собственности и при расследовании должностных преступлений.

Однако получается, что если мы признаем специальными в уголовно-процессуальном смысле также знания в области криминалистики, правовой психологии, уголовного права, уголовного процесса и др. юридических дисциплин, преимущественно преподаваемых в высших учебных заведениях студентам уголовно-правовой специализации, тем самым мы нивелируем всю суть процессуальной фигуры следователя (дознавателя), сведя его функции к современному менеджеру-управляющему, ответственному лишь за организационную часть работы, но не за ее информационное наполнение.

Очевидной альтернативой введению правовых экспертиз является повышение квалификации следственных, прокурорских и судейских кадров. Поскольку вопросы, предлагаемые к постановке на рассмотрение экспертов-юристов в рамках рассматриваемой экспертизы, не выходят за рамки профессиональных знаний адресата доказывания.

Следует полностью согласиться с Н.П. Яблоковым в том, что недостаточная технико-криминалистическая подготовка следователей может компенсироваться в ходе их практической деятельности, где они приобретают все необходимые навыки.

Указанное верно и в отношении приобретения навыков версионной, аналитической, организационной работы. В качестве компенсации плохой подготовки выпускников юридических вузов к самостоятельному осуществлению функций следователя предлагается также введение обязательной шестимесячной стажировки лиц перед назначением их на должность следователя. Одной из задач такой стажировки должно стать приобретение и закрепление практических навыков и умении, необходимых для следственной работы.

Такое предложение представляется более, чем обоснованным. К тому же в качестве основной причины недостаточной профессиональной подготовки юристов указывается в корне неправильное их обучение, где в отличие от зарубежной практики, готовят юристов широкого профиля, а юрист широкого профиля это такая же профессиональная неопределенность, как и медик, инженер широкого профиля.

Но следует оговориться, что именно подготовка юристов широкого профиля зачастую предпологает умение разбираться не только в вопросах уголовного права или процесса, но и во всех проблемах, так или иначе связанных с применением правовых норм.

Совершенно иной аспект признания возможности существования правовых экспертиз представляет практика проведения экспертных исследований по вопросам соответствия действий лица техническим нормам, закрепленным в правовых актах.

Проблема соотношения правовой и технической нормы встает при расследовании преступного нарушения требований безопасности труда, автотранспортных происшествий, экологических преступлений, производства пожарнотехнических, строительных и иных экспертиз и пр. При корректной постановке вопросов, направляемых на разрешение судебной экспертизы, вопрос о правовой сущности проводимого экспертом исследования не поднимается. Так, перед экспертом должен ставиться вопрос о соответствии (несоответствии) определенных действий специальным правилам, а не об их нарушении. Вопрос о нарушении правил включает в себя волевой момент, разрешение которого относится уже к компетенции адресата доказывания, а не эксперта.

Другим аспектом в рамках проблемы введения правовых экспертиз является практика некорректной формулировки вопросов, направляемых на разрешение судебной экспертизы, влекущая к необоснованным выводам о том, что эксперты решают вопросы права. В зависимости от постановки предмета исследования проводимое исследование может необоснованно приобрести характер юридического.

Так, Е.И. Галяшина указывает, что с 1996-1997 в ряде ЭКП ОВД РФ проводятся исследования и консультации на предмет выявления признаков контрафактности аудио продукции. В соответствии с Соглашением между ГУ ЭКЦ МВД РФ и Российской Антипиратской Организации (РАПО) определены 24 базовых межрегиональных отдела ЭКП УВД, УВД, УВДТ и обслуживаемых ими органов внутренних дел. Сотрудники на основании баз данных, предоставляемых РАПО и IFPI (Международная Федерация Производителей Фонограмм), осуществляют письменные консультации по запросам правоохранительных органов о наличии признаков контрафактности представляемой на исследование аудио-продукции. Рекомендации по постановке эксперту на разрешение вопроса о наличии признаков контрафактности товара содержатся и в авторитетных методических рекомендациях.

Однако очевидно, что определение контрафактности спорных товаров - компетенция следователя, в то время как сведущее лицо призвано разрешить вопрос о наличии признаков несоответствия исследуемого объекта образцу.

Указанное верно и в отношении практики назначения лингвистической и психологической экспертиз, где на разрешение эксперта необоснованно ставятся чисто юридические (фактически вопрос о составе преступления) вопросы о наличии в представленных материалах клеветы или оскорбления, вопросы о наличии пропаганды насилия или призывов к насильственному свержению конституционного строя и другие подобные вопросы.

Таким образом, представляется необоснованным говорить о назревшей необходимости признать правовые знания специальными в уголовно-правовом смысле. Пробелы в знаниях следователей (дознавателей, прокуроров, судей) возможно устранить иным способом, помимо введения в уголовный процесс дополнительного субъекта - сведущего лица, на которое перекладываются обязанности доказывания и оценки юридических фактов. В частности, всегда существовала практика непроцессуальных консультаций у старших коллег, а также у юристов, работающих в иной сфере; необходимые знания и навыки адресата доказывания приобретаются и в непосредственной практической деятельности по раскрытию, расследованию преступлений.

Возможным решением проблемы могли бы также стать краткосрочные стажировки лиц, назначенных на должности следственных, прокурорских, судейских работников до того, как они непосредственно приступят к исполнению своих обязанностей.

Однако в связи с развитием общественной жизни, сопровождающимся расширением и детализацией ее правового регулирования, в отдельных случаях представляется возможным обращение за письменной консультацией юриста, работающего в иной сфере помимо правоохранительной деятельности, даваемой в форме заключения специалиста по вопросам, выходящим за рамки профессиональных знаний следователя. Применению в этом случае подлежат навыки и умения оперирования определенными правовыми нормами, институтами - практическая составляющая специальных знаний.

Глава 2. Особенностей применения специальных знаний в уголовном судопроизводстве

 

.1 Субъекты использования специальных знаний

 

В широком смысле субъектом использования специальных знаний при расследовании преступлений следует признать каждого участника уголовного процесса, поскольку, как было ранее показано на примере следователя, лицо может владеть любым объемом знаний из любой отрасли. Такие знания при их правильном использовании позволяют точно и грамотно выполнять возложенные на субъекта функции. Однако применять специальные знания при расследовании уголовного дела участник уголовного судопроизводства (не являющийся сведущим лицом), может лишь в познавательных целях, т.е. в непроцессуальной форме. Результат такого применения специального знания не может быть доказательством по уголовному делу. В случае необходимости процессуального закрепления результата такого применения подлежит приглашению сведущее лицо в порядке, установленном законом.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ прямо называет только двух субъектов, применяющих специальные знания в процессуальной форме при расследовании преступлений - это:

эксперт (ст. 57)

специалист (ст. 58).

Между тем ряд положений УПК РФ устанавливает обязательное участие судебно-медицинского эксперта, врача или иных специалистов в осмотре трупа и эксгумации (ч. 1, 4 ст. 178), а также участие врача или иного специалиста в производстве освидетельствования (ч. 3 ст. 179).

Лингвистический анализ норм позволяет установить волю законодателя на наделение судебно-медицинского эксперта (обозначение должности, профессии) и врача (обозначение профессии) процессуальным положением специалиста при производстве указанных следственных действий. Законодательное введение профессионального ценза (поименное обозначение профессии подлежащего приглашению сведущего лица), а также установление предпочтительности участия конкретного специалиста направлено на обеспечение более качественного производства следственного действия путем заведомого определения компетентности приглашаемого сведущего лица.

В качестве специалистов могут принимать участие в следственных действиях и представители иных профессий, занимающие должности экспертов в соответствующих учреждениях. Следует особо оговорить, что занятие должности эксперта не означает автоматическое приобретение такого процессуального статуса, и наоборот. Специалист по должности может проводить назначенную по уголовному делу судебную экспертизу, тем самым приобретая процессуальный статус эксперта. Так, в качестве специалиста практически всегда принимает участие в осмотре места происшествия эксперт-криминалист ЭКЦ МВД РФ.

Аналогичным образом в ч. 1 ст. 191 УПК РФ установлено обязательное участие педагога (обозначение профессии) при допросе несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля в возрасте до четырнадцати лет и по усмотрению следователя и при допросе потерпевшего и свидетеля в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет. Данное законодательное положение является весьма дискуссионным с точки зрения определения процессуального положения педагога, а соответственно его прав и обязанностей.

Педагог - это лицо, обладающее специальными знаниями в области педагогик