Аборт как центральная проблема биоэтики

  Библия. М.: изд-е Московской Патриархии, 1992. 1372 с. Биоэтический словарь: Учеб. пособие / Сост. В. А. Киселев.- 2-е изд.,

Аборт как центральная проблема биоэтики

Курсовой проект

Культура и искусство

Другие курсовые по предмету

Культура и искусство

Сдать работу со 100% гаранией
иями, поэтому мы приступаем к разработке нашей темы с рассмотрения религиозного подхода к проблеме аборта.

 

§ 1. Отношение к проблеме аборта православной конфессии

 

В нашей стране господствующей конфессией является православие, поэтому позицию православия мы разберем более подробно, нежели позиции других конфессий.

На юбилейном соборе в 2000 году Русской Православной Церковью был принят официальный документ «Основы социальной концепции», в котором было сформулировано отношение к различным биомедицинским проблемам, в том числе к проблеме аборта. «С древнейших времен Церковь рассматривает намеренное прерывание беременности (аборт) как тяжкий грех. Канонические правила приравнивают аборт к убийству… Широкое распространение и оправдание абортов в современном обществе Церковь рассматривает как угрозу будущему человечества и явный признак моральной деградации. Православная Церковь ни при каких обстоятельствах не может дать благословение на производство аборта»[]. На чем основано такое убеждение?

 

Библейский взгляд на аборты.

Как известно, в Библии нет изречений, прямо относящихся к обсуждаемой проблеме, за исключением, может быть, одного установления из «Книги Договора»: «Когда дерутся люди, и ударят беременную женщину, и она выкинет, но не будет другого вреда, то взять с виновного пеню, какую наложит на него муж той женщины, и он должен заплатить оную при посредниках; а если будет вред, то отдай душу за душу, глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу, обожжение за обожжение, рану за рану, ушиб за ушиб» (Исход 21, 22-25). Опираясь на этот текст, автор статьи об аборте в биоэтическом словаре делает вывод, что плод не человек, и потому смерть плода не влечет сурового наказания. «Ни о каких правах плода, эмбриона не говорится ни в Ветхом, ни в Новом Заветах»[], - самоуверенно заявляет он. Да, конечно, о правах плода в Библии не сказано ничего, и это не удивительно: в то время не было еще понятия права. Зато в Священном Писании есть несколько мест, которые показывают Божие отношение к еще неродившемуся ребенку. Давид написал одно из самых острых свидетельств относительно Божьих знаний и заботы о еще не родившемся дитя.

«Ибо Ты устроил внутренности мои, и соткал меня во чреве матери моей. Славлю Тебя, потому что я дивно устроен. Дивны дела Твои, и душа моя вполне сознает это. Не сокрыты были от Тебя кости мои, когда я созидаем был в тайне, образуем был во глубине утробы. Зародыш мой видели очи Твои; в Твоей книге записаны все дни, для меня назначенные, когда ни одного из них еще не было» (Псалом 138: 13-16). В этом псалме Давид воспевал хвалу Богу за жизнь, которую Он дал ему. Бог сотворил Давида как человека и личность не в момент его рождения, а ещё до того. И Господу известно будущее каждого человека ещё до его рождения.

То же самое Бог сказал и Иеремии: «И было ко мне слово Господне: Прежде, нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде, нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя» (Иереем. 1: 4-5). Как Бог мог познать (узнать и меть взаимоотношения с Иеремией) в утробе матери, если бы Иеремия не был личностью человеком?! Здесь, кстати, звучит еще одна важная мысль, касающаяся нашей проблемы: для каждого человека Господь приготовил особое задание, особое назначение, поэтому, убивая неродившихся детей, мы срываем замысел Бога о мире.

Иов описывает развитие плода в материнской утробе как творческий акт Бога: «Твои руки трудились надо мною и образовали всего меня кругом… Не ты ли вылил меня, как молоко, и, как творог, сгустил меня, кожею и плотью одел меня, костями и жилами скрепил меня, жизнь и милость даровал мне, и попечение Твое хранило дух мой… Ты вывел меня из чрева» (Иов 10: 8-12; 18).

В Новом Завете первые свидетельства о личностном статусе зачатой жизни мы находим в самом начале Евангелия от Луки.

После архангельского благовестия, возвестившего Пресвятой Деве Марии о рождении у нее Мессии Иисуса, Матерь Божия поспешила в «град Иудин» к родственнице своей Елисавете, находящейся уже на шестом месяце беременности. “И было: когда Елисавета услышала приветствие Марии, взыграл младенец во чреве ее; и Елисавета исполнилась Святого Духа, и воскликнула громким голосом, и сказала: благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего! И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне?” (Лк 1: 4143). Но коль скоро младенец взыграл, то есть откликнулся на приближение Господа, значит, еще до рождения человек таинственным образом способен к общению с Богом, а общение с Богом всегда личностно.

С другой стороны во время этой встречи Матерь Божия была беременна всего несколько дней. Согласно данным современной эмбриологии это время, когда эмбрион еще не закрепился в стенке матки. Елисавета именует Деву Марию “Матерью Господа моего”. Но Бог, согласно библейской традиции, Личность, а стало быть, личностно и бытие человеческой природы Сына Божия после Его воплощения и вочеловечивания, и на 3-4 день после зачатия Он уже является абсолютно отдельным существом, с уникальным геномом и т.д. Он Личность, причем, не будущая, не потенциальная, но уже реально присутствующая, бытийствующая и именно так воспринимаемая Елисаветой, которая была в тот момент осенена Святым Духом.

Но если это верно в отношении Христа, то верно и в отношении каждого человеческого эмбриона, ибо все наше спасение строится только благодаря этому тождеству. Нет такого возраста или природного свойства человека, которым не найдется места в воскресении, ибо человеческая природа во всей целокупности была воспринята воплотившимся Богом.

Кроме того, если мы обратимся к лингвистическому анализу данного текста (Лк. 1, 4143), то обнаружим, что евангелист для обозначения слова младенец прибегает к греческому βρέφος. Это же слово употребляется и в некоторых других текстах: «И вот вам знак: вы найдете Младенца в пеленах, лежащего в яслях» (Лк. 2, 17).; «Приносили к Нему младенцев, чтобы Он прикоснулся к ним» (Лк. 18, 15). Таким образом, ясно, что евангелист не делает различия между детьми родившимися и находящимися в утробе матери.

Однако пора вернуться к тому предписанию из книги Исход, с которого мы начали данный параграф: как же оно все-таки соотносится с общим контекстом Библии. Для ответа на этот вопрос будет лучше обратиться не к еврейскому тексту (и переведенному с него русскому), а к греческому переводу семидесяти толковников, который также принят Церковью, но имеет некоторое отличие. Итак, «Если дерутся двое людей, и ударят беременную женщину, и она выкинет младенца не сформировавшимся, то взять с виновного пеню…; а если младенец будет сформировавшимся, то да отдаст душу за душу».

Таким образом, мы имеем двух поссорившихся дерущихся людей. В ссору вмешивается и какая-то женщина, возможно, жена одного из них. Однако она беременна, и получив удар или упав от толчка, выкидывает плод. Моисей предусматривает два наказания для виновника выкидыша: штраф, если плод не сформирован, и смерть, если плод приобрел вид человека. Но дело здесь не в эмбрионе, а в преступнике. Не оформившийся плод имеет возраст около 2-3 месяцев, а в это время беременность еще не заметна, следовательно, преступник не знает о ней. Но когда плод уже полностью оформился, то, значит, беременность перевалила уже за четвертый месяц и заметна для каждого! И, следовательно, эта женщина вправе требовать от всех особого, бережного отношения. Так что виновник выкидыша должен был быть очень внимателен. В этом случае у преступника нет оправдания. Он действовал, зная о возможной опасности. Поэтому и наказание жестокое: смертный приговор!

В подтверждение вышеприведенных рассуждений можно сослаться на два аналогичных примера из той же книги, из той же главы Исх. 21, 12-13; Исх. 21, 28-29[].

К тому же, еврейское слово «yeled», используемое в этом отрывке, означает ребёнка, как малыша, так и подростка. У евреев не было отдельного слова (и по-видимому, у них не было даже необходимости в подобном слове) для описания не рождённых детей. Не рождённый ребёнок считался таким же ребёнком, как и все остальные, только намного моложе.

В Библии упоминаются как рождённые, так и не рождённые дети, но нигде в не говорится о «почти что детях» или о «потенциальных детях» или «практически детях». Для писавших Ветхий и Новый Заветы ребенок, новорожденный или ещё не рождённый, являлись одинаково полноценными детьми.

Существуют также три праздника в Православной Церкви, которые также подтверждают церковную позицию, признающую начало человеческой жизни с момента зачатия: 6 октября мы празднуем праздник Зачатия Предтечи Крестителя Иоанна, 22 октября мы празднуем Зачатие Праведной Анной Пресвятой Богородицы, ну и 7 апреля Благовещение (Зачатие Христа).

Кроме того, все святые отцы единогласно признавали аборт убийством человека независимо от срока беременности (Цитаты см. в приложении 1). А единогласное мнение отцов по какой-либо проблеме (concensus patrum) обладает в Церкви непререкаемым авторитетом.

 

Статус эмбриона в святоотеческом богословии в свете учения о человеческой личности[]

 

Понятие личности, обычно по-разному определяемое в различных философских и психологических учениях, используется тогда, когда говорят о собственно человеческом достоинстве, о том, что делает человека человеком.

Здесь небезынтересно отметить, что само представление о личности сформировалось именно в христианстве и было, по большей мере, чуждо античному мировоззрению[]. В греческом языке не было даже словарного эквивалента слову «личность». Сходным значением обладали два слова: υπόστασις и πρόσωπον. Υπόστασις ипостась, на разго

Похожие работы

< 1 2 3 4 5 6 > >>