А.И.Куприн "Гранатовый браслет" (1910)

Размышления о глубинах женской души, о доминировании "материнского" начала в интимном переживании побуждают Аносова с тревогой отмечать пренебрежение к этой

А.И.Куприн "Гранатовый браслет" (1910)

Статья

Литература

Другие статьи по предмету

Литература

Сдать работу со 100% гаранией

А.И.Куприн "Гранатовый браслет" (1910)

Рассказ был опубликован в 1911 г. в альманахе "Земля" и вызвал заинтересованные отклики критиков (М.Горький, А.Горнфельд и др.). Сам Куприн назвал это произведение своей "самой целомудренной вещью" о любви.

В экспозиции рассказа запечатлелась объемная перспектива природной жизни. Картины причерноморского ландшафта предстают здесь в разноплановых психологических оттенках, сопряженных как с тревожным ощущением властной, иррациональной морской стихии ("отвратительные погоды", "свирепый ураган", "густой туман", "огромная сирена на маяке ревела днем и ночью"), так и с зарисовками умиротворенной поры предосенних "тихих безоблачных дней". Эти контрасты природного мира предугадывают дальнейшие художественные прозрения стихий человеческой души, сокрытых за будничным течением жизни, а также становятся первоначальным фоном образа центральной героини "княгини Веры Николаевны Шеиной, жены предводителя дворянства".

На пропущенную через грустно-элегический настрой повествователя картину мира ("еще печальнее было видеть оставленные дачи… жалкий скарб" перебиравшихся в город курортников) в экспозиции накладывается сквозной, идущий уже от мирочувствия Веры мотив увядания, "осени" жизни. В призме ее восприятия здесь передаются "осенний, травянистый, грустный запах", "высокомерная красота" садовых цветов, среди которых были "бутоны и розы, но уже измельчавшие, редкие, точно выродившиеся". Но как бы в предвосхищение последующих взволнованных переживаний героини противовесом всеобщему увяданию здесь становится скрытое напоминание о грядущем цветении бытия: цветы осыпали "семена будущей жизни". Эти детали психологического пейзажа открывают путь к постижению душевного мира героини, где за увядшими супружескими чувствами, за всепоглощающей повседневной суетой (в день именин Веры муж уехал "по спешным делам в город"), за обытовлением жизни, знаком которого становятся подаренные мужем невыразительные серьги "грушевидные жемчужины", проступает иное, одухотворенное начало внутреннего бытия Веры, овеянное "отдаленными воспоминаниями детства", а также связанным с днем именин ожиданием "чего-то счастливо-чудесного".

Постижение тайны женской души, столь характерное для литературы Серебряного века, осуществляется у Куприна путем контрастно-сопоставительного изображения психологических портретов двух героинь сестер Веры и Анны. "Аристократическая красота", царственное спокойствие "холодного и гордого лица" Веры оттеняются при запечатлении загадочных наследственных сил, "монгольской крови" отца, предопределивших облик Анны. Ее погруженность в поток светской суеты парадоксально сочетается с "непонятной прелестью", "грациозной некрасивостью", "глубокой женственностью всех черт", с ее "веселой безалаберностью", "милыми противоречиями", которые исподволь напоминают о гораздо более явной, по сравнению с Верой, семейной драме.

С появлением Анны в рассказе получают развитие образы таинственных стихий природного бытия. Глубоко символичен эпизод, когда Анна эмоционально реагирует на приближение к обрыву: эта власть стихии над человеческой душой, которая в начале рассказа проявилась в упоминании о гибели рыбаков в море, затем обнаружится во внезапных поворотах судьбы Веры, в истории любви и гибели Желткова, в завораживающем душу героини звучании музыки Бетховена…

Проследите, как разворачивается в рассказе образ морской бесконечности, какие психологические оттенки он приобретает. Как через сложное восприятие моря раскрываются особенности эмоциональных переживаний Веры Шеиной?

Через утонченное эстетическое чувство Анны, распознающей розовые оттенки лунного света, запах резеды, присущий морской воде, в рассказе утверждается величие художественного восприятия бытия, которое со всей силой выразится в финальной части произведения. Проанализируйте развернутое описание подарка Анны. Каково символическое значение этой предметно-бытовой детали?

По контрасту с поэзией природы, ее великими, щедрыми дарами ("черные обильные гроздья… тяжело свисали между темной, кое-где озолоченной солнцем зеленью") в рассказе выведены ироничные зарисовки гостей на именинах Веры, воплощающих собой накипь светской праздности карточных игр, салонного пения, кокетства. Какими средствами создаются в рассказе образы гостей?

На фоне этой мозаики публичной жизни рельефно выделяется фигура генерала Аносова, воплощающего излюбленный у Куприна тип бывалого человека, чьи внутренние красота и достоинство прорастают из величавой простоты и мужественного взгляда на житейские невзгоды: "Те чисто русские, мужицкие черты, которые в соединении дают возвышенный образ". В изображении этого социально-психологического характера простого русского солдата, с его "бесхитростной, наивной верой", "ясным, добродушно-веселым взглядом на жизнь", значительную роль играют портретные детали ("величественная голова", лицо, "какое свойственно мужественным и простым людям"), подробности его речевого поведения ("ласковый хриповатый… решительный бас", "эпически спокойные, простосердечные рассказы"). Предыстория этого героя воссоздает значительный исторический пласт, связанный и с появлением фигур Радецкого, Скобелева, и с упоминанием о польском мятеже, о переправе через Дунай, об атаке Плевны, переходе через Балканы… В то же время здесь раскрылись благородство, широта народного характера, проявившиеся и в отказе Аносова расстреливать пленных во время польского мятежа, и в его душевной заботе о младших офицерах, в способности совершать подвиги "без тени вызова и рисовки". Подумайте, в каких произведениях русской литературы ХIХ-ХХ вв. воплотился подобный социально-психологический тип.

Особый аристократизм, "скрытая нежность" души Аносова выразились в истории его трогательной дружбы с князем Мирзой-Булат-Тугановским, в сокровенной "потребности сердечной любви", которую он после смерти князя перенес на его дочерей. Внутренняя, до конца не высказанная боль Аносова, сопряженная с неудачной женитьбой, где любовь оказалась подмененной дешевой сентиментальностью и растворилась в потоке повседневности, а также с последующей семейной драмой ("Жена сбежала от него с проезжим актером, пленясь его бархатной курткой и кружевными манжетами"), приводит его к пронзительным раздумьям об обмельчании любовного чувства в современном мире. Этот мотив приоткрывает новое, бытийное измерение в центральной сюжетной линии рассказа и оказывается созвучным авторской героико-романтической концепции любви.

Завязкой стержневой в произведении любовной интриги становится эпизод получения Верой письма и браслета от Желткова.

Предположите, почему описание браслета композиционно предшествует воспроизведению текста письма так же, как обобщающие размышления генерала Аносова о любви будут предварять изображение личной судьбы Желткова.

Символическая емкость купринской предметной детализации проявилась в описании подарка Желткова. Обращает на себя внимание разительное несоответствие "низкопробного", "очень толстого браслета" и украшающих его камней. Этот контраст "оболочки" и внутреннего содержания проецируется на последующее изображение бедного, социально униженного "маленького" человека, таящего, однако, в себе незаурядное чувство прекрасного. При характеристике камней особенно выделяется помещенный посередине редчайший в своем роде зеленый гранат, окрашенный в цвет жизни и причастный чудесному измерению бытия. Окружающие его пять гранатов-кабашонов "пять алых кровавых огней" также наделены таинственной силой ("густо-красные живые огни"), но в тревожных предчувствиях Веры они ассоциируются с кровью, смертью, с роковыми поворотами жизненного пути. В этой символической зарисовке сведены воедины полюса человеческой судьбы, дается ключ к восприятию драмы Желткова его любви, воплощающей высший расцвет жизни души и в то же время неизбежно обрекающей на гибель.

Личность Желткова приоткрывается и через его любовное письмо. В характеристике "великолепно-каллиграфического почерка", которым оно написано, просматривается ассоциация с гоголевским изображением "маленького" человека в "Шинели". В содержании и стиле письма, как и при описании браслета, на первый план выдвигается контраст в качестве главного принципа авторского видения внутренней жизни персонажа. Сквозь униженную робость признаний Желткова в "благоговении, вечном преклонении и рабской преданности", в словах о "верноподданическом подношении" неожиданно обнаруживается достигнутая в любовном переживании высота духа, избавляющая личность от эгоистических проявлений. В финальной же фразе ("Ваш до смерти и после смерти покорный слуга…") традиционная формула вежливости, видоизменяясь, наполняется бытийным смыслом и становится невольным пророчеством о трагедийной перспективе выражаемого чувства.

Особый ритм купринского повествования в центральной части рассказа обусловлен парадоксальным наложением далеких, внутренне полемичных образных рядов. Так, на сокровенные признания Желткова, на изображение его таинственного дара накладывается калейдоскоп обезличенных светских разговоров: рассказы Анны о благотворительных мероприятиях, насмешливо трактуемые князем Василием Львовичем истории любви. Кульминацией этих светских бесед выступает направленное на профанацию подлинного чувства повествование князя о "княгине Вере и влюбленном телеграфисте", где происходит намеренная путаница инициалов Желткова и в сниженно-пародийном виде п

Похожие работы

1 2 3 > >>