Заместительная жертва в "Одиссее" и "Энеиде"

Возвращаясь к теме заместительной жертвы, обратимся к первой части "Беовульфа" (бой с чудовищем Гренделем и его матерью). Собственно бой предварен

Заместительная жертва в "Одиссее" и "Энеиде"

Статья

Культура и искусство

Другие статьи по предмету

Культура и искусство

Сдать работу со 100% гаранией

Заместительная жертва в "Одиссее" и "Энеиде"

А.Л. Баркова

Безусловно, классическим примером заместительной жертвы являются спутники Одиссея. (Сходным образом можно интерпретировать гибель дружины Гунтера в "Песни о Нибелунгах", поскольку во время сражения во дворце Этцеля Гунтер уцелевает (его смерть от руки сестры вынесена за пределы битвы).) Это персонаж групповой: во время столкновения с лестригонами Одиссей бросает одиннадцать кораблей, спасаясь сам на двенадцатом (Х), а при встрече со Скиллой гибнут все остальные спутники (XII). Далее, этот тип героя - пассивный: нередко он погибает случайно; такова смерть не только спутников как единого целого, но и Эльпенора перед спуском Одиссея в Аид (Х). Заметим, что все странствия Одиссея имеют инициатический характер, так что смерть спутников может быть соотнесена как с гибелью некоторых посвящаемых во время обряда [Пропп. 1996. С. 89], так и с ритуальным жертвоприношением, долженствующим заменить посвящаемого. Особенно это относится к Эльпенору, так как в его случае нисхождение в мир смерти выражено эксплицитно.

Несмотря на цитатность "Энеиды" по отношению к "Одиссее", катабасис в ней развернут совершенно иначе. Мотива жертвы перед нисхождением в преисподнюю нет; смерть Анхиза нельзя считать таковой, поскольку эта кончина является мотивацией катабасиса: Эней спускается к умершему отцу. Подробнее этот эпизод мы разберем ниже.

Любопытно, что и другой "цитатный" герой выглядит у Вергилия отличным от его гомеровского прототипа. Речь идет о Палланте. В поединке против Турна он бессилен - его копье едва задевает врага, и Турн поражает его первым же ударом (X, 474 и след.). Следовательно, Паллант, в отличие от Патрокла, "младший герой" не сильного, а слабого типа. Отметим мотивацию отсутствия Энея во время этого боя - он уехал искать союзников (ср. отъезд богатырей в русской былине). Чрезвычайно редкий случай: со слабым "младшим героем" связана триада мотивов, которая, как мы показали, формирует образ сильного "младшего героя". Это, вероятно, объясняется тем, что "Энеида" - эпос авторский, в котором многие традиционные схемы предстают переосмысленными. Паллант - типичный ложный герой, стремящийся совершить подвиг, но не способный на него.

* * *

Возвращаясь к теме заместительной жертвы, обратимся к первой части "Беовульфа" (бой с чудовищем Гренделем и его матерью). Собственно бой предварен гибелью спящего Эскхере в зубах Гренделя (740-746). Вот что писал об этом эпизоде А. Лорд: "У Беовульфа... есть сходство в ряде деталей с сюжетной схемой Ахилла и Патрокла. Есть основание полагать, что Эскхере выступает в роли Патрокла, т.е. близкого друга героя, который гибнет до встречи самого героя с врагом. Действительно, если смерть Эскхере не интерпретировать таким образом, ее вообще трудно понять, так как Беовульф явно присутствует при гибели Эскхере и не делает ничего, чтобы его спасти (курсив мой. - А.Б.)... Мифологические герои этого типа могут гибнуть "посредством замены", то есть символически, когда вместо них гибнет кто-то другой, или претерпевая "почти смерть", то есть едва избежав гибели. Это, видимо, относится и к Беовульфу, который, подобно Ахиллу, еще до эпизода с драконом дважды или даже трижды переживает смерть. Прежде всего, само его путешествие в страну Хродгара - это поездка в иной мир; замена в смерти происходит, когда вместо него умирает Эскхере; затем он едва не гибнет в бою с матерью Гренделя, напоминающем бой Ахилла с рекой" [Лорд. С. 226]. Итак, с Эскхере связан мотив заместительной жертвы, причем важно отметить, что он персонаж настолько пассивный, что его трудно назвать даже "младшим героем" слабого типа - Эскхере не проявляет себя как герой, он просто гибнет.

Однако мы не можем согласиться с точкой зрения А. Лорда, равно как и П.А. Гринцера [Гринцер. С. 31-233], которые полагают, что Патрокл является заместительной жертвой при Ахилле: во-первых, в тексте "Илиады" Ахиллу гибель не грозит, а во-вторых, герой, имеющий черты заместительной жертвы - это сравнительно пассивный персонаж (забегая вперед, отметим, что пассивное принятие смерти - отличительная черта не только слабого "младшего героя" в роли заместительной жертвы, но и сверхсильного героя-помощника.), смерть которого случайна (Эльпенор падает с крыши, Эскхере убит во сне). Ничего общего с дерзостным Патроклом, готового взять Трою наперекор пророчествам, эти герои не имеют.

Во второй части "Беовульфа" (бой с драконом) в роли группового ложного героя оказывается струсившая дружина Беовульфа. Подобное поведение дружины - не редкость в мировом эпосе. Для примера укажем дружину Ер-Саина в казахском сказании, устремившуюся в бегство при виде врага. Кстати, в этой песни находим и одиночного ложного героя: в бой с калмыками вступают чудесно выросшие сыновья Ер-Саина, и один из них во время штурма калмыцких укреплений падает вместе с конем в ров, но Кобланды вытаскивает его из потока вражьей крови. Все остальные богатыри, включая и Ер-Саина, перескочили ров благополучно. Параллели с былиной об Илье и Калине очевидны. Сын богатыря является "младшим героем" слабого типа.

* * *

В "Похищении Быка из Куальнге" на помощь израненному Кухулину приходят несколько отрядов из Улада. Первым из них предводительствует Фолломайн, сына Конхобара. Хотя в этом отряде трижды пятьдесят юношей, отряд действует как единый персонаж - поражает втрое больше врагов и гибнет. Когда Кухулин приходит в себя, он узнает о гибели юношей и сожалеет о ней (С. 215-216).

Аналогичен групповой образ отрядов Финтана, Менда и возниц - вступив в битву после боя Кухулина с Фер Диадом, они так же одолевают втрое больше противников и гибнут все, за исключением предводителей (С. 280-282). Мы видим образ, аналогичный спутникам Одиссея - групповой "младший герой", являющийся заместительной жертвой (хотя последнее эксплицитно не выражено). Впрочем, здесь есть существенное отличие: ирландские отряды являются еще и групповым ложным героем - они пытаются задержать войска Коннахта, как это делал Кухулин. (Последнее относится и к центральному сказанию в монгольской "Гэсэриаде" - гибели оживлению богатырей Гесэра, павших в войне с шарайголами. Войско Гесэра здесь предстает групповым "младшим героем" слабого типа - несмотря на то, что каждый из тридцати богатырей в своем последнем бою истребляет врагов тысячами и десятками тысяч.)

Последний "младший герой", гибель которого ведет за собой общее наступление Улада, - это Суалтайм, "земной" отец Кухулина. Мы снова (ср. былину (Аст. I № 33), где в роли "младшего героя" оказывается Самсон - крестный отец Ильи Муромца. Также нам это встречалось и в "Энеиде") видим, что отец (пусть номинальный) выступает по отношению к сыну как "младший герой". Гибель его тоже своеобразна: когда Катбад отвечает отказом на призыв Суалтайма придти на помощь Кухулину, то щит Суалтайма падает из его рук и краем отрубает ему голову, мертвая голова повторяет призыв - и Конхобар приказывает войскам выступать (С. 289-291).

* * *

Не только отец может играть роль заместительной жертвы при сыне, но и наоборот. Так, в нартском эпосе осетин существует несколько версий сказания, как в отместку были убиты сыновья Сырдона - в этом случае пассивные сыновья оказываются заместительной жертвой. Сходный эпизод обнаруживается и в эддических сказаниях о богах: когда асы собираются казнить Локи, они убивают одного из его сыновей и связывают отца кишками сына [Старшая Эдда. М., Л. 1963. С. 60]. О сходстве образов Локи и Сырдона написано чрезвычайно много (См., например: [Мелетинский Е.М. Происхождение героического эпоса. С. 173-175]; [Дюмезиль Ж. Скифы и нарты. М., 1990].

* * *

Рассматривая якутские олонхо, мы находим большое количество интересующих нас примеров. Поскольку в нашем распоряжении есть фундаментальный свод сюжетов Н.В. Емельянова, то представляется целесообразным не анализировать каждое олонхо по отдельности, а представить результаты общего анализа.

Однако перед этим следует сделать одну существенную оговорку. Хотя спасение одного богатыря другим является одним из основных сюжетных ходов олонхо, нам подчас трудно определить, к какому типу героя относить спасенного: то ли это слабый "младший герой", которого выручает главный, то ли это главный герой, на помощь которому вовремя прибывает герой-помощник. Другая особенность спасения якутского героя: за его гибелью всегда следует воскрешение - либо другим богатырем, либо небесными шаманками. Поэтому сюжетно нет разницы, отправился богатырь на помощь сражающемуся герою или вступил в бой после его смерти - это совершенно не влияет на счастливый финал. Такое снятие противопоставления жизни и смерти возможно и в рамках текста (временная смерть индийского Лакшманы), и в рамках традиции (судьба былинного Ермака, который у одних сказителей гибнет, а у других - нет) (Об отсутствии противопоставления Живой/Мертвый в мифологическом мышлении см.: [Леви-Брюль. 1994. С. 243, 267-275]; [Байбурин. 1993. С. 39] и др.).

Итак, вместо гибели "младшего героя" мы видим то, что П.А. Гринцер назвал "едва-не-смерть" (относя сюда и гибель с последующим воскрешением), а мотив приобретает вид "спасение младшего героя старшим" или "спасение главного героя героем-помощником". Спасение это в олонхо бывает двояким: либо герой нуждается в помощи во время боя, либо его надо вызволять из темницы Нижнего Мира, в последнем случае часто - мертвого. Представляет определенный интерес показать, кто именно спасает героя, поскольку в подавляющем большинстве случаев это различные родственники.

В целом "спасение слабого младшего героя главным" в якутс

Похожие работы

1 2 >