Еще раз о понимании: герменевтика и «панпсихизм»

Когда в настоящей статье говорится о том, что суть ее отображает общую направленность философской мысли конца XX столетия на очередную

Еще раз о понимании: герменевтика и «панпсихизм»

Информация

Философия

Другие материалы по предмету

Философия

Сдать работу со 100% гаранией

Еще раз о понимании: герменевтика и «панпсихизм»

(несколько замечаний к постановке проблемы)

Роман Манекин

«Во время изложения результатов этих размышлений четыре главные идеи владели моим сознанием. Во-первых, что движение исторической и философской критики метафизических вопросов которое господствовало на протяжении последних двух столетий, сделало свое дело и должно быть дополнено усилием конструктивной мысли. Во-вторых, что истинный метод философского творчества состоит в том, чтобы выработать наилучшую (в пределах ваших возможностей) схему общих идей и бесстрашно применить к истолкованию опыта. В-третьих, что все конструктивное мышление на любые специальные темы научного интереса находится во власти такого рода схемы, хотя и не сознает этого, подчиняясь этой схеме интуитивно. Важность философской работы и состоит в том, чтобы сделать эти схемы явными и, следовательно, доступными критики и улучшению».

А. Н. Уайтхед (Whitehead A. N. Process and Reality. N. Y. 1969. Р. IX)

Тема этой работы не нова. Происхождение и сущность феномена понимания волновали исследователей еще во времена Сократа, Платона, Сидхартха Гаутамы и Лао-цзы. В контексте европейской культурной традиции эти проблемы рассматривались обычно ad hominem. Создание и развитие специальной теории понимания, которые, как правило, ассоциируются с именами Ф. Э. Шлейермахера, Г. Риккерта, В. Дильтея, М. Вебера, М. Хайдеггера, X. -Г. Гадамера и др., явились естественным воплощением опыта западной истории философии. В восточных теософических учениях само человеческое бытие очевидно обусловливалось древнейшими космогоническими представлениями. При этом подлинное значение исканий азиатских мистиков еще и теперь, возможно, не до конца осознано европейской философской мыслью.

Смена мировоззренческих позиций, которую переживает сегодня отечественная гуманитаристика, создала уникальную познавательную ситуацию. С одной стороны, происходящая на наших глазах переориентация общественного самосознания с необходимостью выдвигает на первый план вопрос об истоках способностей Человека к адекватному постижению действительности. И это понятно. Можно ли всерьез дискутировать об устройстве мира, Социума и не задумываться о глубинном происхождении своих суждений? С другой стороны, разрушение догматических установок, многие годы крепко сковывавших свободное, естественное развитие отечественной науки, ныне почти рефлективно высвобождает творческую энергию современных исследователей для нового осмысления, казалось бы, уже разрешенных вопросов. В этих условиях стремление синтезировать «европейский» и «азиатский» подходы к проблеме понимания выглядит особенно актуальным, а его реализация обещает привести к неожиданно интересным результатам.

Специфика данной статьи заключается в том, что в ней рассматриваются «условия возможности» преодоления влияния философской герменевтики, отчетливо превалирующего, как мне кажется, в современной (по крайней мере в отечественной) историографии проблемы понимания. Суть ее отображает общую направленность западноевропейской философской мысли на постоянное обновление (обновление через переосмысление известного) своего теоретического багажа: от бескомпромиссного антагонизма иррационалистического субъективизма (младогегельянцы) и идеалистического нигилизма (неопозитивисты, неокантианцы) к признанию сложности, самоценности «жизненного начала» субъекта познания (экзистенциалисты, персоналисты); через узнавание принципиальной неопределимости, имплицитности «вне-рассудочного предугадывания Вселенной» (Х.-Г. Гадамер; философская герменевтика) к незамутненному, многомерному, диалектическому разрешению «вечных» загадок природы человеческого познания (современные версии «панпсихизма»).

Здесь необходимо сделать небольшое отступление. К сожалению, массовому отечественному читателю мало известно об истории, о становлении направления философской мысли: «панпсихизм» (не путать с «психологизмом» - базисным принципом философской герменевтики; с «психофизическим параллелизмом» - направлением в западной психологии, дуалистически решающим вопрос о соотношении психического как идеального и физиологического, как материального см., напр., работы В. Вундта, Т. Липса, Г. Эббингауза, Э. В. Титченера, Т. Рибо, и проч.) В философском словаре под редакцией М. М. Розенталя можно найти следующее толкование термина «панпсихизм»: «.. идеалистическое воззрение, по которому вся природа обладает одушевленностью, психикой, философское воспроизведение анимизма...» - см.: Философский словарь / Под ред. М. М. Розенталя. М., 1972.

Вкратце, схематически, грубо «историю» «панпсихизма» можно описать следующим образом (здесь я буду отталкиваться от схемы, предложенной К. Ясперсом в работе «Смысл и назначение истории». М., 1991):

а) доисторическая эпоха археологические изыскания, этнографические материалы, другие данные свидетельствуют о том, что «зачаточные формы» «панпсихизма» (тотемизм, анимизм) являлись идеологическим «стержнем» мировоззрения первобытного Человека человека, жившего как на Западе, так и на Востоке ойкумены;

б) эпоха великих цивилизаций древности время мифотворчества: лингвистические исследования, опыты реконструкции мифов со всей определенностью говорят о том, что древнейшие анимистические представления сохранили свое влияние в духовной жизни типологически разнородных культур эпохи великих цивилизаций;

в) осевое время эпоха, положившая начало отсчету времени существования современной цивилизации: в учениях Будды, Лао-цзы, Мо-цзы, Ле-цзы, Заратустры первобытный анимизм начал обретать философское обоснование (если, конечно, под термином «философское обоснование» понимать теоретизирование и если признавать, что восточное миро-сказывание теоретизирование). Этот процесс протекал как на Востоке, так и на Западе ойкумены (философские взгляды досократиков). Становлению «панпсихизма» сопутствовали разрушение, деформация анимизма, дифференциация культурных типов Человека. Вот почему «панпсихизм» no-разному представлен в упомянутых ранее философских и религиозных учениях;

г) философия Сократа следствием философского, духовного подвига Сократа стала трансформация облика западной цивилизации (или, наоборот, обретение ею своего оригинального облика). Этот процесс сопровождался вытеснением «панпсихизма» в периферийные области культурного сознания европейскою Человека. «Панпсихизм» все же не был окончательно избыт в европейской культуре. Он оставался, существенным элементом ментальности западного Человека и давал о себе знать переломные моменты человеческой истории.

Европейский «панпсихизм» это:

в эпоху средневековья: многочисленные ереси, оккультизм (Р. Бэкон, Р. Луллий), мистицизм (Бернар Клервоский, И. Эккарт, И. Таулер) оккультизм и мистицизм здесь трактуются как «ипостаси», как «проекции», как «модусы» «анимизма»;

в эпоху Возрождения и Нового времени: гилозоизм Дж. Бруно и Р. Робине, учение Дж. Локка, и др.;

в новейшее время: философские концепции Э. Гартмана, К. Г. Юнга, Ч. Стронга, К. Э. Циолковского, А. Н. Уайтхеда, Г. Дриша и др.

В самые поздние времена «панпсихизм» снова обнажает свою суть перед лицом нового излома истории. При вдумчивом чтении отражения, «блики» идей «панпсихизма» легко обнаруживаются в исследованиях средневековой ментальности. Речь идет о тех, кто сохранил верность мировоззренческим установкам Ж. Лефевра, М. Блока, Л. Февра, в сочинениях последователей К. Г. Юнга (аналитическая психология), в современных версиях холизма (А. Мейер-Абих, Дж. Холдейн и др.), поствитализме. Интеллектуальную мощь «панпсихизма» не следует недооценивать: общая теория систем (Л. фон Берталанфи), специальная теория относительности, кибернетика, синергетика (И. Р. Пригожин - Г. Хакен) авторы всех этих концепций (научных дисциплин) указывали на «панпсихизм» А. Н. Уайтхеда как на первоисточник своих воззрений (см., напр.: Киссель М. А. Философский синтез А. Н. Уайтхеда (Вступит. статья) // Уайтхед А. Н. Избранные работы по философии. М., 1990. С. 3-55).

Когда в настоящей статье говорится о том, что суть ее отображает общую направленность философской мысли конца XX столетия на очередную переоценку своего теоретического багажа, имеется в виду следующее: интеллектуальный потенциал «панпсихизма» XX в. «созрел» для нового, многомерного, диалектического разрешения вечных загадок природы человеческого понимания. Речь здесь идет не о действительности, но о возможности разрешения этих задач о возможности, открывающейся в контексте современного «панпсихизма».Такое противопоставление теоретических интенций «панпсихизма» герменевтическому наследию вовсе не означает тотального отрицания всей совокупности идей, заложенных в последнем. Наоборот. В той мере, в которой философская герменевтика осознает себя метафизическим учением, открыто противостоящим частичной, разрозненной рационализации эмпирических фактов в концептуальных конструкциях так называемых «специальных научных дисциплин», современными доктринами «панпсихизма» (равно как и в настоящей статье) разделяется этот подход. При этом вслед за произведениями Х.- Г. Гадамера в данной работе полагается, что само понятие «метафизика» объективно включает в себя не только обширную совокупность философских учений античности, средневековья и Нового времени, направленных на «адекватное» объяснение, истолкование иррационального, идеального, первопричинного, изначального Нечто, лежащего за пределами человеческого бытия - опыта жизни, но и

Похожие работы

1 2 3 > >>