Дзен как свобода

Противостояние плод помраченного сознания, которое можно очистить, следуя правильному Пути. В буддизме это постепенный, «восьмеричный» Путь или мгновенный, дзенский,

Дзен как свобода

Статья

Философия

Другие статьи по предмету

Философия

Сдать работу со 100% гаранией

Дзен как свобода

Татьяна Григорьева, доктор филологических наук, профессор, главный научный сотрудник Института востоковедения РАН

Ныне, чем больше говорят о свободе, тем меньше ее становится, хотя пришло ее время: без свободы ничто состояться не может, ни отдельный человек, ни жизнь во Вселенной. Тем не менее именно свобода не дается человеку. Не потому ли, что ее ищут не там, не в себе, а извне, она же рождается изнутри? В чем же причина неуловимости свободы? Ответ был дан более 2000 лет назад: «И познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8, 32). Но с тех пор человек не столько познавал Истину, сколько самоутверждался, возомнив себя истиной в последней инстанции, «мерой вещей». Сама же «мера» не есть Истина, а лишь путь к ней, если это та «мера», соблюдая которую душа пребывает в равновесии и доходит до «полноты», писал святой Августин. В своей «Исповеди» он утверждал: «Я нашел, что под моей изменчивой мыслью есть неизменная, настоящая и вечная истина». Что же мешает стремиться к вечной Истине? «Почему же истина возбуждает против себя ненависть, и человек Твой, проповедующий истину, делается врагом людей? Не потому ли, что они сначала избирают для себя любимый предмет, а потом желают, чтобы их любимый предмет был истиною... Они ненавидят истину из-за того предмета, который любят вместо истины... В наказание за это он сам не может скрыться от истины, а истина скрывается от него».

Человек отпал от Бога, и время вслед за ним отпало от вечности, стало неуправляемым, превратилось в стихию.

Что следует из этой всеобъемлющей мысли святого? Во-первых, что часть подменила Целое, но «всякая часть, которая не согласуется с целым, безобразна», человек же «прилепляется к одной части, к мнимому единству». В примечаниях к «Исповеди» уточняется мысль Августина: Бог «привел все к единому порядку»; этот порядок и делает из мира «единое целое» universitas. Эту целостность человек «разрывает», предпочтя ей, из личной гордости и личных симпатий, «одну часть», «мнимое единство»; он, таким образом, ставит «часть» выше «целого»; достоинством, принадлежащим «целому» universitati, он облекает «часть». Во-вторых, и это никак не дается сознанию непросветленного, частичного человека, ибо недоступно проверке в опыте, Истина не может не состояться, не быть, признает ее человек или нет, ибо задана изначально.

Истина есть Целое, значит, человек, отпавший от Истины, отпал от себя. Отпав от себя, отторгся Бытием за ненадобностью. Освобожденный от Бытия, предоставленный самому себе человек возомнил себя свободным от всяких моральных обязательств, кроме обязательства обогащения, не замечая, что при этом из жизни ушло нечто самое ценное, что и делало его человеком.

Можно говорить о психологии «части» у подавляющего большинства (в прямом и в переносном смысле), чье видение искажено по причине незнания (буддийская авидья помраченное сознание, которое ложное, кажущееся принимает за истинное). Но в начале XXI века это неведение, непонимание происходящего угрожает существованию людей. Можно сказать, все конфликты, войны, иррациональное насилие, религиозные распри, все абсурдное в жизни происходит из-за этой искаженной меры, или искаженного сознания, поставившего часть на место Целого. Похоже, распалась не только «связь времен», но и связь пространств, сама Основа разошлась в разные стороны, и разверзлась бездна. «Бездна призывает бездну», сказано в Псалмах.

Человек действительно мера вещей, по мере и воздается. Дробный человек дробит действительность, низводит мир в низшие сферы вопреки человеческому предназначению одухотворять сущее, соединять земное с небесным. Отпав от Бога, человек отпал от себя, и все начало рассыпаться. Потому и заговорили о необходимости нового мышления, которое только и может спасти мир от окончательной гибели. Прошло более полувека с тех пор, как прозвучал этот призыв в известном «Манифесте» Рассела-Эйнштейна, но опасность уничтожения еще более возросла. То, что происходит в нашем безумном мире, подтвердило опасения ученых.

Сознание не изменилось, продолжает господствовать психология части. Но часть обречена на зависимость от власти, от себя, от других, от времени. Ощущение убывающего времени, видимо, идет от греческого представления о замкнутом пространстве «Путь вверх-вниз один и тот же», скажет Гераклит, мудрейший из греков. Греческий ум поставил пределы Бытию, в отличие от китайского Великого Предела-Тайцзи беспредельного. Время сжалось, уплотнилось, как дробь. Кто бы мог подумать, что вызывающий благоговение «миг» ополчится на человека? Но изменилось не время, а человек отпал от Бога, и время вслед за ним отпало от вечности, стало неуправляемым, превратилось в стихию. Всякая же стихия разрушительна. На скорости все теряет себя «Отмирает способность мыслить, уступая способности видеть, слышать, обонять, осязать», пишет норвежский антрополог Томас Эриксен. Если отпала от ума душа, человек теряет ориентиры. Всякая односторонность чувство или разум, теряя связь с Целым, назови его Дао, Логосом, Духом, саморазрушается. Время тиранит человека, потому что нынешний человек не способен сопротивляться ему. И чем больше гонится человек за временем, тем меньше его остается. Времясберегающие технологии, утверждает Эриксен, приводят к обратным результатам. Срочные дела не позволяют делать главное. Не оттого ли время восстало на человека, что и его обезличили? Не человек распоряжается временем, а время распоряжается человеком. Таков результат борьбы с собственными измышлениями.

Природа Будды не знает делений, одно не противопоставляется другому: не «то или это», а «это есть то», одно в другом.

Буддисты признают единственный вид борьбы с невежеством, незнанием законов Бытия. Другие виды борьбы за свободу слова, за права личности, за конституцию необходимы, чтобы как-то сдерживать насилие и называть вещи своими именами, но они не могут дать свободы. Темное сознание превращает завоевания человечества в темную силу. Зло не уменьшилось: наш мир показывает это. Значит, что-то нужно менять в самом человеке, чтобы он, уничтожая других, не уничтожил заодно и себя уже навечно.

Неудивительно, что те, кто способен понимать происходящее, ищут ответ в мудрости древних, которые, по словам Платона, были умнее нас, ибо за множеством видели Единое. Отсюда интерес и к восточным учениям, к буддийской модели непротивостояния, недвойственности (санскритское адвайта, японское фуни). Природа Будды не знает делений, одно не противопоставляется другому: не «то или это», а «это есть то», одно в другом. Все обладает природой «как бы двойного бытия»: одновременно прерывно, точечно и непрерывно, волнообразно. На это свойство мышления обращал внимание русский буддолог Ю.Н. Рерих. Оба структурообразующих начала, «прерывное», корпускулярное, и «непрерывное», линейное, присутствуют в буддизме Махаяны. «Они комплементарны, присущи одному и тому же явлению. Сознание это мгновенное проявление океана бессознательного, притом что в каждом моменте присутствует весь временной ряд прошлое, настоящее, будущее». Каждое мгновение-кшана есть сжатая Вселенная и сжатая вечность. Время и пространство недуальны, присутствуют друг в друге. Если на уровне сансары время и пространство имеют относительный смысл, то в Нирване, для пробужденного сознания, пространство исчезает, становится Пустотой-Шунья, а время отсутствием времени или вечностью.

Противостояние плод помраченного сознания, которое можно очистить, следуя правильному Пути. В буддизме это постепенный, «восьмеричный» Путь или мгновенный, дзенский, но суть одна очищение сознания. Борьбу за сносные условия жизни буддисты назвали бы упая временное средство, подспорье, которое само по себе может способствовать свободе, но не реализовать ее. Свобода не подвластна силе и не даруется свыше. Она «добытийна» и приходит, когда человек созрел для нее. «Познание Божества предполагает прохождение через катастрофу сознания, через духовное озарение, изменяющее самую природу разума. Просветленный, озаренный разум есть уже иной разум, не разум мира сего и века сего. Божество имманентно просветленному, озаренному, духовно-целостному разуму». И если бы я не прочла это в «Философии свободного духа» Бердяева, то сочла бы за высказывание дзенского мастера, притом что Бердяев не знал Дзен. Не есть ли это подтверждение действительно неизменной Истины, которая является проницательным умам, духовным людям в разное время, в разном пространстве именно потому, что она извечна? Одни могут называть ее познанием Божества, другие разумом Будды, но суть одна. Для буддистов это Просветление или Праджня, вселенская Мудрость. Ее оборотная сторона вселенское Сострадание, Махакаруна. Знание путь к Мудрости, но не сама Мудрость, которая милосердна, потому что всеобща, не избирательна. Она освобождает ум от всякой зависимости, в том числе и логической, когда предыдущее обуславливает последующее, образуя линейный причинно-следственный ряд, за который не принято заходить. Мы так привыкли к этому порядку, что не отдаем себе отчета в том, что логика допущение ума. Она может облегчать устройство тварного мира и взаимопонимание людей, но может с таким же успехом разрушать его (как это делали фашистские лидеры). Однако горизонтальное мышление ничего не меняет по существу, лишь накапливает то, что уже есть. Качественное изменение, преображение души предполагает вертикальную связь с Богом, с Духом Святым, с Дао.

Для Дзен осознание сущего есть Озарение-Сатори. К.Г. Юнг, проникший в тайны восточного мышления, приводит описание Сатори, данное

Похожие работы

1 2 3 4 > >>