Iners otium

Информация - История

Другие материалы по предмету История

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



м красноречии (речи сочинял для него Сенека), поскольку с раннего детства обратил свой деятельный ум на иные занятия: искусство чеканки, пение, умение править конными упряжками (XIII,3).

Эти необычные и чуждые староримскому идеалу viri boni интересы невозможно объяснить лишь индивидуальными наклонностями юного принцепса или особыми условиями окружения, воспитания и исключительными материальными возможностями вне тенденций морального перерождения общества, связанных с кризисом полисных ценностей. Нерон оказался "свободным"" от традиций и ориентированным на модель культуры, в центре которой находился индивидуалистический потребительский идеал otium. "Золотая молодежь", чьим кумиром был Нерон, с иронией относилась к преданиям о мозолистых ладонях консула Цинцинната, который, победив противника, возвращался к своему плугу. Родители и деды ровесников Нерона лишь понаслышке знали, что такое "истинная республика". Старые идеалы были чужды его поколению, которое невозможно было вдохновить примером предков. Через несколько лет выяснилось, что потребности подобных подданных (не граждан!) предполагают и такого правителя-прагматика, как Веспасиан.

Таким образом, столкновение между ориентациями на res publica и на otium было принципиальным политическим конфликтом между противостоящими друг другу социальными силами. Разворачиваясь в первую очередь в сферах общественной психологии и идеологии, размежевывая политические группировки, философские ориентации, эстетические симпатии, сталкивая поколения, этот конфликт был провозвестником заговоров и последовавших за ними репрессий, сыграв определенную роль в подготовке гражданской войны 6869 гг.

На первых порах приверженность императора ко всему, что относилось к сфере "досуга", современники расценивали как легкомыслие, свойственное возрасту. Поскольку важнейшие вопросы государственного управления решались такими искушенными и в то же время добросовестными политиками, как Сенека и Бурр, это не вызывало особой тревоги. Надо думать, Сенека вполне сознательно стремился дать выход дурным наклонностям Нерона в сфере otium, дабы избежать опасности их проявления в области res publica (XIII,2); на этом собственно и строилось зыбкое политическое равновесие. Однако Сенека переоценил свои возможности и недооценил на сей раз опасности монархического режима, о которых сам неоднократно напоминал. Поскольку "досуг" стал средоточием интересов не частного лица, а монарха, да еще воспитанного в духе "милосердия", он неизбежно должен был как-то соотнестись с res publica.

Конфликт нарастал исподволь, но неуклонно. Чуть более чем через год после прихода к власти молодого принцепса (начало 56 г.) город Рим почувствовал "отвратительную разнузданность" (XIII,25). В начале 57 г. на Марсовом поле начинает сооружаться огромный амфитеатр, о чем с неудовольствием сообщает Тацит (XIII,31), а в 58 г., как упоминалось, Нерон перестает скрывать свои "бесчинства" (XIII,47). Не исключено, что это и имел в виду Тразея, говоря о "существенном" (XIII,49).

Поскольку активность принцепса была направлена на сферу "досуга", к ней же было обращено и общественное мнение. Центральным событием 59 г. было убийство Агриппины, после чего "досуг" Нерона решительно вторгается в область политики, и это проявляется в учреждении "ювеналий". Говоря о развращающем влиянии этих "притонов", которые стали "рассадниками разнузданности и непотребства", Тацит, безусловно, приводит мнения противников таких увеселений (XIV,15). Главным событием 60 г. становится учреждение "пятилетних игр", или "нероний". То, что Тацит считает необходимым довольно подробно изложить взгляды противников и сторонников развлечений принцепса, показывает, что эти эстетические по природе воззрения выступают здесь как выражение политических позиций двух группировок поборников старых идеалов res publica и неронианцев.

Консерваторы, рассказывает Тацит, вспоминали, что на их памяти "старики" (seniores, фигурировавшие в цитировавшемся пассаже XIII,3) порицали даже Гнея Помпея за возведение постоянного театра. А в старину, рассуждали они, народ и вовсе смотрел представления стоя, ибо опасались, что в противном случае он будет проводить в театре "целые дни в полном безделье" (dies totos ignavia continuaret). Дальнейшая аргументация поборников старины также сводилась к тому, что "вследствие заимствованной извне разнузданности" молодежь проводит время в "праздности", вместо того чтобы служить в войске и совершенствоваться в военном деле. Но более всего поборников старины и negotium возмущает то, что всем этим "извращениям" отданы даже ночи, скрывающие "мраком" все непотребства (XIV,20), что, как мы видели, полностью соответствует рассуждениям Сенеки.

Показательно, что сторонники развлечений неронианцы прежде всего защищались от последнего обвинения, утверждая, что всего лишь несколько ночей за целое пятилетие было отдано веселью, но не разгулу, и празднества озаряло такое количество огней, когда ничто предосудительное не могло скрыться (XIV,21). Эстетизированные категории "солнца" и "мрака", "дня" и "ночи"27 : стали идеологическим оружием в борьбе неронианцев и сторонников традиций. Это была борьба двух культур. Одна, традиционная, была культурой, порожденной civitas, и предполагала идеал служения rei publicae, другая, отрицая традиционные полисные ценности, отстаивала индивидуалистический идеал otium. При Нероне это противостояние ощущалось совершенно яв

s