Iners otium

Информация - История

Другие материалы по предмету История

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



ий нам весьма характерный пример otium. Современная историография с большим трудом замещает черно-белые мазки античной традиции живыми тонами, способными воссоздать фигуру этого, очевидно, незаурядного человека и политического деятеля15. Все менее убедительно выглядят и те интерпретации каприйского уединения Тиберия, которые ограничиваются ссылками на низменные инстинкты и расстроенную психику тирана. Первоначально решение покинуть Рим было сознательным шагом, имевшим глубоко продуманное основание. Преемник Августа был человеком высокообразованным, посвященным в литературную жизнь и идеологические коллизии своего времени. Даже Тацит отметил богатое содержание речей Тиберия, искусное владение словом. О его литературных интересах и любви к искусству сообщает Светоний (Suet. Tib., 7071; 74,44,2; Tac. Ann., IV,11; XIII,32; см. также: Vell. II,94,2; Plin. N.Н., 34,62; Dio, LV,9,61). Эти независимые свидетельства не позволяют игнорировать слова панегириста Веллея Патеркула о прекрасном образовании и одаренности Тиберия16. Самую лестную характеристику его правлению до момента смерти Германика дает Дион Кассий, в сочинении которого, видимо, использована значительная часть сохранившейся до его времени античной традиции. Со страниц "Римской истории" предстает образ просвещенного и "демократичного" правителя (Dio, LVII,1-19).

Политическое поведение Тиберия может быть понято только с учетом как его сознательной приверженности староримским традициям и Стое (пусть и не во всем искренной), что проявлялось в подчеркнутой суровости его характера и внешнего вида, так и его философских симпатий (Tac. Ann., XVI,22, III,6, IV,19). Еще Август отмечал суровый нрав Тиберия, прерывая при его приближении легкомысленные разговоры (Suet. Tib., 21,2; 10,4; 19;2632). Стоический характер многих "добродетелей" Тиберия уже отмечался в литературе17. Сенека, Тацит, Валерий Максим писали о его мужестве. Очевидно, не случайно, и уж во всяком случае не без последствий, Тиберий в 6 г. до н.э. для обучения и уединения избрал Родос родину Панэция и местопребывание школы Посидония, выдающихся представителей Средней Стои. Сам Тиберий мотивировал это "удаление" "усталостью от государственных дел и необходимостью отдохновения от трудов" вполне в духе римского философского otium18. Находясь на Родосе в течение семи лет (Veil., II,99,4), будущий принцепс "был постоянным посетителем философских школ и чтений" (Suet. Tib., 11,3). Лишь впоследствии философские интересы, безусловно оставившие глубокий след в его мировоззрении, переродились в пристрастие к астрологии. Некоторые ближайшие помощники императора Л. Пизон Понтифик, Л. Сей Страбон, Л. Элий Сеян, Л. Сей Туберон были патронами греческих философов и литераторов19.

Много лет спустя "философскому" уединению Тиберия находили соответствовавшие серьезные политические мотивы, а Тацит пытался объяснить отъезд императора на Капри желанием Тиберия прикрыть свою жестокость и любострастие, стыдом появиться на людях из-за внешности, властолюбием Ливии, что нельзя признать по крайней мере исчерпывающим (Ann., IV,57; 41,2; Suet. Tib., 51; Dio, LVII,12,6). Веллей, следуя, очевидно, официальной версии, называет самые благородные побуждения Тиберия (II,99,2).

Важнейшей причиной этого уединения была политическая ситуация в целом. В первые годы своего правления Тиберий приложил немало усилий для привлечения сената к активному сотрудничеству в управлении империей. Можно вспомнить и о подчеркнуто уважительном отношении к сенату и магистратам, о передаче сенату ряда вопросов управления, о перенесении из комиций в курию выборов магистратов и др. Не случайно некоторые исследователи указывают, что были установлены широкие границы сенатских полномочий, каких не было никогда после 43 г. до н.э. за исключением междуцарствия 41 г. н.э.20 Однако отводившаяся сенату роль инструмента императорской политики, хоть и важного, не соответствовала традиционным представлениям значительной части этого, аристократического по духу, органа о libertas21, и политика Тиберия потерпела неудачу. Тацит упоминает о его упреке сенаторам, что "все заботы они взваливают на принцепса" (Ann., III,35). Похоже, Тиберий вполне искренне сетовал, что наиболее выдающиеся из числа бывших консулов уклоняются от командования войсками (Ann., VI,27).

Принимая наследство Августа, Тиберий с самого начала ощущал недостаток той несколько загадочной auctoritas, которую так ценил основатель принципата. Сенат не признавал auctoritas Тиберия (Tac. Ann., IV,42). Неуверенность, которую принцепс, видимо, постоянно чувствовал в курии, впоследствии переродилась в страх. Позднее, не решаясь вернуться в Рим, в письме сенату Тиберий указывал, что навлек на себя недовольство, заботясь о благоденствии государства, и просил разрешения ходить на заседания сената с телохранителями (Ann., VI,15). В курии Тиберия встречала претившая ему лесть, замешанная на ненависти (Suet. Tib., 70). Все это и толкнуло принцепса на широкое использование закона "о величии". И террор по отношению к политическим противникам, и собственное удаление из Рима были следствием одной и той же причины краха его политики по отношению к сенату.

В этом контексте следует рассматривать неоднократные заявления Тиберия о намерении отречься от власти, которые Тацит представляет как "пустые и уже столько раз осмеянные" (Ann., IV,9). Именно так они были восприняты враждебно настроенными сенаторами, но это не значит, что Тиберий в этих случая сознательно лицемерил. Убедившись, что никакое соглашение и деловое сотрудничество с людьми, привыкшими в большинстве своем

s