"Благоверная и любезная в царицах Ирина"

Но уже 15 января 1598 года "...Ирина Федоровна всеа Руси после государя своего царя и великого князя Федора Ивановича всеа

"Благоверная и любезная в царицах Ирина"

Статья

История

Другие статьи по предмету

История

Сдать работу со 100% гаранией

"Благоверная и любезная в царицах Ирина"

Доктор исторических наук Т. Панова.

Жизнь царского двора - тема неисчерпаемая. Она в значительной степени связана с Московским Кремлем - многовековым центром размещения двух основных ветвей власти средневековой Руси: светской и духовной. Публичную сторону этих властных институтов отражают письменные источники, на страницах которых светские владыки предстают в роли главы государства. Они заключают договоры, встречаются с послами, руководят военными действиями, взаимодействуют с ближайшим окружением, организуют строительство крепостей и храмов... Сведения об их семейной жизни редки, остаются чаще всего загадкой их личные пристрастия и увлечения, отношения с близкими людьми. Поэтому столь мало мы знаем о женской половине государева двора, о судьбе великих княгинь и цариц, остававшихся до конца XVII века в тени, в пространстве, ограниченном теремом и храмом, - исключение составляли лишь выезды на богомолье.

В последнее время появляются возможности, их становится все больше, проникнуть и в этот замкнутый мир - на женскую половину царского двора, проследить обстоятельства жизни русских великих княгинь и цариц, выяснить судьбу некоторых из них. Особенно много новых сведений получено в последние годы при изучении уникального археологического источника, размещающегося в музее-заповеднике "Московский Кремль", - захоронений, перенесенных из бывшего Вознесенского монастыря, существовавшего на территории крепости Москвы с начала XV века. Весной 1407 года великая княгиня Евдокия Дмитриевна, вдова великого князя Дмитрия Донского, закладывает возле Фроловских (позднее - Спасских) ворот белокаменного Кремля церковь Вознесения, которая стала усыпальницей великих и удельных княгинь.

История усыпальницы насчитывает почти 300 лет и заканчивается в первой половине XVIII столетия, когда Петр I переносит столицу России в Санкт-Петербург. Однако некрополь в церкви Вознесения сохраняется вплоть до 1929 года - начала активных антицерковных действий в стране. В 1929-1931 годы Вознесенский монастырь был разорен. Но сотрудникам Оружейной палаты удалось спасти исторические захоронения, перенеся их сначала в Архангельский собор Кремля, а затем в подземную палату рядом с ним. Тогда же впервые произвели и вскрытие некоторых саркофагов.

Активно изучать уникальный некрополь начали в середине 1980-х, а наибольшего размаха работы достигли в 2001-2003 годах. В руках историков оказался интереснейший источник, исследование его раскрывает ценнейшие сведения о погребальном обряде и материальной стороне жизни средневекового общества. Много нового удается узнать и о людях, оставивших заметный след в отечественной истории, о женщинах, чьи судьбы, в силу традиции, почти не отражены в письменных источниках.

Изучение некрополя Вознесенского собора дает такой богатый исторический материал, что возник даже особый научный проект. В нем принимают участие антропологи, гистологи, геохимики, эксперты-криминалисты и специалисты других наук. Благодаря их трудам и нынешним возможностям науки удается полнее представить (а иногда и увидеть воочию) физический тип русских великих княгинь и цариц, понять, как они жили. А главное - связать новые данные с теми немногочисленными сведениями о московском дворе, которые дают письменные источники.

Исследование захоронения царицы Ирины Годуновой, жены царя Федора Ивановича, сына Ивана Грозного, открыло новые детали в жизни этой женщины.

На старых планах Вознесенского собора и его некрополя, опубликованных в конце XIX столетия А. Пшеничниковым, погребение царицы Ирины отмечено номером 16 в юго-западном углу храма. Над ее могилой размещался памятник, аналогичный тем, что и сегодня можно увидеть в мужском храме-усыпальнице, в Архангельском соборе Кремля - некрополе русских великих князей и царей. Ирину Федоровну похоронили в белокаменном, изготовленном из монолита саркофаге, имеющем антропоморфную форму - полукруглое оголовье и плечики. Надписи-эпитафии на крышке гроба не было.

Прежде чем перейти к рассказу о том, что же удалось узнать о царице Ирине во время исследований погребального комплекса, коротко проследим ее судьбу.

Ирина Федоровна Годунова и ее брат Борис происходили из рода не отличавшихся знатностью костромских дворян (родителями были боярин Федор Иванович Кривой Годунов и Степанида Ивановна). Но начиная с середины XVI века дядья Бориса и Ирины занимали достаточно высокое положение при московских государях. Потому-то брат с сестрой еще в детские годы оказались при царском дворе, где воспитывались вместе с детьми Ивана IV. Этим в значительной степени объясняются крепкие связи Бориса и Ирины с царевичем Федором, унаследовавшим от отца в 1584 году русскую корону.

В 1580 году Ирина становится женой царевича Федора, а ее брат достаточно рано, в 28 лет, получает боярство (он родился 6 октября 1552 года). Год рождения Ирины неизвестен, хотя некоторые историки указывают на 1557-й (правда, без ссылок на источники). Однако исследование скелета царицы Ирины подтверждает эту дату, показывая, что она прожила на свете около 45 лет, не более.

Царь Федор Иванович, судя по всему, очень любил и ценил свою жену. Все попытки высшей знати развести его с Ириной Годуновой, не давшей русскому престолу наследника, ни к чему не привели. Единственный ребенок царя - дочь Феодосия жила недолго, менее двух лет. И со смертью в 1598 году Федора Ивановича династия Калиты прервалась. Сохранилось интересное свидетельство, рассказывающее об участии царицы Ирины в делах государственных - редкий случай для женской половины русского государева двора, жизнь которой ограничивалась только кругом семьи, выходами в церковь да поездками на богомолье. В январе 1589 года Ирина Федоровна приняла в Золотой царицыной палате Константинопольского патриарха Иеремию, прибывшего в Москву, чтобы учредить в России патриаршую кафедру и поставить на нее Иова - первого русского патриарха. Описание этого большого и торжественного события оставил нам епископ Арсений Елассонский, сопровождавший церковного иерарха в Россию.

Патриарх Иеремия пришел к царице вместе с ее мужем, Федором Ивановичем, и с духовенством. Епископ записал: "Тихо поднялась царица с своего престола при виде патриархов и встретила их посреди палаты, смиренно прося благословения. Вселенский святитель, осенив ее молитвенно большим крестом, воззвал: "Радуйся благоверная и любезная в царицах Ирина, востока и запада и всея Руси, украшение северных стран и утверждение веры православной!"

Затем патриарх московский, митрополиты, архиепископы, епископы, каждый по чину, благословляли царицу и говорили ей подобные же приветственные речи. Ирина Федоровна выступила, как принято говорить сегодня, с ответной речью:

"Великий господин, святейший Иеремия цареградский и вселенский, старейший между патриарха ми! Многое благодарение приношу святыне твоей за подвиг, какой подъял на пути странствия в нашу державу, дабы и нам даровать утешение видеть священную главу твою, уважаемую паче всех в христианстве православном, от коей и мы восприяли благодать ныне, и за сие воздаем хвалу Всемогущему Богу и Пресвятой Его Матери и всем святым, молитвами коих сподобились такой неизреченной радости. Воистину ничто не могло быть честнее и достохвальнее пришествия твоего, которое принесло столь великое украшение церкви Российской, ибо отныне возвеличением достоинства ея митрополитов в сан потриарший, умножилась слава всего царства по вселенной. Сего искони усердно желали прародители наши, христолюбивые государи, великие князья и цари, и не сподобились видеть исполнения своих благочестивых желаний; и ныне на сей их вожделенный конец, чрез многие подвиги дальнаго странствия, привел во дни нашей державы твою святыню Всемогущий Бог".

После такой речи, "прекрасной и складной", по отзыву епископа Арсения, царица, отступив немного, стала между своим мужем, царем Федором, и братом Борисом. То был первый случай публичного выступления русских государынь, известный по письменным источникам.

Арсения Елассонского и всех присутствовавших на приеме иноземцев потряс великолепный и богатый наряд царицы. Арсений в восторге отмечает, что если бы у него было и десять языков, то и тогда он не смог рассказать о всех виденных им богатствах царицы: "И все это видели мы собственными глазами. Малейшей части этого великолепия достаточно было бы для украшения десяти государей". Не менее сильное впечатление произвело на иностранных гостей и убранство самой палаты, в которой проходил прием гостей.

После обмена речами боярин Дмитрий Иванович Годунов (дядя Ирины и Бориса) передал обоим патриархам подарки от цapицы - кaждoмy по серебряному кубку и бархату черному, по две камки, по две объяри и по два атласа (отрезы дорогих тканей. - Прим. авт.), по сороку соболей и по 100 рублей денег. Вручая дары, он сказал патриарху: "Великий господин, святейший Иеремия цареградский и вселенский! Се тебе милостивое жалованье царское, да молишь усердно Господа за великую государыню царицу и великую княгиню Ирину и за многолетие великого государя и о их чадородии".

Патриарх благословил царицу и помолился о даровании ей "царского наследия плода". Когда завершилась церемония вручения даров и другим участникам приема (в том числе и епископу Арсению), царица, "печальная о своем неплодии", вновь обратилась к патриарху и сопровождавше му его духовенству с просьбой усерднее молиться о даровании ей и царству наследника: "О великий господин, святейший Иеремия вселенский, отец отцов, и ты, святейший Иов, патриарх московский и всея Руси, и вы все, преосвященные митрополиты, архиепископы и епископы и весь освященный собор! Бога Всемогущаго блаженные служители, сподобившиеся большой милости и благодати у Господа и Его Пречистой Матери и всех святых от века угодивших Богу, и к ним непрестанно воз

Лучшие

Похожие работы

1 2 >