Владимир Жириновский - enfant terrible русской политики

Владимир Жириновский - enfant terrible русской политики

Владимир Жириновский - enfant terrible русской политики

Информация

Политология

Другие материалы по предмету

Политология

Сдать работу со 100% гаранией

 

Сейчас мы совсем иначе воспринимаем политические фигуры, однозначно заклейменные в конце века.Читая драмму А.Н.Толстого и П.Е. Щеголева "Заговор императрицы", нельзя не обратить внимание на ее пролог: " Этот центр - кучка изуверов и авантюристов, - я говорю о Вырубовой, Распутине, министре внутренних дел Протопопове, министре юстиции Добровольском, аферисте Андронникове, журналисте-охраннике Манасевиче-Мануйлове, банкире Дмитрии Рубинштейне, Ювелире Симановиче и так далее,- эта пестрая компания возглавлялясь императрицей Александрой Федоровной. Система царской власти позволила им взять вожжи управления империей. Они сажали на посты нужных им министров. Они перетасовали Госудпрственный совет. Они подготовляли уничтожение Государственной думы путем периодического ее разгона. Они деятельно вмешивались в дела Ставки верховного главнокомандывающего. Они сносились с агентами германской контрразведки. Они выписывали колдунов и хиромантов. Страна истекала кровью." Что пишут сегодня коллективные любители анологий? Да то же. Просто переименовали царскую власть в президентскую, поменяли Рубинштейна на Березовского, Протопопова - на Путина. Неким подобием Распутина считают Коржакова, которого, правда, в отличии от предшественника вовремя отставили. Отставка Григория Ефимовича пошла по иному сценарию, но откажи кто Распутину от дворца в пятнадцатом году, он наверняка сочинил бы свой вариант "От заката до рассвета". Есть у нас и свой Пуришкевич. жириновский. Параллель придумана не мной: выгодно играл на черносотенных настроениях толпы, агрессивно вел себя на людях, неоднократно изгонялся из Думы за провокации, при этом сохранял абсолютную лояльность трону ... Кто? Оба. Пуришкевич писал стишки, Жириновский поет песенки. Сделаем, однако, поправку на масштаб личности: Пуришкевич был первокласный оратор и храбрый человек. Ну так и Жириновского иногда заслушаешься, и с женщинами он дерется с храбростью Ильи Муромца ... Но оставим в покое Пуришкевича, который интересует нас не сам по себе. Да и незачем ограничиваться Россией. В любом еропейском парламенте вы найдетенескольких депутатов, популярность которых представляется скверной загадкой - эдакие "Жириновские" западного образца. Иногда кажеться, что просто глупая волна случайности подняла их на высоту. Но приглядитесь повнимательнее - и станет ясно, что случай был только агентом целесообразности, и что именно ничтожность ничтожества была его сильнейшим орудием. Дурацкие бубенцы, звонкие и шумные, приковывают к себе внимание, а внимание - уже предпосылка и составная часть успеха.

Если твои политические взгляды достаточно утопичны и ты хочешь быть лидером некой политической партии, да при этом еще иметь и достаточное количество сочувствующих среди простого народа, просто необходимо приковать к себе внимание, заставить слушать. Чем выше популярность тем больше сочувствующих, я подчеркну-сочувствующих, а не разделяющих твои политические взгляды ( доказано на примере, что многие сочувствующие г-ну Жириновскому, знают его только по его поведению и голосовали на выборах в Думу за ЛДПР только потому, что "без него в Думе скучно" ). Но за этим поведением стоит не дурачество, а некая определенная целенаправленная работа, а если при этом еще прибавить творческую деятельность г-на Жириновского, которая хочешь не хочешь, а все таки вызывает симпатию простого народа, то можно только позавидовать упорству, с которым Владимир Вольфович работает над своим политическим имиджем, не жалея ни голоса ни кулаков.

Владимира Жириновского можно назвать - enfant terrible русской политики, мастер разговорного жанра и писатель, обладающий кроличьей плодовитостью. Достаточно сказать, что в конце 1998 года вышел 16-й том его собрания сочинений. Правда, при ближайшем рассмотрении большая часть томов оказываются сборниками выступлений "на тему": про сельское хозяйство или про отношение к СМИ, но это детали. Образцовый труд Жириновского - это изданная в 1993 году книга "Последний бросок на юг". Книга относится к тому же, распространенному среди российских политических писателей, жанру "концептуальной агиографии", что и, например "За державу обидно" Александра Лебедя или "Записки русского генерала" Андрея Николаева. В ней Жириновский рисует некий идеализированный образ "я", который одновременно есть и массовый человек (такой, как все, живущий интересами "простых людей), и политический лидер (исключительная личность, тот, кто способен указывать путь "простым людям".) Вперемежку со "своей" биографией Жириновский излагает и свои взгляды на многообразные проблемы окружающей действительности, в том числе прямо высказывается по поводу "правильного", с его точки зрения будущего России. В отличие от "теоретика" Зюганова, Жириновский использует для изложения своей доктрины метод восхождения от частного к общему. Он рассказывает (именно рассказывает; его текст есть не что иное, как слегка обработанная запись живой речи с сохранением многих особенностей разговорной речи) о событиях и обстоятельствах собственной жизни, включая самые мелкие и подавая их (обычно вполне справедливо) как типичные; затем делает промежуточное умозаключение, прямо исходящее из опыта - например, о свойствах характера, сформированных обстоятельствами; и, наконец, формулирует тезис общего характера, иногда разумный (укладывающийся в рамки представлений большинства), иногда более или менее фантастический. Например, вот как он сообщает читателю о своих взглядах на международную политику: "Еще когда я учился в Институте стран Азии и Африке, мне как переводчику приходилось работать с различными делегациями через Союз писателей и другие организации. Я очень часто был в контакте с иностранцами, много иностранцев училось и у нас в Университете на Ленинских горах. Мне очень хотелось тогда, в Доме студента, жить в одной комнате или хотя бы в блоке с французом, но год мне пришлось жить с монголом. Таким образом, иностранный элемент в моей жизни присутствовал постоянно, с детства меня окружали представители разных народов. Поэтому мне близко это понятие: другая культура, другая цивилизация, другая психология. И я не могу быть каким-то замкнутым шовинистом, зашоренным в национальных рамках. Я за самое широкое развитие - главное, чтобы не было вражды, не было господства какой-то одной нации, не было дискриминации." Далеко не всегда в тексте формулировка тезиса и описание "породившего его" опыта находятся в непосредственном соседстве, но общий принцип соблюдается очень строго, так что идеи и рассуждения Жириновского воспринимаются не как результат "чтения книжек" (как у Зюганова), а как выводы из непосредственных жизненных впечатлений. В связи с этим программным утверждениям Жириновского свойственна своего рода органичность, в противовес рассудочности и оторванности от жизни, и пластичность - они не являются жесткими схемами и свободно произрастают из почвы "жизни и судьбы" автора. Основная посылка Жириновского состоит в следующем: "судьба России - это моя судьба", "я и Россия связаны друг с другом как микрокосм и макрокосм." Не сомневаемся, что он с удовольствием подписался бы под знаменитыми в свое время строчками А.Вознесенского: "Россия, я твой капиллярный сосудик, мне больно когда - тебе больно, Россия" (да и характер риторики весьма схож). Жириновский поистине агрессивно, при всяком удобном случае, определяет себя как русского и всячески подчеркивает свою "русскость" в смысле связанности с исторической судьбой России. Агрессивность - отчасти от темперамента, отчасти - отчасти как реакция на регулярно всплывающее прозвище "сын юриста" (то есть еврей) и генеалогические разыскания из истории семейства Жириновских, не делающие чести прессе. Вот как он начинает рассказ о своей жизни: "Я родился 25 апреля 1946 года в г.Алма-Ате. Мы жили в двухэтажном доме, на улице Дунганской, в городе, который когда-то носил название Верный и был основан в 1954 году русскими казаками. Русские люди основали этот город. Поэтому я по праву могу всегда считать , что родился в России среди русских... Я родился в двухэтажном доме, где жили одни русские, и во всем городе были в основном русские, да и до сих пор там 80% населения - русские." Тезисы "я - русский" и "мы -русские" (русские люди, русские казаки и др.) неустанно подчеркиваются автором. Тут же, с самого начала начинает вводится мотив отождествления "я" автора" и "России". Рассказ о городе, где родился Жириновский, сменяется рассказом о семье: "Поэтому я всегда считал себя русским как рожденный от русской женщины, Александры Павловны Жириновской, урожденной Макаровой, у которой была мать, моя бабушка, Фиона Никифоровна, урожденная Сергучева. А у нее был брат, Михаил Никифорович. И еще один брат. Один из них работал в Москве (то, что "в Москве" - в сакральном "сердце России" - имеет специальный смысл.) на Монетном дворе. И сама бабушка работала в Москве, в Ботаническом саду, в тридцатые годы. Судьба разбросала моих родственников по всей стране. Где они только не жили. И в Москве, и в Ленинграде, и в Пензе, и в Сызрани, и в Сасово, и в Кемерово, и в Братске, и в Архангельске, и в Ульяновске, и в Пятигорске, и в Гомеле, и на Дальнем Востоке, и в Краснодарском крае в Армавире, и на Сахалине, и во Фрунзе, и в Душанбе - по всей стране (возникает образ карты СССР на котором красными огоньками светятся, образуя раскидистое древо, места, где живут родственники Владимира Вольфовича.). И на Украине, и на Кавказе, и

Похожие работы

1 2 3 4 5 > >>