Византия: власть

Византийская армия еще в X в. была по преимуществу стратиотским ополчением, но уже в это время начинается образование профессионального («рыцарского»)

Византия: власть

Информация

История

Другие материалы по предмету

История

Сдать работу со 100% гаранией

Византия: власть

А.П. Каждан

Если для западноевропейского феодализма характерно было срастание частной власти с землевладением, то в Византии частная власть формировалась как исключительное явление, на периферии императорской администрации.

Одним из важнейших источников складывания политической власти феодальных сеньоров на Западе был судебный иммунитет. В Византии (по крайней мере до XIV в.) судебный иммунитет оставался весьма ограниченным. Византийский обычай признавал за крупным собственником право разбирать дела его слуг невольников или свободных, но это разбирательство было не более чем третейским судом: даже зависимые крестьяне сохраняли право обращаться в суд против своих господ. Императорские жалованные грамоты подчас передают монастырям освобождение от «входа» в монастырские владения тех или иных судебных чиновников однако это не судебный иммунитет, но лишь ограничение подсудности: освобождая монастырь от юрисдикции местных судебных властей, император ставил его под контроль столичной администрации.

Большее значение имело пожалование податных привилегий, что называлось в официальной терминологии свободой или же экскуссией. Эти привилегии могли состоять в полном освобождении от налогов или в частичном, или в запрещении податным чиновникам вступать на землю собственника, который должен был сам собирать налоги в своих владениях и сам передавать их в казну (тем самым земли освобождались от дополнительных вымогательств). Пожалование экскуссии рассматривалось в Византии как исключительный акт императорской милости: ни одна общественная группа, ни одна аристократическая фамилия не имела права на податную привилегию по положению император был волен пожаловать экскуссию и взять свою милость обратно.

И все-таки элементы частной власти в Византии существовали. У крупных сеньоров были свои «этерии» отряды вооруженных слуг, свои дворы, свои податные сборщики. Частных слуг сеньоры иной раз наделяли землей. Во владениях сеньоров могли быть не только деревни и ярмарки, но и укрепленные замки., В поход такие сеньоры выступали в сопровождении собственной свиты и, подобно западным феодалам, нередко вели между собой частные войны. Но феодальные формы власти, как и феодальные формы собственности, оставались в Византии (во всяком случае до XIV в.) лишь в зародыше византийское государство было централизованной монархией, управляемой императором (по-гречески «василевс») и самодержцем (по-гречески «автократор») ромеев.

Император в Византии, казалось бы, всевластен, и в то же время удивительное дело! трудно представить себе более непрочную монархию, чем византийское самодержавие. Половина византийских императоров была насильственно лишена престола: одни из них отравлены, утоплены, ослеплены, других заточили в монастырь. Тысячелетняя история Византийской империи насчитывает около 90 императоров почти вдвое больше, нежели сменилось за такой же период времени на престоле Германской империи.

При этом средняя продолжительность царствования оказывалась различной в разные периоды византийской истории. С середины IX до конца XI в. сменилось 23 государя, каждый из которых правил в среднем чуть более 10 лет. С конца XI столетия императорская власть как будто бы стабилизуется: три императора из династии Комнинов удерживались на престоле почти целый век, и все трое умерли естественной смертью. Однако после кончины последнего из них, Мануила, дестабильность византийской монаршей власти обнаружилась с новой остротой: за 24 года сменилось шесть государей, и каждый новый правитель овладевал троном в результате насильственного переворота.

По сути дела, в Византии долгое время не было наследственности императорской власти: автоматического перехода отцовского престола византийское государственное право не знало, и если сын вступал да отцовский престол, то не в качестве ближайшего кровного родственника, а потому, что отец успевал еще при жизни объявить его соправителем Правда, с конца XI в. по мере аристок-ратизации византийского общества укрепляется и принцип легитимности: на протяжении ста лет, как только что было сказано, власть остается в руках фамилии Комнинов, затем, с конца XIII в. и до падения империи, на троне находится династия Палеологов.

Дело, однако, не только и, может быть, даже не столько в отсутствии наследственности престола. Реальные права василевса были не столь велики, как это кажется на первый взгляд, и распространялись далеко не в равной степени на разные сферы жизни общества.

Первая функция императора репрезентативная: он должен был представлять Византийскую империю, должен был символизировать, воплощать в материально-чувственном образе ее скрытую мощь. Византийская политическая доктрина трактовала василевса как земное божество. Подражание богу объявлялось первейшей обязанностью государя, и весь ритуал дворцовой жизни предназначен был напоминать о таинственной связи между василевсом и небесным царем. Во время приемов самодержец восседал на двухместном троне: в будни на правой его стороне, а в воскресенье и праздничные дни на левой, оставляя место для Христа, которого символизировал положенный на сиденье крест. Императора трактовали как космическое существо, и к нему постоянно прилагался торжественный эпитет «солнце». Во время церемоний император занимал место между двух колонн или в нише, словно статуя; он никогда не стоял на полу, но всегда на роте, на особом возвышении.

Василеве сакральная фигура, его жилище священный дворец, его одежда, как и дворец, священна. Золото и особенно пурпур служили символами величия императора он сидел на пурпурных подушках, подписывался пурпурными чернилами, и только он один мог надевать пурпурные сапожки. Появление государя перед толпой превращалось в обряд: заранее предусматривалось, где должны стать встречающие его горожане и какими именно славословиями они должны его приветствовать. Культ императора составлял один из существенных элементов государственной религии.

Но даже в самом императорском культе возвышение василевса до живого бога сопровождалось показной униженностью. Облаченный в шелковый плащ с жемчужными нитями, император держал в руках не только «державу» символ земной власти, но и акакию, мешочек с пылью, напоминавший о бренности всего сущего. Едва вступив на престол, государь обязан был выбрать мрамор для собственного саркофага. После победы он, бывало, вступал в город пешком, а перед ним на колеснице, запряженной белыми лошадьми, везли икону богоматери, которую славили как истинную победительницу. И не только перед богом и смертью преклонял голову василевс: по установившемуся обычаю он в подражание Христу должен был раз в год омывать ноги нескольким константинопольским нищим.

Репрезентативность показатель того, что обожествляется не данный конкретный император и не данная императорская фамилия, но императорская власть как таковая, и это обстоятельство с особой четкостью проступало в представлении византийцев о том, что коронация автоматически смывала все грехи и даже смертный грех убийство.

Культ императора внушал уверенность в величии и вечности империи, но на практике репрезентативная функция нередко превращала государя в парадный манекен: строго разработанная система приемов и выходов из дворца заполняла его день, тяжелые торжественные одеяния делали эти приемы и выходы настоящей пыткой. Репрезентативная функция приковывала императора к столице: он должен был по определенным дням показываться на балконе, дефилировать по главной улице Константинополя, присутствовать при богослужении в храме св. Софии.

Другая функция императора экзекутивная. Василевсы самым широким образом осуществляли право казнить, увечить, ссылать подданных, лишать их имущества, смещать с государственных постов. По отношению к каждому отдельному подданному права василевса были неограниченными, независимо от того, какое положение занимал этот подданный. Права императора на неограниченные экзекуции в Византии никогда не подвергались сомнению.

Третья и, казалось бы, важнейшая функция императора может быть охарактеризована как административно-законодательная. Император не только верховный судья, администратор, законодатель, но и воплощенный закон. Согласно римско-византийскому праву, все, что угодно государю, приобретает силу закона. Василеве выше закона. Лишь изредка в византийской публицистике возникает мысль, противоречащая этому принципу, и провозглашается, в частности, что император обязан соблюдать закон а именно: установления Священного писания, правила семи вселенских соборов и, наконец, нормы римского права.

И все же всевластный византийский автократор в осуществлении административно-законодательной функции наталкивается на сопротивление могущественной Силы традиции. Приверженность к традиции составляла вообще чрезвычайно существенный элемент византийской общественной жизни Выше уже шла речь о том, сколь устойчивым был традиционализм византийской хозяйственной жизни. То же самое относится и к сфере государства и права. Выработанные еще в Римской империи юридические нормы определяли все византийское законодательство, в значительной мере сводившееся (или сознательно сводившее себя) к повторению, пересказу или комментарию римских правовых сочинений. Эти законы и толкования уже далеко не всегда соответствовали новым отношениям, постепенно формировавшимся в Византии.

Сохранение норм римского права было своего рода юридической иллюзией (хотя, разумеется, определенные сферы взаимоотношений, особенно товарное производство и товарное обращение, прекрасно укладывались в эти нормы, а другие сферы могли быть во всяком случае осмыслены в понятиях римского права), но отнюдь не просто школьническим переписыванием классических образцов: это было выражение традиционности средневекового мышления, особенно последовательной в византийских условиях.

Соответстве

Похожие работы

1 2 3 4 5 > >>