Виды преступлений

Второе положение несвязанность категорий преступлений с фактически избираемой судом мерой наказания следует иметь в виду при решении вопросов

Виды преступлений

Информация

Юриспруденция, право, государство

Другие материалы по предмету

Юриспруденция, право, государство

Сдать работу со 100% гаранией

Виды преступлений

Одна из существенных новелл УК РФ система норм, посвященных решению вопроса о видах преступления. Что в ней обращает на себя особое внимание? Прежде всего то, что она по месту расположения связывается с понятием преступления и, во-первых, подразделяет все преступления на четыре категории, именуемые преступлениями: небольшой тяжести, средней тяжести, тяжкими и особо тяжкими, а во-вторых, выделяет неоднократность преступлений, совокупность преступлений и рецидив.

Казалось бы, такой подход к решению о видах преступления не должен вызывать каких-либо серьезных возражений. Дело, однако, в том, можно ли считать неоднократность, совокупность и рецидив видами преступления? Вряд ли, поскольку далеко не всякая классификация предполагает выделение лишь видов преступлений. Различая, к примеру, умышленные и неосторожные, простые или сложные, оконченные или неоконченные деяния, мы, безусловно, говорим о видах преступлений. Но такого рода классификацию нельзя ставить в один ряд с выделением неоднократности, совокупности и рецидива, ибо применительно к ним мы имеем дело уже с особенностями не отдельных преступлений, а их множественности, различных ее форм и видов. Логика как местонахождения, так и изучения уголовно-правовых норм, посвященных понятию неоднократности, совокупности и рецидива, требует решения сначала вопросов, связанных с тем, что непосредственно раскрывает общее и особенное в понятии преступления, является обязательным для всякого преступного деяния или, напротив, исключает его преступность, и лишь затем изложения вопросов разграничения отдельного преступления и множественности преступлений, форм и видов такой множественности. Не являясь непосредственно видом преступлений, она лишь предполагает их своим содержанием, вследствие чего множественность может включать в себя умышленные и неосторожные, оконченные и неоконченные и т. п. деяния. Во всяком случае, не видя необходимости рассматривать в данной главе неоднократность, совокупность и рецидив преступлений, авторы настоящей работы руководствовались не малоактуальностью данной проблематики, а тем, что побудило законодателя не рассматривать видами преступления совершение его группой лиц, группой, действующей по предварительному сговору, или организованной группой.

Что же касается вопроса обоснованности признания особо тяжкого, тяжкого преступления, преступления средней тяжести и небольшой тяжести видами преступления, то его решение может быть однозначным. И, действительно, всякая классификация лишь тогда является состоятельной, когда она основана на четко фиксируемом, едином основании (признаке, критерии) деления. Каково оно в данном случае? С одной стороны, законодатель прямо закрепляет, что выделение категорий особо тяжких, тяжких, средней тяжести и небольшой тяжести преступлений производится им "в зависимости от характера и степени общественной опасности деяний, предусмотренных настоящим Кодексом". Исходя из этого следует констатировать, что отнесение каждого преступления к какой-либо из названных в УК категорий должно осуществляться с учетом именно общественной опасности посягательства, ее характера и степени, т. е. с позиций материального, объективного признака преступления. Принципиально важно при таком понимании классификации определить, что влияет на общественную опасность отдельного преступления. Признав целесообразным не ограничиться лишь указанием на количество и наименования категорий преступлений, а указать их отличительные признаки, законодатель установил: "Преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает двух лет лишения свободы"; "Преступлениями средней тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает пяти лет лишения свободы", "Тяжкими преступлениями признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает десяти лет лишения свободы"; "Особо тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых настоящим Кодексом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше десяти лет или более строгое наказание" (ч. 25 ст. 15 УК).

Поскольку, если не считать умышленность или неосторожность деяния, единственным отличительным признаком каждой категории названо предусмотренное Кодексом наказание, то вполне закономерно возникает вопрос о том, можно ли считать его тождественным указанному законодателем основанию деления: характеру и степени общественной опасности преступления? Ответ более чем очевиден по меньшей мере в трех отношениях: 1) характер и степень общественной опасности преступления есть то, что лишь познается законодателем, но никак не зависит от его воли и сознания, в то время как предусмотренное Кодексом наказание за совершенное преступление обусловлено не только объективными, но и субъективными факторами, в частности целями, которые законодатель стремится достигнуть применением наказания; 2) общественная опасность совершенного преступления ни в коей мере не зависит от тяжести предусматриваемого Кодексом наказания; последнее же, напротив, не может более или менее точно не учитывать первое; 3) какое бы большое значение ни имела общественная опасность совершенного преступления, она не является и не может являться единственным критерием наказания, предусматриваемого законом. Стало быть, не вступая в противоречие с логикой, необходимо заключить, что общественная опасность преступления и предусмотренное за него законом наказание могут рассматриваться как два самостоятельных основания классификации: первое позволяет выделить разные по тяжести виды (или категории) преступлений; второе разные по тяжести уголовно-правовые санкции, зависящие не только от общественной опасности совершенного преступления.

Не будет лишним подчеркнуть, что идея подразделения преступных деяний на виды исходя из тяжести предусматриваемого за них наказания не нова. Не касаясь доктрин и законодательства зарубежных государств, где она издавна получила весьма широкое распространение, заметим, что еще в Уголовном Уложении 1903 г. преступные деяния подразделялись на: а) тяжкие преступления, за которые в законе определены как высшее наказание смертная казнь, каторга или ссылка на поселение; б) преступления, за которые устанавливалось в качестве наиболее сурового наказания заключение в исправительный дом, крепость или в тюрьму; в) проступки, влекущие за собой наказания, самое суровое из которых арест или денежная пеня. УК 1922 г. различал две категории преступлений: "а) направленные против установленных рабоче-крестьянской властью основ нового правопорядка или признаваемые ею наиболее опасными, по которым определенный кодексом низший предел наказания не подлежит понижению судом, и б) все остальные преступления, по которым установлен высший предел определяемого по суду наказания". Примечательно то, что об этом делении речь шла в связи не с преступлением, а наказанием. Аналогичным образом решался вопрос и в УК 1926 г. Уголовное законодательство нашей страны 6080 гг. содержало исчерпывающий перечень лишь тяжких преступлений, но так или иначе упоминало также об особо тяжких; о преступлениях, не являющихся тяжкими; преступлениях, не представляющих большой общественной опасности; малозначительных преступлениях.

Примечательно и то, как воспринимались подобного рода деления представителями уголовно-правовой теории. Пожалуй, в наиболее резко отрицательной форме высказывал свое отношение французский криминалист Росси, который, по свидетельству Н. С. Таганцева, утверждал, что ввести в закон такое деление значит сказать обществу: не трудитесь исследовать внутреннюю суть человеческих деяний, смотрите на власть: если она рубит голову кому-либо, вы должны заключить, что этот человек великий злодей. Как полагал Росси, в этом выказывается такое презрение к человечеству, такое притязание на деспотизм во всем, даже нравственности, что можно без особой смелости судить о духе целого кодекса по одной статье. Сам Н. С. Таганцев, хотя и считал деление преступлений в зависимости от предусмотренного за них наказания формальным, тем не менее признавал суждения Росси не совсем справедливыми, поскольку законодатель устанавливает наказание не произвольно, а с учетом существа деяния, и, кроме того, отмечал практическую выгоду использования этого деления в законотворческой деятельности'. В советской юридической литературе многие авторы давали положительную оценку рассматриваемому принципу деления, хотя имелись и другие точки зрения.

Придерживаясь мнения о том, что классификация преступлений по признаку их общественной опасности еще ждет своей научной разработки (кстати, весьма продуктивной для нее может оказаться идея подразделения преступлений по их тяжести раздельно в отношении умышленных и неосторожных посягательств), было бы более правильным при характеристике видов преступления внести определенные коррективы в представления о категориях преступлений. Одна из таких корректив состоит в том, что в основе выделения указанных в УК РФ категорий лежит не общественная опасность содеянного, а особенность его правовых последствий предусмотренного наказания. Другое уточнение касается наименования категорий: первая категория преступления, за совершение которых УК РФ предусматривает наказание небольшой тяжести (суровости), т. е. не превышающее двух лет лишения свободы; вторая категория преступления, за совершение которых УК РФ предусматривает наказание средней тяжести, т. е. не превышающее пяти лет лишения свободы; третья категория преступления, за совершение которых УК РФ предусматривает тяжкое наказание, т. е. лишение свободы не свыше десяти лет; и, наконец, четвертая категория преступления, за совершение которых УК РФ предусматривает особ

Похожие работы

1 2 3 > >>