Тропы в произведениях В. Маяковского

В искусстве XX века В. Маяковский — феномен громадного масштаба. Подлинное великолепие В. Маяковского — не только в широте

Тропы в произведениях В. Маяковского

Курсовой проект

Литература

Другие курсовые по предмету

Литература

Сдать работу со 100% гаранией
выжег,

и суетных дней взметенный карнавал

растреплет страницы моих книжек...

Слов моих сухие листья ли

заставят остановиться,

жадно дыша?

Дай хоть

последней нежностью выстелить

твой уходящий шаг.

Заголовок «Лиличка!» именует адресата стихотворения и в одно и тоже время говорит о робком отношении к нему (уменьшительно-ласкательный суффикс в имени), настраивает на чувственное восприятие текста. Подзаголовок ("вместо письма") ясно относит стих к эпистолярному жанру. по всей вероятности, поэт потому прибегнул к письму, что не сможет сообщить что-то в присутствии адресата. Может быть, любимая располагается в комнате ("сегодня сидишь вот — сердце в железе"), но вербально он не может сказать наболевшее. Письмо в этом случае способствует и понять происходящее, и принять подходящую форму выражения чувств. положение письма резко отмечает свою автобиографичность. Текст начинается с обращения, имеет точную датировку (26 мая 1916 года) и называет место написания (Петроград).

Стихотворение раскрывается экспозицией: "Дым табачный воздух выел. Комната - глава в крученыховском аде", которая вмиг вводит в атмосферу лирической тревоги вследствие экспрессии глагола "выел" и аллюзии "крученыховском аде".

Стихотворение считается лирическим монологом, отражающим перемещение авторской мысли. Сам же автор разделяет пробелом письмо на две композиционные части: первая — раскрытие героя, вторая — всего три строки — заключает лирическую просьбу к любимой.

В основной композиционной части два блока: один — реальный, повествующий о воспитании отношений с любимой, а другой — условный, образно передающий чувства героя.

В первом блоке перед духовным взором героя раскручиваются события как прошлое (вспомни, гладил), настоящее (сегодня сидишь) и будущее (день еще — выгонишь). Он волнуется о будущем, созданным его воображением, настолько реальным, что готов отступиться от встреч с любимой: "дай простимся сейчас". В конце этого блока действия изображены или как случившиеся (короновал, выжег), или как грядущие (забудешь, растреплет), и вовсе нет форм настоящего времени.

Второй блок, образно выполняющий чувственное состояние героя, сооружен на антитезе: независимый и гармоничный мир животных противодействует внутренней закрепощенности и дисгармоничности лирического героя ("а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых; а я не знаю, где ты и с кем"); адресант противоположен поэту, готовому променять любимую на славу и деньги ("А мне ни один не радостен звон, кроме звона твоего любимого имени").

Одна из первых композиционная часть завершается эмоциональным риторическим вопросом: "Слов моих сухие листья ли заставят остановиться, жалобно дыша?". Даже стихи, обращенные к любимой, не затронут её сердца. Инверсия и аллитерация (С-Л-Ф-Х-Ж-Ш) не только отражают звук шелестящих страниц-листьев, но и инициируют зрительно-слуховую ассоциацию осени ("сухие листья слов") и, как следствие, безнадёжности.

В заключительной части стихотворения внезапно мягко за этим вопросом звучит просьба, в которой не только расставание, но и прощение: "Дай хоть последней нежностью выстелить твой уходящий шаг". Аллитерация звуков Д-Т-С-Н и ассонанс А-О-Э придают особо выразительное звучание последнему аккорду.

Маяковский в произведении "Лиличка!" приводит разные виды метафор, показывая с их помощью разнообразные психологические переходы в пребывании лирического героя.

"Душа — цветущий сад, выжженный любовью", "у любви твоей и плачем не вымолишь отдых"; " суетных дней взметённый карнавал растреплет страницы моих книжек"; "сухие листья слов"; "последней нежностью выстелить твой уходящий шаг" — эти метафоры развернутые. Умозрительное, абстрактное (душа, нежность, любовь, имя, шаг) осуществляется, получая черты живого, наполняясь определенным содержанием. Видно, что эмоции героя высказывают себя не сквозь отвлечённые образы, а сквозь метафоризацию.

В тексте попадаются и другие тропы, например синекдоха, разновидность метонимии. Они потрясают своей зрелищностью, хотя по виду фантастичны: "сломанная дрожью рука не влезет в рукав", "тело в улицу брошу я", "сердце в железе" (перифраза-синекдоха).

Избыток чувства поэта к любимой женщине призывала и подходящих средств выражения, вследствие этого он широко употребляется гиперболой. Устремляясь к образам природы (бык, слон, море, солнце, море - всё огромное), он и сравнивает себя с природным миром и гиперболически противополагает себя ему: "кроме любви твоей, мне нету моря", "кроме любви твоей, мне нету солнца", "у любви твоей и плачем не вымолишь отдых".

Самой высокой точкой формирования гиперболы выступает последняя часть, возведенная на аллюзиях: "И в пролет не брошусь, и не выпью яда, и курок не смогу нажать" (имеются в виду русские писатели, трагически оборвавшие свою жизнь: Вс. Гаршин и И.В. Игнатьев). В этой фразе видима и красочнаа градация.

Анафора союза Ии повторение отрицательной частицы НЕ умножают эту часть гиперболы:

"Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа".

Подобным образом, необыкновенное чувство поэта противоположно по отношению к исключительному и даже превосходит его.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Толкование семантики текста в значительной степени находится в зависимости от читателя, его состояния в момент прочтения, его жизненного опыта и естественно предшествующего опыта.

Интерпретация текстов В.В. Маяковского не сможет быть четкой без учета фактов биографии поэта, его собственных ударов, способствовавших написанию того или иного творения. нельзя всецело окунуться в мир душевных волнений автора, не зная источника этих волнений.

В своих стихотворениях В.В. Маяковский высказывает не только идеи, из головы, но и немыслимые потоки чувств, с надломом вырывающиеся из самого сердца.

«Поэт Революции и революционный поэт — разница. Слилось только раз в Маяковском».

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Гальперин, И.Р. Системность контекстно-вариативных форм членения текста / И.Р. Гальперин // Русский язык : Текст как целое и компоненты текста. — М., 2012.

2. Исаева, Л.А. Лингвистический анализ художественного текста: пpоблемыинтеpпpетациискpытых смыслов: учеб. пособие / Л.А. Исаева. — Краснодар : Кубанский гос. ун-т, 2008.

3. Катанян, В.В. Современницы о Маяковском / В.В. Катанян – М. : Дружба народов. — 2013.

4. Новиков, А.И. Семантика текста и ее формализация. / А.И. Новиков. — М., 2013.

5. Поляков, М.Я. Вопросы поэтики и художественной семантики. / М.Я. Поляков. — М., 2008.

Похожие работы

<< < 1 2 3 4