Шпора к канд. минимуму по философии

Диссертация - Философия

Другие диссертации по предмету Философия

Для того чтобы скачать эту работу.
1. Подтвердите что Вы не робот:
2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



за пределы деизма, хотя и сочетают его с материалистической трактовкой целого ряда вопросов. Под влиянием Локка и английских просветителей находились и просветители Америки-Томас Джефферсон (1743-1826), Беджамин Франклин (1706-1790) и др.создатели Соединенных Американских Штатов, давшие им Конституцию, проникнутую деистически-просветительскими идеями о человеке и его правах.

Особенно ярко дух Просвещения проявил себя во Франции, где мыслители-просветители идеологически подготовили революцию. Виднейший представитель французского Просвещения Франсуа Вольтер (1694-1778) познакомил Францию и всю континентальную Европу с учениями Локка и Ньютона. Творчески восприняв эти учения, он приходит к пониманию философии, как великого орудия разума в борьбе против неразумного, отживающего в устройстве общества. Все творчество Вольтера проникнуто антицерковными настроениями; не отрицая религии как таковой, он требует религиозной свободы, Считая, что в основе всех видов познания лежит опыт, он полагает, что последний однозначно свидетельствует об общественной природе человека. Общественное устройство должно обеспечивать политическое и юридическое равенство людей. Социальное и имуще-етвенное неравенство Вольтер рассматривал в качестве предпосылки общественного равновесия и нормального развития общества.

С требованием социального и имущественного равенства выступал Жан Жак Руссо (1712-1778)-один из наиболее радикально настроенных просветителей. Разделяя договорную теорию государства, он, исходя из ее положений, обосновывал право народа на восстание против деспотической власти. Творчество Руссо многогранно. Как и все просветители высоко оценивая общественный прогресс, он был первый, кто указал на его противоречивый характер, связанный с тем, что развитие, культуры создает искусственные потребности, стремление удовлетворить которые весьма сомнительно.

Великим начинанием французских просветителей было создание Энциклопедии, в которой с просветительских позиций была дана оценка всего известного из истории человечества, всех достижений ремесел, искусств и наук. Это был гигантский труд, в создании которого принимали участие все просветители, а возглавляли их Дени Дидро (1713-1784) и Жан ДАламбер (17171783). Последний великий математик и физик в гносеологии был близок Локку, осознавая, правда, известную противоречивость его взглядов. Опираясь на современное ему естествознание, он пытается обосновать общее мировоззрение деистического характера.

Дидро, как и Жюльен Ламетри (1709-1751), Клод Гельвеции (1715-1771), Поль Гольбах (1723-1789), был атеистом, обосновывая атеизм материалистическим мировоззрением. В центре внимания всех названных мыслителей стоит человек, которого они пытаются объяснить как часть природы, связанную с остальной природой реальными физическими отношениями. Природа существует сама по себе, не нуждаясь ни в каком сверхприродном начале. Материя строительный материал природы вечна и обладает движением как своим необходимым свойством. От природы человек добр, злым его делают несовершенные общественные отношения, которые и нужно исправлять путем просветительской работы.

Мировоззренческие утверждения французских материалистов превратились в реальную альтернативу религиозным воззрениям. Однако гносеологическая обоснованность их стала вызывать сомнение, когда англичанин Джордж Беркли (1685-1753) показал, как, опираясь на Локка, преодолевая его непоследовательность, можно прийти к новому обоснованию традиционных религиозных взглядов.

Беркли подверг критике локковское разделение качеств на первичные и вторичные. Все ощущения всегда лишь символы чего-то, неизвестного нам, вещами же мы должны называть и называем устойчивые комплексы ощущений, а не нечто, существующее само по себе. Это подтверждается и анализом понятия существовать. Если исходить из тезиса: в интеллекте нет ничего, чего не было бы в ощущениях, то каждому понятию должен быть найден чувственный эквивалент. Таким эквивалентом для понятия существовать является выражение быть воспринимаемым. Для вещи-комплекса ощущении - существовать и означает быть воспринимаемой. Вещи существуют только в восприятии, но не сами по себе. И хотя такое утверждение противоречит здравому смыслу, считающему, что вещи существуют и тогда, когда я их перестаю воспринимать, однако это противоречие разрешается допущением существования множества душ, подобных моей, которые могут воспринимать, когда я перестал. Тезис: существовать значит быть воспринимаемым, должен быть дополнен тезисом: существовать - значит быть воспринимающим. Впрочем и такое решение вопроса не вполне удовлетворяет здравый смысл, убежденный в том, что разными душами воспринимается нечто тождественное самому себе, не зависящее от различия воспринимающих душ. Удовлетворить здравый смысл может, по мнению Беркли, допущение существования Бога, который, творя мир, воспринимает все сущее в нем всегда одним и тем же способом, обеспечивая тождественность воспринимаемого множеством конечных душ.

В результате получается, что существует Бог и сотворенные им души. Мир творится Богом через непрерывное воздействие на конечные души. Он, а не вещи сами по себе, является причиной наших ощущений. Последние есть метки, при помощи которых Бог сообщает нам о своем существовании. Вещи устойчивые комплексы таких ощущений мы воспринимаем в Боге и через Бога. Если этот тезис оправдан гносеологически (а Беркли полагал, что это так и есть), то оправдана и вся традиционная религия, тогда как просветительские построения оказываются лишь химерой. Беркли был епископом, но церковь не приняла его новаций в обосновании веры. И была права, так как английский философ Давид Юм (1711 1776) вскоре показал, что если быть последовательным, то, исходя из гносеологии Локка, можно прийти только к скептицизму.

Юм разделял многие воззрения просветителей, с некоторыми из них его связывала дружба. Но его не удовлетворяла гносеологическая необоснованность их взглядов, их неумение, что отмечал и Дидро, дать достойный ответ Беркли. Однако, взявшись за гносеологическое обоснование просветительской концепции человека, он пришел к общемировоззренческому скептицизму, хотя это не мешало ему защищать просветитель ские взгляды на природу и характер морали.

Требование Беркли, согласно которому осмысленные понятия их содержания должны сводиться к данному в восприятии, к ощущениям, Юм применяет к понятию причина. В ходе анализа он обнаруживает, что содержание рассматриваемого понятия нельзя свести к данному в ощущениях. В него входит и вера в то, что будущее будет похоже на прошлое. Опытом такая вера оправдана быть не может. Указанное понятие может применяться к достаточно ограниченной сфере внутреннего опыта, но не по отношению к данным внешнего опыта. Вопрос о том, что служит причиной наших ощущений, требует выхода за пределы опыта и потому незаконен. Мы не можем разрешить спор между Локком и его последователями, утверждающими, что причиной наших ощущений являются вещи в себе, а их совокупность и есть материя, и Беркли, считающим причиной ощущения Бога. В этом и состоит скептицизм Юма, разбудивший одно из самых великих европейских философов, немца Иммануила Канта (17241804) от догматической спячки.

Духовная ситуация, которую застал Кант, выглядела следующим образом. Попытки осуществить идею автономной философии, основанной только на опыте и разуме, привели к предельному заострению спора мировоззрений. Оказалось, что опираясь на опыт, используя строгие логические рассуждения, можно вывести и существование Бога и его отрицание, можно утверждать наличие души и ее отсутствие, можно с одинаковым успехом и защищать и отвергать тезис о наличии свободной воли у человека. Вопросы о существовании Бога, души, свободной воли (по терминологии Декарта, метафизические) стояли не только перед теми мыслителями, которые признавали метафизику в качестве науки чистого разума, но и перед теми, кто был настроен антиметафизически, кто отрицал возможность внеопытного познания. Происходило это в силу господства, по меньшей мере со времен средневековья, убеждения, что от ответов на эти вопросы зависит как наше поведение, так и философское обоснование морального долга.

Одна из заслуг Канта состоит в том, что он отделил вопросы о существовании Бога, души, свободы вопросы теоретического разума от вопроса практического разума: что мы должны делать. Он попытался показать, что практический разум, говорящий, в чем наш долг, шире разума теоретического и независим от него.

Второй период своего творчества, так называемый критический, Кант начинает с исследования вопроса о том, возможна ли метафизика как наука. Все наше знание относится к пространственно-временному миру. Если признать, что пространство и время идеальны, т. е. не формы бытия вещей, а только формы их созерцания нами (таким признанием мы, по Канту, преодолеем коллизии, возникшие между ньютонианцами и лейбницианцами, решим вопрос о природе математики, заложим основы для понимания человеческой свободы), то мир расколется на мир пространственно-временных явлений н мир вещей в себе, на мир, чувственно воспринимаемый и познаваемый наукой, и мир сверхчувственный, научно непознаваемый, а лишь мыслимый. Вот этот только мыслимый мир, который недоступен созерцанию, и пытается познать метафизика, что невозможно, ибо вопросы о существовании Бога, души, свободы для теоретического познания неразрешимы.

Способность человека поступать морально, т. е. без всякого принуждения исполнять свой долг, говорит о реальности свободы. Если найти закон, выражающий эту свободу, закон морального поведения, то он может быть положен в основу метафизики нового типа. Кант находит такой закон, категорический императив, который гласит: поступай так, чтобы максима твоей воли могла стать основой всеобщего законодательства. В такой формулировке данный закон пригоден для всех разумных существ, что и говорит