Философия культуры, науки и религии: современные измерения

Сторонник эволюции модерна, плавно трансформировавшегося в постмодерн, Л.Г. Ионин, полагает, что: «Глобализация апофеоз модернистского прогрессизма». [4, с. 7] Данный

Философия культуры, науки и религии: современные измерения

Статья

Философия

Другие статьи по предмету

Философия

Сдать работу со 100% гаранией

Южный научный центр Украины

Национальная академия педагогических наук Украины

Институт высшего образования

 

 

 

 

 

 

 

 

Философия культуры, науки и религии: современные измерения

 

 

Закревский В.Э.,

Старший научный сотрудник,

к. филос. н.,

заместитель директора

докторант

 

 

 

 

 

 

 

 

 

г. Одесса

 

Постмодернизм и глобализация

 

Проблема заключается в том, что взаимосвязь глобализации и постмодернизма находится на периферии научных интересов социогуманитарного сообщества, и посему до сих пор не получила адекватного осмысления и определения. Полагаем, что назрела настоятельная потребность в поиске точек соприкосновения глобализационных и постмодернизационных процессов, современниками которых мы является. Особо интересной представляется задача выявления и актуализации гуманистического потенциала современной социокультурной динамики.

Из множества характеристик глобализации автор концепции медиакультуры и «технокапитализма» Д. Келлнер выделяет «… общую гомогенизацию культуры и повседневной жизни, угрозу национальной и местной культуре и неприкосновенности традиций». [1, с. 6] На основе критической теории, данным автором разработан оригинальный понятийно-терминологический аппарат, предназначенный для анализа современной социокультурной действительности. Отличительной особенностью критического похода Д. Келлнера к анализу глобализма является системное видение взаимосвязи различных его уровней политического, экономического, информационного, технологического, социокультурного. Многообразная феноменология глобализма в таком случае предстает четко структуированным теоретическим конструктом, достоверно раскрывающим суть динамики современной мировой социальной системы.

Позитивный социальный эффект глобализации усматривается в огромном потенциале комбинаторики глобального и локального, открывающем невиданные ранее горизонты творческого развития мировой социокультурной динамики. Однако Д. Келлнер полагает, что: «Глобализация замещает дискурсы модернизации…, скрывая их оценочный характер за относительно нейтральным термином» и несет человечеству, как позитив, так и негатив - «инновацию и деструкцию». [1, с. 6; 1, с. 12]

Один из ярких представителей социального крыла учения модернизации Ж. Деррида несколько иначе трактует экстерриториальность глобализма «…мы никогда не должны, ни в форме культурного релятивизма, ни в виде поверхностной критики европоцентризма, отказываться… от острой потребности универсализации…, которая влечет нас к тому, чтобы искоренять, де-территоризировать, де-историзировать это наследие, оспаривать… ограничения и эффекты… гегемонизма, который колеблется между космополитизмом… и поднимающимся над нацией демократическим Интернационалом». [3, с. 129] В силу зыбкости теоретических дефиниций постмодернизма в целом, а тем более его отдельных представителей, трудно улавливать четкое разграничение между интерпретацией понятий «тотальность» и «универсальность». Смысловые конструкты порой приходится извлекать почти интуитивно-контекстуально.

Универсалистское социально-этическое кредо Ж. Дерриды достаточно определенно обнаруживается в гневном осуждении военной интервенции «сильных» государств против «слабых», камуфлируемое риторикой о защите прав человека. В связи с этим несколько наивно-романтической выглядит выдвинутая им социально-политическая инновация принятие принципиально новой Декларация Прав Человека, хотя общеизвестно, что и действующая Всеобщая Декларация Прав Человека не соблюдается в первую очередь ревнителями всеобщей свободы и демократии. [3, с. 131]

Хотя Ж. Деррида открыто осуждает США за сохранение бесчеловечной практики смертной казни, он в то же время склонен возлагать ответственность за мировое зло «…безграничный долг перед прошлым» на недифференцированное абстрактное человечество. [3, с. 131] К современным порокам» глобализма Ж. Деррида, вполне справедливо, относит коммуникативное киберпространство, уплотнившее жизненный мир человека и робототехнику, поставившую «вне труда часть людей», благодаря его виртуализации. [3, с. 131]

Украинский исследователь Л.Г. Ионин солидарен с Ж. Деррида в том, что социальный постмодернизм исповедует антитоталитаризм, предполагающий отказ от целого, полностью определяющее части. [4] Действительно, если рассуждать в сослагательном наклонении, то было бы вполне оправданным немецкому народу, хотя бы в целях самосохранения, отказаться от гитлеровского государства преступника, проповедавшего идею мирового господства. К тому же такая возможность была. Наметившееся в одной из земель противостояние крестьян и властей по поводу незаконного отторжения земельных угодий, разрешилось в их пользу. Фашистский режим отступил.

Видимо, в определенной мере, вину за историческую трагедию Второй Мировой войны можно возложить на немецкий народ, который оказался послушной толпой: «Масса, лишенная слова… всегда распростерта перед держателями слова, лишенными истории. Восхитительный союз тех, кому нечего сказать, и масс, которые не говорят» [5, с. 11] В этой связи наш недопустимый с научной точки зрения дискурс «Если бы…» оправдан, так как Ж. Бодрияйар считал причиной «невозможной истории…» нереализованные своевременно «молчаливым большинством» возможности социальной активности. [5, с. 11]

Сторонник эволюции модерна, плавно трансформировавшегося в постмодерн, Л.Г. Ионин, полагает, что: «Глобализация апофеоз модернистского прогрессизма». [4, с. 7] Данный автор, вслед за Ж. Деррида, одним из сущностных свойств современного мирового социума считает его психолого-идеологическую однородность. Разумеется, данное утверждение в большей мере справедливо в отношении социально-политических реалий, нежели национальных и этнокультурных. Однако в работе «Социология культуры: путь в новое тысячелетие» Л.Г. Ионин, противореча самому себе, выдвигает несколько иную трактовку, которую мы полностью разделяем: «Не идеология будет служить орудием легитимизации власти, а власть орудием легитимизации идеологии, то есть, реализации виртуального продукта». [6, с. 154] В то же время, категорически не приемлем тезис о виртуализации (практическом устранении) насилия в современном мире, а также пессимистическая констатация относительно инфляции общечеловеческих ценностей, которые не способны быть основой гуманистической интеграции мирового сообщества. Оттого, что ценностный консенсус ещё никогда не был достигнут в межобщностном взаимодействии не следует, что это не произойдет никогда. А раз так, то возможен любой дискурс на эту тему. [7]

Актуальным на данном этапе мирового социального процесса является вопрос о способе детерминации его динамики. Что же действительно первично онто-детерминация или эпистемо-детерминация? Либо это процесс диалектический и поиск первоначала в подобен бесплодному определению первичности курицы или яйца? В связи с поставленной проблемой следует отметить, что при огромном количестве работ, посвященных дифференцированно глобализации и постмодернизму, лишь малая их толика приходится на исследование взаимосвязи этих основополагающих феноменов мирового социального процесса.

Полагаем, что все-таки первичными являются объективные инновационные социально-экономические процессы, закономерно обнаруживающие себя в глобальной эволюции мирового сообщества. Глобальная же социокультурная динамика, неотъемлемой составляющей которой является постмодернизм, безусловно, оказывает обратное воздействие на развитие и трансформацию глобализационных процессов: «…большинство авторов работ, посвященных феномену глобализации, лишь изредка упоминают постмодернизм, как современное философское течение, косвенно причастное к формированию актуальной картины мира, и не погружаются в анализ взвимосвязи двух феноменов». [8, с. 81] Дополнительным инструментом экономической глобализации В.П. Шалаев считает постмодерн. [9] Полагаем, что убедительной аргументацией, обосновывающей выдвинутое выше утверждение могут служить общеизвестные описательно-объяснительные характеристики современной культуры, а также места и роли социального индивида в ней, наработанные философией.

Большинство исследователей, избравших предметом своих исследований современную культуру почти единодушны в том, что её унификация оказывает в целом негативное воздействие на мировую социокультурную динамику. Однако наметилась и иная позитивная тенденция в прогнозировании направлений развития мировой культуры. И заключается она в том, что единство культуры должно приобретать такие качества и свойства, которые открывали бы невиданные ранее возможности для гуманизации межобщностного взаимодействия и развития человека. Так С. Бородавкин ставит «…вопрос о такой культуре, которая была бы приемлема в основных чертах для всех народов». [10, с. 36] Данный автор убежден в необходимости универсализации культуры. Впрочем, он заходит так далеко, что считает существенным препятствием на этом пути религиозную дифференциацию мирового социума. Косвенным образом, так сказать, от противного им поставлена задача создания универсальной мировой религии. Данная идея не нова. О необходимости новой всеобщей религии писал еще Ф. Гегель.

Самым убедительным воплощением подобных устремлений и надежд оказалась синтетическая религия Бахаи, скомпоновавшая основные смысловые конструкты мировых религий. И хотя с мом

Похожие работы

1 2 3 > >>