"Собор Парижской богоматери" В. Гюго как исторический роман

Информация - Литература

Другие материалы по предмету Литература

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



очно конкретные признаки. Это феодальный порядок. Все неудачи и несчастья героев весьма четко обоснованы условиями и обстоятельствами конкретной исторической действительности. Судьба Квазимодо исключительна по нагромождению ужасного и жестокого, но это ужасное и жестокое обусловлены эпохой и положением Квазимодо. Звонарь Квазимодо символизирует собой исполинскую народную мощь. Несмотря на внешнее уродство, в нем сосредоточена страшная сила, внутреннее величие, моральная правота, он - символ величия народной души, ее гуманных порывов и устремлений.

Клод Фролло - это воплощение средневековья с его мрачным изуверством и аскетизмом, но он уже затронут духом сомнения, увлечен новыми веяниями, возникающими на рубеже двух эпох - средневековья и Возрождения. Фролло начинает осознавать бесплодность средневековой науки и веры, бессмыслицу вечных обетов. Злодеяния Клода Фролло оказываются его несчастьем, порожденным тем искажением человеческой природы, за которое ответственны религиозное мракобесие и извращенный аскетизм средневекового католичества, ответственны властвующие над ним идеологические нормы феодального строя.

В еще большей степени правдивы такие образы, как Феб де Шатопер и в особенности персонажи и обстоятельства исторического фона: сюда относятся все массовые сцены - представление мистерии, двор чудес, суд над Эсмеральдой, мятеж, затем характеристика фламандцев, короля Людовика XI. Здесь, в обрисовке короля, очень убедительно сочетание жестокости, высокомерия с религиозностью средневекового человека, циничным юмором и политическим произволом.

Уже в Соборе Парижской богоматери, первом большом романе Гюго, мы обнаруживаем тот метод художественного обобщения, который так ярко покажет свои возможности в Отверженных, Тружениках моря, Человеке, который смеется. Опираясь на реальное, исходя из него, Гюго сгущает краски, преувеличивает, так сказать - продолжает тенденции реально-исторического настолько, что типизация у него переходит в своеобразную символизацию. Но существенно и важно то, что создаваемые им образы-символы ни на одно мгновение, не отрываются от реальности. Так, Клод Фролло оказывается символом извращенной, задавленной феодальным порядком человечности в той мере, в какой он, реальный клирик XV века, со всей своей ученостью, суевериями и предрассудками, не может дать выход естественным человеческим страстям. Так, Эсмеральда - опоэтизированная душа народа, и ее воздушная прелесть рождается от преувеличения, от символизации; но вся условность образа снимается чертами реальной наивности, непосредственности и простоты, которые и придают ему немеркнущее значение, а также и тем, что личная трагическая судьба Эсмеральдьг - это возможная в данных исторических условиях судьба любой реальной девушки из народа.

Насколько глубокой и исторически правдивой может быть такого рода символизация, видно уже из того, какой художественной убедительностью обладает знаменитый образ собора, ибо в романе собор - это подлинное действующее лицо. Он у Гюго - символ средневековья, олицетворение народной художественной культуры. Он охраняет Квазимодо и Эсмеральду и сбрасывает со своих башен изувера и убийцу Фролло.

Все действие романа сосредоточено вокруг собора, играющего огромную роль в жизни и судьбах Фролло и Квазимодо.

В романе очень важно, что Квазимодо любит собор, любит волшебную музыку колоколов. Эта любовь Квазимодо как бы поддерживает и обосновывает все рассуждения Гюго о соборах, об архитектурном облике средневекового Парижа. Гюго, враг и обличитель феодализма, вовсе не зачеркивает средневековья как определенного периода в истории народа. Он принимает средневековую культуру во всем, что эта культура имела в себе народного, для него искусство средних веков прекрасно постольку, поскольку в нем сквозит начало общенародное, общечеловеческое. Силою творческого воображения Гюго стремился воссоздать ту правду истории, которая явилась бы поучительным наставлением для современности. В свою очередь, современность властно вторгалась па страницы его исторического романа. Так, в мыслях и суждениях несколько модернизированного средневекового поэта Гренгуара проступает эклектическая философская система Виктора Кузена, читавшего в 20-х годах курс истории философии в Сорбонне; о Гренгуаре Гюго не без иронии говорит, что он был истый эклектик и принадлежал к числу тех возвышенных и твердых, уравновешенных и спокойных духом людей, которые умеют во всем придерживаться золотой середины, всегда здраво рассуждают и склонны к либеральной философии.

Борьба, которую повел Гюго против смертной казни, выступив в 1829 году с повестью Последний день приговоренного к смерти, была продолжена им и на страницах романа Собор Парижской богоматери. Эта идея раскрывается в сцене прощания Гудулы со своей дочерью Эсмеральдой у подножия эшафота и в злобно-лицемерных рассуждениях Людовика XI, охотно тратившего огромные суммы на постройку тюрем и содержание палачей.

Указывая на немеркнущее достоинство памятников средневековья, созданных трудом талантливого народа, романист выступил против варварского их разрушения, упрекая своих современников в непочтительном отношении к национальному достоянию.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Поэтический талант Гюго ярко проявился в образной, колоритной речи, в обширном лексическом материале, использованном писателем не только для то

s