"Слово о полку Игореве", языческие и христианские мотивы

Контрольная работа - Литература

Другие контрольные работы по предмету Литература

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



рева, как коршун (ср.выражение вержил Всеслав жребий о девице себе любой - бросал жребий, действие активное, а не страдательное).

Враждебная активность дива стоит в логически неразрывном ряду: уже несется хула на хвалу, уже тресну нужда на волю, уже вержился див на землю. Что значит: хула одолела хвалу, нужда волю, див землю. Речитатив плача, идущего без перебивок на одном дыхании, подчеркнутый ритмическим повтором слова уже говорит о горе русской земли. Вся эта конструкция чуть ниже поддержана родственной по смыслу и стилю завершающей фразой: уже пустыня силу прикрыла. Доверие к тексту, и прежде всего к тексту, проясняет многие темные места. Да и само по себе значение слова дивный как диковинный, дикий, чужой, незнаемый, языческий убеждают нас во враждебности дива.

Или возьмем такой фрагмент текста: Почнут наших птиц бити…

И рек Гзак Кончаку (про Игоря):

- А коли опутаем его красной девицею

ни нам будет соколенка,

ни нам красной девицы.

но почнут наших птиц бити

в поле половецком.

В этом фрагменте из последней части Слова О.Щербинина в статье Слово о полку Игореве (Темные места в новом свете) впервые предлагает перевод почнут наших птиц бити, в отличие от остальных исследователей, которые писали: И начнут нас птицы бить в поле половецком, понимать как сокол с соколенком начнут птиц половецких в поле бить. Эта метафора русичи-соколы бьют птиц-половцев проходит через всю образную систему слова, равно как и древнерусскую литературу. В Слове есть такие фразы: Когда сокол в мытех бывает высоко птиц взбивает; высоко плаваете на дело в буести, яко сокол на ветрах ширяяся, хотя птиц в буйстве одолети.

По мысли некоторых исследователей, лебеди - языческий тотем половцев. Возможно, именно с изображением лебедей на стягах шли половцы в бой. В таком случае, почнут наших птиц бити из уст половецких ханов это и символический, и зримый, конкретные образы. Вспомним и выражение: скрипят телеги половецкие, словно лебеди распуганы. Или ступила обида на землю Троянью, всплеснула лебедиными крылами.

В сцене побега Игоря из половецкого плена: … и полетел сокол под мглами, избивая гусей и лебедей к завтраку, обеду и ужину. Или: О, далече заиде сокол, птиц бья к морю! Под птицами разумеются галки, черные вороны, сороки (ср. галок стада бегут к Дону великому…). В ХII веке птицы и лисицы именно в этом сочетании воспринимались как сугубо языческие реалии, недаром в Слове и поучении против язычников читаем: Внимают же и гласы кокошем, и вранам, и иным птицам и лисицам.

Русские птицы - это сокол, соловей, кукушка, утка (и гоголь), чайка, чернядь, перепелка. Но прежде всего сокол. Их всегда называют поименно, а языческих птиц часто обозначают просто как птицы.

Обратимся к другому фрагменту: Пустыня силу прикрыла. И опять же, противопоставление: хаос порядок, стихия, культура, знакомое, освоенное, культурное, одухотворенное, христианское и незнакомое, незнаемое, неосвоенное, неокультуренное, пустынное, нечистое, поганое, языческое - имеет в Слове важное мирообразующее значение. Это ключ к образам. Это противопоставление создает образ большой поэтической и философской глубины - уже пустыня силу прикрыла - в плаче после поражения князя Игоря. Передача этой фразы как уже пустыня войско прикрыла - совершенно недостаточна, т.к. понятие сила гораздо шире, чем войско. Войско лишь одно из средоточий силы. Полный же смысл в том, что пустое одолело сложное и богатое, дикое одолело культурное, бессильное по всем параметрам (т.к. оно не одухотворено традицией, культурой), одолело силу как средоточие не только физической военной мощи, но и духовных качеств: храбрости, доблести, чести, жертвенности во имя Родины.

Если вспомнить шедевры церковного зодчества на Руси ХII века, вспомнить, что именно в этом веке начинается строительство Собора Парижской Богоматери с его роскошной архитектурой и сложной системой символов, подумать о сложных духовных поисках богословской литературы то особенно ярко и выпукло предстанет в сравнении со всеми этими богатствами понятие пустыни всего жизнеустройства кочевых народов, живущих в голой степи. (Вероятно, не стоит подробно оговаривать, что у кочевых, отсталых народов была своя культура, заслуживающая уважения, подчас восхищения каменная скульптура половцев). Мы здесь реконструируем сознание средневекового христианина. А впрочем, пустыня ведь не уничтожила силу, а только прикрыла, подспудно сила зреет.

Одухотворены, а потому дружественны либо враждебны русичам и все природные стихии и явления, в том числе и реки. В Слове приводится много названий рек, и к каждой у автора особое отношение. Реки персонифицировались. Днепр Словутич помощник, покровитель. Стугна коварна, полна студеной воды. Каяла гибельная, окаянная река, как и Канина, где канули русские дружины и самая слава русичей. В средневековом сознании имена собственные, а также названия рек, озер, морей, гор осмысливались как обозначения характера объекта, его сути, подчас судьбы. Все эти одушевления, элементы анимизма и язычества в Слове - явления не столько религиозного, сколько художественного порядка.

Когда автор Слова о полку Игореве передает беседу Игоря с Донцом, он, конечно, не предполагает, что эта беседа имела ме

s