Биография Н.М. Карамзина

Как истинный патриот своего Отечества, Карамзин не раз высказывал Александру I нелицеприятные истины. В 1811 году он сделал это в

Биография Н.М. Карамзина

Реферат

Литература

Другие рефераты по предмету

Литература

Сдать работу со 100% гаранией

Содержание

 

Детство и юность Карамзина

Карамзин-историк

Карамзин-журналист

 

Детство и юность Карамзина

 

Николай Михайлович Карамзин родился 1 (12) декабря 1766 года в селе Михайловка Бузулукского уезда Симбирской губернии в культурной и родовитой, но небогатой дворянской семье, происходившей по отцовской линии от татарского корня. Свой тихий нрав и склонность к мечтательности он унаследовал от матери Екатерины Петровны (урожденной Пазухиной), которой лишился в возрасте трех лет. Раннее сиротство, одиночество в доме отца укрепили в душе мальчика эти качества: он полюбил деревенское уединение, красоту поволжской природы, рано пристрастился к чтению книг.

Когда Карамзину исполнилось 13 лет, отец увез его в Москву и определил в пансион профессора Московского университета И.М. Шадена, где мальчик получил светское воспитание, изучил в совершенстве европейские языки и слушал лекции в университете. По окончании пансиона в 1781 году Карамзин покинул Москву и определился в Петербурге в Преображенский полк, к которому был приписан с детства. Дружба с И.И. Дмитриевым, будущим известным поэтом и баснописцем, укрепила в нем интерес к литературе. Впервые Карамзин выступил в печати с переводом идиллии немецкого поэта С. Гесснера в 1783 году.

После смерти отца, в январе 1784 года, Карамзин вышел в отставку в чине поручика и вернулся на родину в Симбирск. Здесь он вел довольно рассеянный образ жизни, типичный для молодого дворянина тех лет. Решительный поворот в его судьбе произвело случайное знакомство с И.П. Тургеневым, деятельным масоном, литератором, сподвижником известного писателя и книгоиздателя конца XVIII века Н.И. Новикова. И.П. Тургенев берет Карамзина в Москву, и в течение четырех лет начинающий литератор вращается в московских масонских кругах, тесно сближается с Н.И. Новиковым, становится членом "Дружеского ученого общества".

Для московских масонов-розенкрейцеров (рыцарей злато-розового креста) была характерна критика вольтерианства и всего наследия французских энциклопедистов-просветителей. Масоны считали человеческий разум низшей ступенью познания и ставили его в прямую зависимость от чувства и Божественного откровения. Разум вне контроля чувства и веры не в состоянии правильно понимать окружающий мир, это "темный", "бесовский" разум, являющийся источником всех человеческих заблуждений и бед.

Особой популярностью в "Дружеском ученом обществе" пользовалась книга французского мистика Сен-Мартена "О заблуждениях и истине": не случайно розенкрейцеров их недоброжелатели называли "мартинистами". Сен-Мартен заявлял, что учение просветителей об общественном договоре, основанное на атеистической "вере" в "добрую природу" человека, есть ложь, попирающая христианскую истину о "помраченности" природы человека "первородным грехом". Наивно считать государственную власть результатом человеческого "творчества". Она является предметом особого Божьего попечительства о грешном человечестве и посылается Творцом для укрощения и сдерживания греховных помыслов, которым подвержен падший человек на этой земле.

Государственную власть Екатерины II, находившейся под влиянием французских просветителей, мартинисты считали заблуждением, Божеским попущением за грехи всего петровского периода нашей истории. Русские масоны, среди которых вращался в те годы Карамзин, создали утопию о прекрасной стране верующих и счастливых людей, управляемых избранными масонами по законам масонской религии, без бюрократии, подьячих, полицейщины, вельмож, произвола. В своих книгах они проповедовали эту утопию как программу: в их государстве исчезнет нужда, не будет ни наемников, ни рабов, ни налогов; все будут учиться и жить мирно и возвышенно. Для этого надо, чтобы все стали масонами и очистились от скверны. В будущем масонском "раю" не будет ни церкви, ни законов, а будет свободное общество хороших людей, верующих в Бога, кто как хочет.

Вскоре Карамзин понял, что, отрицая "самовластие" Екатерины II, масоны вынашивали планы своего "самовластия", противопоставляя масонскую ересь всему остальному, грешному человечеству. При внешнем созвучии с истинами христианской религии в процессе их хитроумных рассуждений осуществлялась подмена одной неправды и лжи не менее опасной и коварной другой. Настораживала Карамзина и чрезмерная мистическая экзальтация его "братьев", столь далекая от завещанного православием "духовного трезвения". Смущал покров таинственности и конспирации, связанный с деятельностью масонских лож.

И вот Карамзин, подобно герою толстовского романа-эпопеи "Война и мир" Пьеру Безухову, испытывает глубокое разочарование в масонстве и покидает Москву, отправляясь в долгое путешествие по Западной Европе. Его опасения вскоре подтверждаются: делами всей масонской организации, как выяснило следствие, заправляли какие-то темные люди, выехавшие из Пруссии и действовавшие в ее пользу, скрывая свои цели от искренне заблуждавшихся, прекраснодушных русских "братьев". Путешествие Карамзина по Западной Европе, длившееся полтора года, обозначило окончательный разрыв писателя с масонскими увлечениями юности.

"Письма русского путешественника". Осенью 1790 года Карамзин вернулся в Россию и с 1791 года стал издавать "Московский журнал", выходивший в течение двух лет и имевший большой успех у русской читающей публики. В нем он напечатал два главных своих произведения - "Письма русского путешественника" и повесть "Бедная Лиза".

В "Письмах русского путешественника", подводящих итог заграничным странствованиям, Карамзин, следуя традиции "Сентиментального путешествия" Стерна, изнутри перестраивает ее на русский лад. Стерн почти не уделяет внимания внешнему миру, сосредоточиваясь на дотошном анализе собственных переживаний и чувств. Карамзин, напротив, не замкнут в пределах своего "я", не слишком озабочен субъективным содержанием своих эмоций. Ведущую роль в его повествовании играет внешний мир, автор искренне заинтересован в истинном его понимании и объективной его оценке. В каждой стране он подмечает самое интересное и важное: в Германии - умственную жизнь (он знакомится с Кантом в Кенигсберге и встречается с Гердером и Виландом в Веймаре), в Швейцарии - природу, в Англии - политические и общественные учреждения, парламент, суд присяжных, семейную жизнь добропорядочных пуритан. В отзывчивости писателя на окружающие явления бытия, в стремлении проникнуться духом разных стран и народов уже предвосхищается в Карамзине и переводческий дар В.А. Жуковского, и "протеизм" Пушкина с его "всемирной отзывчивостью".

Следует особо выделить раздел "Писем..." Карамзина, касающийся Франции. Он посетил эту страну в момент, когда раздались первые грозовые раскаты Великой французской революции. Он еще видел воочию короля и королеву, дни которых были уже сочтены, присутствовал на заседаниях Национального собрания. Выводы, которые сделал Карамзин, анализируя революционные потрясения в одной из самых передовых стран Западной Европы, уже предвосхищали проблематику всей русской литературы XIX века.

"Всякое гражданское общество, веками утвержденное,- говорит Карамзин,- есть святыня для добрых граждан, и в самом несовершеннейшем надобно удивляться чудесной гармонии, благоустройству, порядку. "Утопия" будет всегда мечтою доброго сердца или может исполниться неприметным действием времени, посредством медленных, но верных, безопасных успехов разума, просвещения, воспитания добрых нравов. Когда люди уверятся, что для собственного их счастия добродетель необходима, тогда настанет век златой, и во всяком правлении человек насладится мирным благополучием жизни. Всякие же насильственные потрясения гибельны, и каждый бунтовщик готовит себе эшафот. Предадим, друзья мои, предадим себя во власть Провидению: оно, конечно, имеет свой план; в его руках сердца государей - и довольно".

В "Письмах русского путешественника" зреет мысль, положенная в основу составленной Карамзиным впоследствии "Записки о древней и новой России", которую он вручил Александру I в 1811 году, накануне наполеоновского нашествия. В ней писатель внушал государю, что главное дело правления не в изменении внешних форм и учреждений, а в людях, в уровне их нравственного самосознания. Благодетельный монарх и умело подобранные им губернаторы с успехом заменят любую писаную конституцию. А потому для блага отечества нужны прежде всего хорошие священники, а потом и народные школы.

В "Письмах русского путешественника" проявилось типичное отношение мыслящего русского человека к историческому опыту Западной Европы и к урокам, которые он выносил из него. Запад оставался для нас в XIX веке школой жизни как в лучших, светлых, так и в темных ее сторонах. Глубоко личное, родственное отношение просвещенного дворянина к культурной и исторической жизни Западной Европы, очевидное в "Письмах..." Карамзина, хорошо выразил потом Ф.М. Достоевский устами Версилова, героя романа "Подросток": "Русскому Европа так же драгоценна, как Россия: каждый камень в ней мил и дорог".

 

Карамзин-историк

 

Примечательно, что сам Карамзин в этих спорах участия не принимал, а к Шишкову относился с уважением, не питая на его критику никакой обиды. В 1803 году он приступил к главному делу своей жизни - созданию "Истории государства Российского". Замысел этого капитального труда возник у Карамзина давно. Еще в 1790 году он писал: "Больно, но должно по справедливости признаться, что у нас до сего времени нет хорошей истории, то есть писанной с философским умом, с критикою, с б

Похожие работы

1 2 3 > >>