Библейский контекст одного стихотворения А.С.Пушкина

Сочинение - Литература

Другие сочинения по предмету Литература

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



Библейский контекст одного стихотворения А.С.Пушкина

Мельник В. И.

Комментарий Б.В.Томашевского к стихотворению А.С.Пушкина "К Гнедичу" (1832) на сегодняшний день остается основополагающим. Из пушкинского десятитомника он перекочевал в иные издания, например, в трехтомное собрание сочинений поэта, издававшееся в издательстве "Правда" в 1980-х гг. и др.

Между тем известное стремление "читать между строк", столь характерное для историко-литературной науки советских времен, кажется, послужило основанием заурядной, вполне объяснимой, но тем не менее досадной ошибки в комментарии известного литературоведа.

Первую строку этого пушкинского стихотворения ("С Гомером долго ты беседовал один") Б.В.Томашевский объясняет следующим образом: "Первой строкой стихотворения Пушкин напоминает Гнедичу об адресованном ему в 1821 г. послании Рылеева, где имеется стих:

С Гомером отвечай всегда беседой новой.

В 1832 г. всякое прямое упоминание имени Рылеева было воспрещено" (1).

Собственно говоря, сближение с К.Ф.Рылеевым и его посланием получает весьма зыбкое обоснование, так как Б.В.Томашевский, во-первых, не указывает, по какой причине, зачем Пушкин напоминает Н.И.Гнедичу о послании их общего знакомого. Мысль комментатором не развита. Основная тема послания Рылеева сводится к противопоставлению серьезных литературных трудов Гнедича зависти его недоброжелателей. Упомянутая Б.В.Томашевским строка выражает именно этот мотив:

И ты примеру следуй их,

И на суждения завистников твоих,

На площадную брань и приговор суровый

С Гомером отвечай всегда беседой новой.

На возможность сближения первой строки пушкинского стихотворения с посланием Рылеева указывает лишь одно слово: "беседовал", - которое как бы отсылает нас к рылеевскому выражению "отвечай… беседой". Между тем объяснение первой строки следует искать в самом стихотворении Пушкина, в контексте всей его образной системы.

Известно, что весомый авторитет Гнедича у современников определялся прежде всего его переводческой деятельностью. Кроме К.Ф.Рылеева, ему пишут послания А.А.Дельвиг, П.А.Плетнев, Е.А.Баратынский. В посланиях подчеркивается литературное подвижничество Гнедича. Серьезный литературный труд переводчика Гомера воспринимался современниками как гражданский подвиг. В послании "Н.И. Гнедичу" (1823) Баратынский акцентирует сугубую отрешенность Гнедича от жизненной суеты:

Счастливец! Дни свои ты Музам посвятил

И бодро действуешь прекрасные полвека

На поле умственных усилий человека…

Акцент на высоком подвижничестве Гнедича делает и Пушкин, который сразу по выходе полного текста перевода "Илиады" выступил с заметкой в "Литературной газете": "С чувством глубоким уважения и благодарности взираем на поэта, посвятившего гордо лучшие годы жизни исключительному труду, бескорыстным вдохновениям и совершению единого, высокого п о д в и г а " (2).

Образный строй, сюжет пушкинского стихотворения вызывают ассоциативную параллель между переводом "Илиады" на русский язык и величайшим событием ветхозаветной истории: изнесением скрижалей, данных Богом чрез Моисея еврейскому народу. Этим и выражена высокая оценка труду, предпринятому Гнедичем. Этим и указан масштаб совершившегося события. Пушкин отсылает читателя не столько к посланию Рылеева, сколько к Священному Писанию, помогающему уяснить смысл и масштабность свершившегося литературного факта состоявшемуся переводу гомеровского эпоса.

В своем стихотворении Пушкин буквально следует за той последовательностью событий, которая прослеживается в книге "Исход".

С Гомером долго ты беседовал один.

"Долго" не только потому, что это отражает реальный жизненный факт затянувшейся работы над переводом (Гнедич начал перевод в 1807 г., а закончил в октябре 1826 г.), но и потому что для Пушкина важно сохранить в наибольшей полноте указанную параллель: в книге "Исход" говорится: "Моисей вступил в средину облака, и взошел на гору; и был Моисей на горе сорок дней и сорок ночей" (24, ст. 18). Стихотворение в своем начале строится как похвала; величие поэтического подвига подчеркнуто спокойным двенадцатистопным шагом пушкинского ямба. Слово "один" акцентирует не только мотив несуетной уединенности, но и мотив достоинства, избранности. "Один" еще и потому что Господь строго указал, что один лишь Моисей удостоится беседы с Ним: "Моисей о д и н пусть приблизится к Господу, а… народ пусть не восходит с ним" (24, ст. 2).

В интерпретации Пушкина автор "Илиады" уподобляется Богу, "Илиада" скрижалям, а русский переводчик Моисею, через которого Закон передан народу.

Тебя мы долго ожидали.

Эта вторая строка пушкинского стихотворения восходит к 32 главе книги "Исход". Здесь говорится о том, что народ, слишком долго ожидавший Моисея, не удержался на духовной высоте, сотворил себе золотого тельца и стал ему поклоняться: "Когда народ увидел, что Моисей д о л г о не сходит с горы, то собрался к Аарону и сказал ему: встань и сделай нам бога, который бы шел перед нами; ибо с этим человеком, с Моисеем, который вывел нас из земли Египетской, не знаем, что сделалось" (32, ст. 1). После того, как Моисей получил от Бога скрижали, "на которых написано было с обеих сторон" (32, ст. 15), он спустился вниз и обрел народ поющим и поклоняющимся кумиру: "И услышал Иисус голос народа шумящего, и сказал Моисею: великий крик в стане. Но Моисей

s