Библейские мотивы и сюжеты в русской литературе ХIХ–XX веков

Информация - Литература

Другие материалы по предмету Литература

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



дится пилатова линия в текст московского романа. Сначала как прямая речь самого Воланда. Затем как сон Иванушки, и, наконец, как рукопись романа Мастера. При этом стилистически, сюжетно, идейно текст из всех трех источников оказывается поразительно един. Кто может контролировать все три этих источника? Если роман есть произведение только Мастера то лишаются ответа два вопроса: 1) откуда Воланд мог знать роман московского писателя, с которым он якобы даже и не был знаком в первый день своего пребывания в столице СССР? 2) Как роман Мастера мог войти в сон Ивана Бездомного?

Но эти вопросы снимаются, если предположить, что Воланд изначально вдохновляет Мастера в его творчестве. Мир снов, наваждений и теней это родной мир Воланда. Только Воланд имеет достаточно сил для того, чтобы воспользоваться всеми тремя вратами. Значит, он и есть подлинный автор этой антиевангельской версии евангельских событий. Да и тот факт, что эпиграф булгаковского романа относится именно и только к Воланду, показывает, в ком именно Булгаков видит главного персонажа своего повествования. Роман Булгакова и в самом деле о Черном богослове.

 

Роман-Евангелие.

 

Пилатовы главы не просто авторский рассказ или версия. Это именно евангелие, но анти евангелие, евангелие сатаны. Оно не рядом, оно вместо церковных книг. Только знаете ли, в евангелиях совершенно иначе изложена вся эта легенда, все не сводя глаз и все прищуриваясь, говорил Берлиоз. Инженер улыбнулся. Обижать изволите, отозвался он. Смешно даже говорить о евангелиях, если я вам рассказал. Мне видней. Так вы бы сами и написали евангелие, посоветовал неприязненно Иванушка. Неизвестный рассмеялся весело и ответил: Блестящая мысль! Она мне не приходила в голову. Евангелие от меня, хи хи....

Поэтому главы, где действует Иешуа, нельзя называть евангельскими. Их верное название пилатовы главы. Сам Мастер говорит я написал о Пилате роман (гл. 13). На вопрос Воланда О чем роман?, Мастер отвечает столь же однозначно: Роман о Понтии Пилате (гл. 24). Иванушку также интересует не Иешуа, а Понтий Пилат (Меня же сейчас более всего интересует Понтий Пилат… Пилат). Иешуа неглавный персонаж романа о Пилате. И роман не столько апология Иисуса , сколько апология Пилата. В этом романе оправдан Пилат. Оправдан Левий, срывающийся в бунт против Бога… Похоже, что оправдан даже Иуда, кровью своей искупивший свое предательство: его убийца присел на корточки возле убитого и заглянул ему в лицо. В тени оно представилось смотрящему белым, как мел, и каким то одухотворенно красивым. Понятно, почему сатана заинтересован в этом анти евангелии. Это не только расправа с его врагом (Христом церковной веры и молитвы), но и косвенное возвеличивание сатаны. Нет, сам Воланд никак не упоминается в романе Мастера. Но через это умолчание и достигается нужный Воланду эффект: это всё люди, я тут не при чем, я просто очевидец, летал себе мимо, примус починял... Так вслед за Понтием Пилатом и Иудой следующим амнистированным распинателем становится сатана.

И, как и подобает анти евангелию, оно появляется в скверне: из под задницы кота (Кот моментально вскочил со стула, и все увидели, что он сидел на толстой пачке рукописей). Рабочий стол печка коту под хвост и снова печка. Таков путь рукописи Мастера.

Кстати, и деньги, на которые Мастер творил свое произведение, он нашел в грязи (Вообразите мое изумление, шептал гость в черной шапочке, когда я сунул руку в корзину с грязным бельем и смотрю: на ней тот же номер, что и в газете!) Так что именование пилатовых глав евангельскими означает полную солидарность с Воландом. И не менее радикальное расхождение с Михаилом Булгаковым.

Воланд использовал Мастера и покинул его. Иешуа создан Мастером и тоже оставил его. Простил ли Иешуа своего создателя Мастера? Иешуа, который вроде бы всех прощает, для которого все люди добрые, тем не менее выносит приговор Мастеру. О том, что это приговор, а не награда, свидетельствует печальная интонация Левия при произнесении этой фразы (А что же вы не берете его к себе, в свет? Он не заслужил света, он заслужил покой, печальным голосом проговорил Левий). Иешуа отдает Мастера навсегда в царство Воланда, зла и тьмы: Он прочитал сочинение мастера, заговорил Левий Матвей, и просит тебя, чтобы ты взял с собою мастера и наградил его покоем. Неужели это трудно тебе сделать, дух зла? Иешуа лишь одно дарит Мастеру освобождение от памяти о самом Иешуа... Создание вынесло приговор своему творцу (он не заслужил света) и покинуло его.

Персонажи создаются романом Мастера, но все же эти тени не начинают жизни вполне самостоятельной. Такими, какими их задумал Мастер, они сохраняются навсегда. Но им не хватает сил и реальности для того, чтобы самостоятельно меняться хотя бы в мелочах. Их непеременчивость подчеркивается: Левий Матвей и в ХХ веке все так же мрачен и ходит все в том же хитоне, запачканным глиной еще на Лысой Горе. Двенадцати тысяч новолуний не хватает для того, чтобы лужа вина высохла у ног Понтия Пилата. И сам Понтий Пилат не изменился он по прежнему отрицает свою ответственность за казнь Иешуа. Казненный им Иешуа также все еще в разорванном хитоне и с обезображенным лицом. И как безвольно, заискивающе Иешуа просил Пилата в романе Мастера, так же он и теперь просит Воланда. И все те же идолы царят над Ершалаимом...

Вот тут и встает во всей своей кошмарности и серь

s