Бетховен, Паизиелло и... русская песня

Информация - Разное

Другие материалы по предмету Разное

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



изации Бетховена в то время вызывали всеобщий восторг. В доме Гелинека, который Бетховен в период их дружеских отношений нередко посещал, его импровизации услышал известный в то время венский композитор Иоганн Шенк, у которого Бетховен, неудовлетворенный занятиями с Гайдном, впоследствии брал уро- ки композиции. Вот впечатления Шенка от знакомства с молодым музыкантом: Мое сердце с радостью отдалось восприятию музыки, когда Бетховен, весь предавшись своему воображению, с жаром юности смело вторгался в отдаленные тональности, чтобы выразить могучие страсти... Вот он начал путем приятных модуляций подготовлять небесные мелодии - высокие идеи, часто встречающиеся в его произведениях. После того как артист так мастерски показал свою виртуозность, он изменил нежные, печальные, страдальческие, трогающие эффекты на радостные звуки, доходя до шутливой небрежности. Во всей этой импровизации не было ни бледных повторений, ни бессодержательного склеивания неподходящих друг другу мыслей, ни, тем более, лишенного силы дробления аккордов на арпеджио. Это был ясный день, полный света.

И это слова мастера об игре своего будущего ученика! Правда, выражение, часто встречающиеся в его произведениях дает понять, что отзыв этот родился после более полного знакомства с творчеством Бетховена.

Импровизировал же Бетховен в домах венских любителей музыки довольно часто. Импровизации не только доставляли ему удовольствие, но и вызывали озабоченность. В письме к Элеоноре Брейнинг (12 ноября 1793 года) музыкант cокрушался: ...мне не раз здесь в Вене доводилось примечать, когда я - обычно в вечерние часы - тут или там импровизировал, объявлялось некое лицо, которое на следующий день записывало многие мои приемы и кичливо выдавало их потом за свои. Так вот, предвидя, что эдакие пьесы могут вскоре появиться на свет, я и решил предупредить их. Был у меня и другой резон: привести в замешательство здешних пианистов. Многие из них - мои смертельные враги, и я хотел таким способом отомстить им, так как знал наперед, что тут или там им предложат сыграть вариации, и тогда господам этим не избежать конфуза.

Вот мы и подошли к одному из наиболее важных моментов наших изысканий: по свидетельству Франца Вегелера, друга и горячего почитателя Бетховена, композитор имел в виду в этом письме аббата Гелинека. Однако до сих пор это оставалось только предположением и находило лишь косвенное подтверждение. Теперь, опираясь на малоизвестное произведение Гелинека, хранящееся в Музее музыкальной культуры им. М.И.Глинки, мы можем констатировать это с большей уверенностью.

Какое же отношение к Бетховену могут иметь эти вариации на русскую тему?

Сейчас увидим. Давайте сыграем хотя бы их тему. (Нотный пример 1)

Так вот, оказывается, в чем дело! Это вариации на ту же тему, что и бетховенские, известные как Вариации на тему дуэта Nel cor piu non mi sento из оперы Паизиелло Мельничиха (сочинены в 1795, а изданы в 1796). Сходство у Бетховена и Гелинека в изложении темы, а так- же в конструкции всего цикла поразительно, не говоря уже о размере - 6/8, одинаковом в обоих циклах и выдержанном от начала до конца. В них совпадает и многое другое: число вариаций - их шесть и у Бетховена, и у Гелинека, характер соответствующих номеров обоих циклов, минорная тональность четвертых вариаций, фактура и ритмические фигуры, используемые Бетховеном и Гелинеком в той или иной вариации (каждый раз в одной и той же по счету), - все это, несомненно, свидетельствует о тесной взаимосвязи самих сочинений и их сочинителей. Вот когда вспоминается намек, высказанный Бетховеном в письме к Элеоноре Брейнинг, и уточнение Ф. Вегелера. (Нотный пример 2)

Действительно, трудно избавиться от ощущения, что Гелинек, воспользовавшись импровизацией Бетховена, записал его первоначальные идеи, что-то, быть может, изменил, но в целом сохранил всю конструкцию. Если это так, то не оказываемся ли мы здесь свидетелями зарождения и оформления замысла? Не наблюдаем ли мы того процесса его кристаллизации, который в иных случаях отчетливо прослеживается по рукописям самого Бетховена, например, по книге эскизов, хранящейся в том же Музее музыкальной культуры. (Сравним эскизы и окончательную версию Вариаций - упоминаем их еще раз! - соч. 34.)

Итак, мы осудили аббата Гелинека за плагиат. Теперь воздадим ему должное за то, что он назвал первоисточник мелодии, ставшей темой этих вариаций, - русскую песню На то ль, чтобы печали. Надо сказать, что Гелинек поступил хитро: свои вариации он опубликовал дважды: в Петербурге - как на тему русской песни и в Париже - как на тему Паизиелло. Исходил он из вполне понятных соображений: в Петербурге более известной была русская песня, в Париже - опера Паизиелло. Как бы то ни было, теперь нам необходимо обратиться к этому итальянскому композитору.

История вторая:

Как русская песня попала в итальянскую оперу

Какую оперу можно составить из наших национальных мотивов!

Гоголь

Джованни Паизиелло родился в 1740 году в городе Таранто на берегу залива, носящего то же имя и образующего знаменитый каблук Аппенинского полуострова. Музыкальное образование получил сначала в школе иезуитов своего родного города, затем в одной из знаменитых консерваторий Неаполя - Сант-Онофрио а Капуана. В 1776 году он получает приглашение стать третьим (после Б.Галуппи и Т.Траэтты) итальянским придворным композитором в Петербурге. Здесь, при дворе Екатерины II написал по меньшей мере десять опер (а всего их у него окол

s