Бессознательное и архетипы как основа интертекстуальности

Информация - Разное

Другие материалы по предмету Разное

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



Бессознательное и архетипы как основа интертекстуальности

А. А. Леонтьев

Идея соотнесения психоанализа и интертекстуальности на первый взгляд может показаться странной. Тем не менее, именно сопоставление базовых категорий психоанализа и интертекстуальности наталкивает на достаточно глубокие параллели между техникой анализа сознания, разработанной Фрейдом, и техникой филологического анализа текста в самом широком смысле.

Теория интертекстуальности имеет несколько источников, одним из которых является теория анаграмм Ф. де Соссюра. М. Б. Ямпольский считает, что принцип анаграммы сопричастен принципу интертекстуальности, когда цитируемый текст вложен в цитирующий текст неявно, его надо разгадать. С этим соотносится и идея о пародийном основании интертекстуальности, заложенная в работах Ю. Н. Тынянова. В статье о повести Ф. М. Достоевского "Село Степанчиково и его обитатели" Тынянов показал, что образ Фомы Опискина строится как реминисценция, как пародия на Н. В. Гоголя (см. об этом подробнее: Руднев, 1997, 114). "Выбранные места из переписки с друзьями" и фигура самого автора стали в повести Достоевского смысловой анаграммой. "О том, что в Фоме Фомиче показан Гоголь, не подозревали 70 лет, вплоть до появления статьи Тынянова... и даже, скорее всего, не подозревал Достоевский - интертекст тесно связан с бессознательным" (Там же, 115).

Одним из направлений структурной лингвистики, которое возникло в 50-е гг. XX века, стала генеративная лингвистика, основателем которой является Н. Хомский. В основе генеративной лингвистики лежит представление о порождающей модели языка, то есть процесс моделирования языка - порождение речи - происходит от синтаксиса к фонологии, от самых абстрактных синтаксических фигур к простейшим элементам языковой структуры.

Цель генеративной процедуры - перейти от поверхностной структуры к глубинной путем анализа трансформаций (Хомский, 1972). Цель психоанализа - выйти от сознательного к бессознательному при помощи анализа механизмов защиты. Глубинная структура, таким образом, представляется функционально чем-то схожим с бессознательным. Трансформации в генеративной лингвистике и соответствующие им "приемы выразительности" в генеративной поэтике напоминают "механизмы защиты" бессознательного в психоананализе.

В генеративной лингвистике это такие трансформации: пассивная, вопросительная, номинативная, например:

Активная конструкция - Мальчик ест мороженое.

Пассивная конструкция - Мороженое съедается мальчиком.

Негативная конструкция - Мальчик не ест мороженого.

Вопросительная конструкция - Ест ли мальчик морожение?

Номинативная конструкция - Мороженое, съедаемое мальчиком.

Глубинная структура, выявляемая путем этих трансформаций: актант-субъект (мальчик), актант-объект (мороженое) и нетранзитивное отношение поедания, устанавливаемое между ними, - сообщает то более общее и в определенном смысле сокровенное, маскируемое поверхностными структурами: не вопрос, не утверждение, не отрицание, не констатация, не инверсия актантов, даже не язык вовсе - некое абстрактное надъязыковое бессознательное. Мысль в чистом виде. Мысль о мальчике и съедании им мороженого. Мысль, не замаскированная, не перелицованная речью, если воспользоваться афоризмом из "Трактата" Витгенштейна.

В генеративной поэтике лингвистическим трансформациям соответствуют приемы выразительности - контраст, совмещение, сгущение, затемнение, конкретизация, варьирование, увеличение, обобщение. В статье "Инварианты Пушкина" А. К. Жолковский так формулирует основной потаенный смысл, "тему" (соответствующую языковой глубинной структуре) всего творчества Пушкина: "объективный интерес к действительности, осмысляемый как поле взаимодействия амбивалентно оцениваемых начал "изменчивость, неупорядоченность" и "неизменность, упорядоченность" сокращенно 'амбивалентное противопоставление изменчивость/неизменность', или просто 'изменчивость/неизменность' ".

В дальнейшем эта абстрактная тема подвергается в творчестве Пушкина конкретизации и варьированию. Например, "в физической зоне 'изменчивость / неизменность' предстает в виде противопоставлений 'движение / покой'; 'хаотичность / упорядоченность'; 'прочность / разрушение'; 'газообразность / жидкость,' 'мягкость / твердость'; легкость / тяжесть'; 'жар / холод'; 'свет / тьма' и нек. др.; в биологической 'жизнь / смерть'; 'здоровье / болезнь'; в психологической - 'страсть / бесстрастие', 'неумеренность / мера'; 'вдохновение / отсутствие вдохновения'; 'авторское желание славы и отклика / равнодушие к чужому мнению'; в социальной - 'свобода' / 'неволя'.

"Далее, мотивы, разделяемые в теории, в реальных текстах выступают в многообразных совмещениях, например, в отрывке Кто, волны, вас остановил, Кто оковал [ваш] бег могучий, Кто в пруд безмолвный и дремучий Поток мятежный обратил? Чей жезл волшебный поразил во мне надежду, скорбь и радость [И душу] [бурную...] [Дремотой] [лени] усыпил? Взыграйте, ветры, взройте воды, Разрушьте гибельный оплот - Где ты, гроза - символ [свободы? Промчись поверх невольных вод] мотивы 'неподвижность', 'движение', 'разрушение' (физическая зона) служат в то же время и воплощением мотивов 'бесстрастие', 'неволя', 'свобода', 'страсть' (психологическая и социальная зона)" (Жолковский, 1979,7-8).

В психоанализе бессознательное защищает себя от "агрессии" аналитика при помощи механизмов защиты: сопротивление (Widerstand), вытеснение (

s