Бернштейн И. Английские имена в русских переводах

Статья - Разное

Другие статьи по предмету Разное

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



од стремится, по возможности, передать их английское звучание средствами транскрипции. Переводчик вынужден решать, что в данном тексте важнее: перекличка с Библией или реальное жизнеописание, и делать выбор.

Так, например, фраза, открывающая роман Мелвилла “Моби Дик”, содержит библейское имя: Call me Ishmael. Есть возможность его транскрибировать: Ишмаэл, но можно воспользоваться и старой цитатной формой: Измаил. И если проанализировать стилистику и интонацию начальных глав романа, почувствовать их возвышенный строй, отчетливую связь с библейскими мотивами и персонажами, понимаешь, что здесь Измаил тот самый, библейский, который “между людьми, как дикий осел”, и что квакеров судовладельцев и капитанов правильнее назвать по-библейски: Ахав, Фалек, Вилдад, а не Эйхаб, Пилег, Билдэд.

Помимо собственно библейских персонажей, библейские имена в греческой форме традиционно имеют в русских переводах святые и церковные деятели высших степеней.

С другой стороны, старинную библейскую (или латинизированную европейскую для более поздних времен) форму имеют в русском тексте по традиции имена европейских монархов: королева Елизавета, а не Элизабет, Иоанн Безземельный, а не Джон; король Георг, а не Джордж, Иаков, а не Джеймс и т.д. Кстати, если нынешний принц Уэльский Чарльз унаследует престол своей матери, он по-русски будет зваться король Карл.

В применении библейской формы имен есть свои пограничные области неопределенности. Так, по чьему-то произволу, в современных русских справочных изданиях архиепископ Кентерберийский канонизированный святой Thomas a Becket зовется Томас Беккет, а не Фома. В то же время знаменитый английский ученый и философ известен у нас как Иеремия Бентам. Недавно в одной московской газете писателя Лоренса Стерна назвали Лаврентием. Хотел ли автор статьи подчеркнуть, что создатель “Тристрама Шенди” был священником, не знаю, но выглядело это достаточно странно. А уж когда в юмористическом рассказе П. Г. Вудхауса персонаж, действующий рядом с Джорджем, Эгбертом и Эванджелиной, оказывается Игнатием, это вызывает недоумение. Правда, имя Ignatius трудно поддается транскрипции, но это уже другой разговор.

Практическая транскрипция особая тема. Имя неотъемлемая принадлежность личности. При переходе из языка в язык его значение, хоть и не сразу, но перестает сознаваться (ср. Виктор победитель), а материя, звучание сохраняются. И при упоминании имени в другом языке они, по возможности, воспроизводятся. Так стремимся делать сегодня мы. Так делали в античные времена. Именно благодаря древней транскрипции собственных имен 150 лет тому назад была произведена первая расшифровка древнеегипетского письма по Розеттскому камню, на котором на трех языках были выбиты одни и те же имена.

Конечно, такая транскрипция очень условна, это не научная фонетическая, а так называемая практическая транскрипция.

В русском и английском языках, например, аналогичные гласные и согласные не только звучат очень по-разному, но ряду английских звуков в русском языке вообще нет соответствий и наоборот. Английское произношение вариативно, есть свои нормы в разных англоязычных странах и в разных местных диалектах в границах одной страны. А в кириллице нет, например, средств даже для приблизительной передачи таких звуков, как [X], [A], [T], [D] и др. Отдельное замечание по поводу дифтонга [ou]: в русском такого дифтонга нет, русская речь в заимствованных словах разлагает его на два слога, а при общей тенденции к сдвигу ударения на конец еще и делает из неслогового У У слоговое ударное типа Сно-упс (ср. довольно распространенное произношение Ма-угли). Так что открытое английское О, не поддержанное графически (OW), хотя и произносится как дифтонг, может быть, целесообразнее транскрибировать по-русски как О.

Словом, точного воспроизведения звуков английского имени практическая транскрипция не предлагает, и всякие попытки добиться полного сходства ни к чему хорошему не приводят.

Бывает, что результаты транскрипции оказываются по каким-то причинам неприемлемы. Например, у меня в одном переводе был персонаж по фамилии Troop, хотя и отрицательный, но не настолько, чтобы называться Трупом. Сделать его Тропом мешали личные обстоятельства: у меня есть добрый знакомый с такой фамилией. Так что пришлось допустить вольность и назвать его Троупом.

Еще примеры. Мы пишем по-русски Хьюм и Вустер (Home, Worcester) в соответствии со звучанием этих имен. Но, скажем, транскрипционное изображение женского имени Lucia или географического названия [Nova] Scotia, которые выглядели бы примерно как Луша и Скоша, для русского текста не годятся. Форма Луша уже использована как уменьшительное от Лукерья и имеет пока еще социальную “деревенскую” окраску. (Сочетание, например, “принцесса Луша” воспринимается как парадоксальное или юмористическое.) А в слове Скоша при всем желании не услышишь латинского названия Шотландии.

В таких случаях, когда транскрипция не дает желаемых результатов, переводчик пользуется методом транслитерации, то есть воспроизведения написания имени. Английским латинским буквам тут соответствуют аналогичные русские буквы. При этом определенные устойчивые группы букв рассматриваются как элементы графики: ph это ф, igh ай и т. д. по так называемым правилам чтения.

С помощью транслитерации в хаотическое дело передачи английских имен удается внести некоторые дополнительные элементы порядка. Так, становится возможным решить проблему редуцированной безударной гласной: не ДиккИнс, как предлага

s