Бернштейн И. Английские имена в русских переводах

Статья - Разное

Другие статьи по предмету Разное

Для того чтобы скачать эту работу.
1. Подтвердите что Вы не робот:
2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



ще примеры. Мы пишем по-русски Хьюм и Вустер (Home, Worcester) в соответствии со звучанием этих имен. Но, скажем, транскрипционное изображение женского имени Lucia или географического названия [Nova] Scotia, которые выглядели бы примерно как Луша и Скоша, для русского текста не годятся. Форма Луша уже использована как уменьшительное от Лукерья и имеет пока еще социальную “деревенскую” окраску. (Сочетание, например, “принцесса Луша” воспринимается как парадоксальное или юмористическое.) А в слове Скоша при всем желании не услышишь латинского названия Шотландии.

В таких случаях, когда транскрипция не дает желаемых результатов, переводчик пользуется методом транслитерации, то есть воспроизведения написания имени. Английским латинским буквам тут соответствуют аналогичные русские буквы. При этом определенные устойчивые группы букв рассматриваются как элементы графики: ph это ф, igh ай и т. д. по так называемым правилам чтения.

С помощью транслитерации в хаотическое дело передачи английских имен удается внести некоторые дополнительные элементы порядка. Так, становится возможным решить проблему редуцированной безударной гласной: не ДиккИнс, как предлагали у нас одно время приверженцы транскрипционной монополии, а ДиккЕнс как пишется, а не как слышится. Или окончание на -с, его не имеет смысла писать то в виде з, то в виде с, это одно и то же окончание, оно изображается одной буквой: S, а что по-английски она иногда озвончается, в данном случае значения не имеет. Из соображений графических выработалось правило не писать в одном слове два удвоения. Например, Plackett либо Плаккет, либо Плакетт. Успешно разрешается трудность, связанная с буквой R, которая по-английски то произносится, то не произносится (оставляя, впрочем, вместо себя след в виде удлинения предыдущей гласной, либо легкого призвука) в зависимости от говора, индивидуального выговора и от положения в слове и фразе: Ross, Mark, Peter, Peter and Mark. Тут правило простое: там, где пишется R по-английски, пишем и по-русски. Это правило не требует и не терпит никаких исключений, и при неукоснительном его соблюдении не будут появляться такие монструозные образования, как Уолднет, Нодерн, потому что должно быть Уорлднет, Нордерн. Эти названия связаны со словами World, North (ср. Норд).

Но есть и еще один фактор, который влияет, и не может не влиять, на передачу иноязычных имен на русском языке. Вот, например, Hamlet, Prince of Denmark Гамлет, принц Датский. По нашим теперешним понятиям ему скорее следовало бы быть Хамлетом (или даже Хэмлетом), так как русское орфоэпическое Г звук взрывной, а не фрикативный. Но и без фонетических рассуждений ясно, что он Гамлет и должен оставаться Гамлетом, ибо именно в таком виде он давно и прочно вошел в русскую культуру и всем знаком.

Сегодняшние переводы делаются не на пустом месте, за ними стоит двухсотлетняя традиция. Ее приходится исподволь, понемножку преодолевать, но не считаться с нею нельзя, это было бы поступком антикультурным. С детства зная, что Онегин читал Адама Смита, поди попробуй назвать его Эдамом.

Или, скажем, Сеймур (Seymour) Гласс, герой Сэлинджера. В большинстве русских переводов он именуется Симор, по современному звучанию этого имени. Но тогда уж надо бы и Джейн Сеймур, жену короля Генриха VIII, вместе со всеми ее родичами, ведшими свою фамилию от норманнского замка Сен-Мор, переделать в Симор. И всех остальных исторических деятелей, носивших имя Сеймур. И даже некое ископаемое чудовище сеймурию, названное по местности, где оно было найдено, и саму ту местность. А иначе выходит, что Глассы нарекли своего первенца не старым английским именем, связывающим нынешние поколения с прежними, а ничего никому не говорящей кличкой.

В целом же на основании этого далеко не исчерпывающего обзора приходится сделать вывод, что в деле воспроизведения по-русски английских имен сегодня действительно все зыбко и неупорядоченно. Одновременно действуют несколько разных традиций. Американский президент Линкольн Авраам, а Франклин почему-то Бенджамин. Так повелось. В языке, в культуре, как в живом организме, идет одновременно много разных процессов на разных уровнях, работают разные связи. Выбирая то или иное решение, переводчик руководствуется одновременно многими соображениями не только верностью звучания или написания, давними обычаями и связями, но и благозвучием, и случайными ассоциациями, подчас своими личными, прихотью художника.

Словом, даже имея в своем распоряжении набор правил и резонов, переводчик в конечном счете действует, подчиняясь интуиции, поступает, по русскому выражению, как бог на душу положит. И может быть, при обращении с чувствительным организмом языка это не самый тупой способ. Надо только, чтобы душа была трудящаяся, включенная в культуру и ощущающая нюансы.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта