Современная политическая элита (Зюганов Г.А.)

Ситуация на съезде складывалась не просто. "Съезд - по замечанию газеты "День" - с блеском продемонстрировал плоды коммунистического плюрализмаи убедительно

Современная политическая элита (Зюганов Г.А.)

Доклад

История

Другие доклады по предмету

История

Сдать работу со 100% гаранией
оводящих органов. Столкнулись две позиции: одна - взаимного прощения "грехов" за поведение до и после августа представителей среднего и высшего эшелонов старой партбюрократии; другая - не допустить избрания деятелей, запятнавших себя соучастием в "горбачевщине" и политическом бездействии после августа 1991 г. Это столкновение двух настроений повлияло и на соотношение двух конкурирующих группировок на съезде, одну из которых возглавлял В.Купцов, а другую - Г.Зюганов. Еще до процедуры выборов взошедший на трибуну генерал А.Макашов заявил, что во главе партии должны стоять борцы, а не соглашатели, которых "Горбачев топтал, а они даже в ответ не мяукали", и потребовал избрать председателем ЦИК Зюганова прямым голосованием съезда. Сильные "антигорбачевские" (а, следовательно, и "антикупцовские") настроения делегатов съезда привели к победе в руководстве сторонников Фронта национального спасения и объединенной оппозиции - Г.Зюганова, С.Терехова, С.Горячевой, А.Макашова, Г.Костина и других. 14 февраля на I организационном пленуме ЦИК выборы председателя и шести его заместителей длились 15 минут. По предложению В.Купцова председателем ЦИК почти единогласно (один голос против при одном воздержавшемся) был избран Геннадий Зюганов, т.е. с точностью "до наоборот" повторилась ситуация августовского (1991) пленума ЦК КП РСФСР, когда Зюганов снял свою кандидатуру в пользу Купцова. Ехидный "Московский комсомолец" написал, что коммунисты "обзюганились". Неоднозначную реакцию работа II съезда КП РФ вызвала и у новых "послеавгустовских" компартий. Так, в Москве в те же дни был проведен еще один "II Чрезвычайный съезд КП РСФСР", организатором которого выступила Российская коммунистическая рабочая партия (В.Анпилов). "Анпиловцы" осудили "стремление партократов реанимировать антикоммунистическую линию Горбачева в партии с коммунистическим названием", признали работу ЦК КП РСФСР во главе с В.Купцовым неудовлетворительной и в довершении всего исключили из партии В.Купцова, И.Антоновича, А.Ильина и Г.Зюганова - "за осознанное и неосознанное пособничество антикоммунистам, за отход от классовых позиций, за ликвидаторскую деятельность". Лидерам же другой компартии - Всесоюзной коммунистической партии большевиков (ВКПБ) не понравилось то, что новоиспеченный председатель ЦИК "категорически отверг революционный путь борьбы с буржуазной контрреволюцией". Заклеймив его "ренегатом", они заявили, что "зюгановщина есть специфическая форма социал-демократизма на нынешнем переломном этапе истории России" и все силы должны быть направлены на ее разоблачение. Тем не менее, сегодня Зюганов - "первое лицо" самой многочисленной российской компартии и один из лидеров патриотического движения. Считается "энергичным руководителем, способным к решительным действиям, с хорошими организаторскими способностями". Однако его идейные позиции далеко не всегда находят понимание как среди руководства, так и в массе рядовых коммунистов. Его нередко обвиняют в идеологической "всеядности", попытках "деидеологизации" компартии, в соглашательстве - за его "готовность сесть за стол переговоров с любым человеком, независимо от политических взглядов", в ревизионизме - за отказ от классового подхода, пропаганду идей примирения "красных" и "белых". Называют его и "националистом", обвиняя в отходе от интернациональных позиций. Многие просто не считают председателя ЦИК КП РФ коммунистом. Особенно сильны нападки на Зюганова со стороны сторонников КПСС. Это и понятно. Ведь Геннадий Андреевич открыто заявляет, что КПСС больше не существует и что "склеить осколки этого уникального политического сооружения, какой была прежняя КПСС, вряд ли удастся". Бурю негодования среди коммунистов, вплоть до призывов к исключению из партии, вызвала и статья Г.Зюганова "Русский вопрос", опубликованная в "Советской России" 3 июля 1993 г. В ней представлена целостная концепция деятельности российского патриотического движения. Призывая отказаться от привычных иллюзий, догм и стереотипов, "умело сконструированных русофобствующими идеологами", осознать новые реальности, Зюганов пишет: "Восстановив русскую идею во всем ее историческом величии и духовной притягательности, обогатив ее нашим недавним трагическим и героическим опытом, анализом причин нынешней смуты, сотрясающей в конвульсиях многострадальную страну, мы сможем наконец гармонично соединить искусственно расчлененное историческое Отечество, уврачевать болезни, расколы и язвы национального самосознания". Именно эта идея сохранила после октября семнадцатого народную душу "вопреки потугам идеологов "перманентной революции" - циничных космополитов, рассматривавших Россию лишь как плацдарм для разжигания мирового пожара". Она же помогла "одержать славную победу в кровопролитнейшей войне, воссоздать великую державу, на развалинах которой пирует сегодня воронье ренегатов, предателей и откровенных русофобов". Долг патриотов перед народом, заключает Зюганов, "вырвать страну из рук конструкторов глобальной политической диктатуры и вернуть ее на путь исторически преемственного, гармоничного развития".

Возвращаясь к истокам формирования своей мировоззренческой позиции, Геннадий Андрееевич вспоминает, как уже после службы в армии, в более зрелом возрасте прочитал Библию, Коран и вдруг открыл для себя "истину", что этика социалистическая и этика христианская по многим основным характеристикам совпадают. Достаточно сравнить забытый сегодня "моральный кодекс строителя коммунизма" и заповеди христианства, чтобы убедиться в этом. Тогда же Геннадий Андреевич глубоко осознал, что в мире идет борьба двух магистральных направлений: частноэгоистического и общественно-коллективистского. "Россия всегда шла своим собственным путем, при котором духовное неизменно торжествовало над материальным и господствовали идеи социальной справедливости, а не алчного эгоизма". По его мнению, социалистическая идея, в основе которой - братство, социальная справедливость, солидарность, так легко легла на российскую почву потому, что основой народного бытия является коллективистский, общинный образ мышления. Зюганов убежден: "люди всегда тянулись и будут тянуться к справедливости, а коли так, то пока жив человек, будет жива и социалистическая идея". Для него "даже идеалистическая идея, человек, верящий в хорошую идею, всегда предпочтительнее, чем потребитель, жизнь которого сводится к тому, чтобы что-то достать или перепродать". "Люди, верящие в социальную справедливость.., в братство и дружбу народов, мне всегда симпатичны. Я к ним питаю братские чувства, они мне душевно родственны".

"Когда сейчас некоторые социалисты, коммунисты говорят, что Зюганов кому-то там изменяет, - говорит Геннадий Андрееевич, - а в Русском соборе корят меня моими левыми убеждениями, я вижу главный смысл деятельности в развитии общественно-коллективистской тенденции. Но таком развитии, при котором будет найдена разумная форма сочетания государственной собственности и индивидуально-частной - в пропорции, которая бы позволяла заполнить все ниши и каждому реализовать свой талант...". Интересный опыт такого сочетания государственных, частных, коллективных форм хозяйствования Зюганов находит в Китае. "Когда я вижу, - добавляет он, - как наши старатели начинают указывать китайцам, что и как им делать, подталкивая их к дестабилизации, я прихожу в ужас. Если и Китай начнет подражать Ельцину, то, боюсь, Земля с оси сойдет". Именно с социализацией жизни, социалистической идеей, приматом общественных интересов Геннадий Андреевич связывает будущее страны и всей планеты, считая, что частноэгоистическая линия, индивидуалистическая потребительская психология ведут человечество к гибели. Допускает Зюганов и существование различных моделей социализма. "Анпиловская" "Молния" иронизировала по этому поводу: "Недалеко ушел Геннадий Андрееевич от своего знаменитого учителя-антикоммуниста А.Н.Яковлева, заявлявшего точь в точь то же самое: "исторической реальностью становится многообразие форм как современного капитализма, так и современного социализма". В России от "современного социализма" стараниями Яковлева остались рожки да ножки, однако это ничуть не смущает карасей-идеалистов Зюганова, Белова, Купцова".

Отвечая своим оппонентам, ревнителям идеологической чистоты партии, Геннадий Андрееевич подчеркивает, что "сейчас отстоять Россию, спасти народ от геноцида куда важнее, чем сохранить свою идеологическую невинность". Ведь "когда страна была на краю пропасти, то коммунист Шолохов и антикоммунист Бунин выступали в общем строю, оба отстаивали национально-государственные интересы". Не видит Зюганов противоречия и между патриотизмом и интернационализмом. По его убеждению, любовь к своему Отечеству, родным корням, традициям и культурным ценностям не противоречит интернациональным интересам рабочего класса, народов, проживающих в России; напротив, они дополняют друг друга.

Оглядываясь на прошедшие после августа 1991 г. два года, Геннадий Андреевич замечает, что они обогатили его таким опытом, которым он раньше не располагал. Все это время Зюганов постоянно изучал ситуацию. Не было ни одного крупного мероприятия, где бы он не присутствовал, не анализировал, не исследовал. На этой базе он готовит аналитические материалы, справки, прогнозы для самых разных "заказчиков" (не всегда под своей фамилией), пытаясь повлиять на процесс принятия управленческих решений, предупредить о возможных последствиях, раскрыть людям глаза на происходящее. "И нигде не встречаю неприятия, - замечает Зюганов, - так как любой серьезный челове

Лучшие

Похожие работы

<< < 1 2 3 4 5 6 > >>