Советизм, нацизм, исламизм и примкнувший к ним леволиберализм

Курсовой проект - Философия

Другие курсовые по предмету Философия

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Подтвердите что Вы не робот:
2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



ем отказа европейцев от ответственности за Катастрофу. Показательно, что это небескорыстное отождествление сионизма с нацизмом формировало платформу, объединяющую политкорректных леволибералов не только с исламистами, но и с ревизующими Катастрофу откровенно некорректными неонацистами. Характерно также, что как в свое время отождествление сионизма с нацизмом оруэлловски маскировало нацификацию советской идеологии, так и теперь оно политкорректно прикрывает исламизацию Европы, чреватую ее неофашизацией. И также, как в свое время оруэлловски замаскированная нацификация советской идеологии была симптомом стагнации империи, так и политкорректный камуфляж исламизации и фашизации Европы знаменует появление дегенеративно самоубийственных тенденций в современном европейском обществе. Об этой смертельно опасной тенденции предупреждает страстная поборница европейской культуры Ориана Фаллачи, обвиняя политкорректную Европу в пособничестве исламизму, целенаправленная экспансия которого, пишет она, уже сегодня превращает Европу в "Евроарабию".

Полный диагноз политкорректности, включающий и анамнез этого новоевропейского феномена, принадлежит выдающемуся русскому мыслителю Сергею Аверинцеву. У людей, знакомых с советским опытом, писал он, political correctness вызывает особое недоверие. "В наихудшие времена позднесталинского антисемитизма, когда уничтожалась еврейская элита, - приводит он объяснительную аналогию, - на так называемых политинформациях слушателям официально, но тайно сообщались дичайшие версии, вплоть до "кровавого навета" об употреблении евреями крови детей, и готовились действия, сравнимые по масштабам с Шоа, - советская пресса оставалась безукоризненной в части political correctness, не поминая ни евреев, ни тем более "жидов", а ведя речь лишь о "презренных космополитах".

Сегодняшний либерализм становится, по словам Аверинцева, мало либеральным, слишком нечувствительным ко всему тому, что не укладывается в массово доступные лозунги. Его поразила демонстрация в Вене - "никоим образом не пронацистская, напротив, целиком "левая", посвященная арабо-израильским конфликтам; юноши и девушки маршировали под простенький ритм бесконечно повторяемого выкрика: "Eins, zwei, drei - Palestina frei". И это, пишет он, при необходимости понять всю сложность и многомерность приносящего неимоверные страдания обеим сторонам конфликта. Русского культуролога ужасает молодежь, выросшая в условиях, далеких от тоталитаризма, которая, казалось бы, так много слышала о несправедливости именно по отношению к евреям, молодежь, которая обнаруживает "готовность с полным доверием без малейшего чувства личной ответственности подхватывать и выкрикивать подсказанные им упрощенные до неузнаваемости истины, такие, какими в свое время широко пользовались тоталитарные системы, создавая и Hitlerjugend, и комсомол." Недаром, считает Аверинцев, Булгаков устами героя повести "Собачье сердце" высказал опасение, что беды нового времени проистекают от чрезмерной склонности "петь хором".

"Перестала ли эта склонность быть небезопасной после конца классического тоталитаризма?" Нисколько, отвечает Аверинцев, ибо она не зависит от меняющихся вербальных наполнений. Не составляет особого труда найти словесное облачение подготавливаемых для хорового исполнения лозунгов, внешне радикально отличающихся от уже знакомых нам тоталитаристских призывов. И потому, предупреждает Аверинцев, вряд ли можно заранее соорудить плотину против "округлых, добропорядочных, повторяемых х о р о м формул, построенных на казуистике political correctness и подобного строительного материала."

Из идентичного "стройматериала" сооружался послесталинский "неоантифашизм", заимствованный исламизмом и подхваченный левоэкстремистскими, а затем и леволиберальными кругами Запада.

Стоит, однако, принять во внимание, что при общей антисионистской платформе, построенной на отождествлении сионизма с нацизмом, между этими двумя реинкарнациями советизма существуют принципиальные различия. Исламизм функционирует как цельная дуалистическая мессианская идеология, в которой постулируется священная миссия по исламистскому переустройству мира (свой "позитив"), и в этом вдохновляющем к о н т е к с т е провозглашается священная борьба на уничтожение с антиподом и антагонистом исламизированного мессии (свой "негатив"). Именно в таком качестве фигурирует устремленный к мировому господству "сионист", он же полномочный представитель ненавистного Запада, наиболее полным воплощением которого исламисты считают США. Во исполнение священной миссии в мире исламизма мобилизуются элиты - политические и интеллектуальные, реорганизуются образовательные (от детских садов до вузов), религиозные, просветительские и пропагандистские системы, направляется и интенсифицируется деятельность масс-медиа. Не только мусульманских. (На совещании министров информации арабских стран, состоявшемся в июне 2002 года, было решено выделить 22,5 миллиона долларов на антиизраильскую пропаганду. 70% этой суммы предназначалось для мероприятий по воздействию на общественное мнение в Европе и США./ Во имя реализации великой миссии культивируется террор, в особенности суицидальный, разрабатывается целая "культура смерти", нацеленная на массовую подготовку (идеологическую, психологическую, религиозную) шахидов, создается глобальная сеть террора, формируются подпитывающие ее финансов

s