Система оппозиций в романе Замятина "Мы" как отражение диалектичности сознания героя

Курсовой проект - Литература

Другие курсовые по предмету Литература

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



адиционный смысл слов, в поэтике это называется оксюморон сочетание противоположностей: благодетельное иго разума, долг заставить быть счастливым. любовь - жестокость. Это не только семантическая операция это покушение на глубинные культурные основы.

Интересно проследить особенности диалога Д-503 и I-330. В обращении девушки явно скрыта ирония, основанная на понимании абсурдности воззрений Д-503 . Это некая игра, когда, оперируя его категориями мышления, I-330 ставит Д-503 перед неким парадоксом, ставящим под сомнение высказанную мысль. I-330 не спорит, не доказывает, она предпочитает поставить его в некую проблемную ситуацию, выражающуюся в столкновении идеологии Единого Государства и ценностей иного порядка.

Итак, пред нами система оппозиции, восходящая к одной: Единое Государство Лес за Зеленой Стеной. Именно через систему оппозиции и происходит разрушение утопической модели в романе.

Е. Замятин не скрывает: ситуация трагична. Ибо одурманенные идеологической обработкой, потерявшие бдительность люди могут по своей воле сделать необратимый шаг, следствием которого будет ампутация души. Роман кончается словами - основными положениями его точки зрения: …разум должен победить. Это слова трагической иронии: за победу такого разума человеческий мир должен будет заплатить слишком большую цену. Е. Замятин выступил против самоубийства человечества.

Прогресс знания это ещё не прогресс человечества, а будущее будет таким, каким мы его сегодня готовим. Вопрос антиутопии каким будет будущее, если настоящее, меняясь лишь внешне, материально, захочет им стать. Антиутопия проецирует утопическую мечту в реальность как возможность осуществления. Причем, естественно, в ту реальность, которую наблюдает. Мы - роман о будущем, но это не мечта, не утопия, а антиутопия. В нем проверяется состоятельность мечты, на протяжении веков сопутствовавшей человеческой цивилизации и теперь прорастающей реальностью. Е. Замятин не придумывал последствий - он их различил в действительности, обещавшей светлое будущее и в своей каждодневности обгонявшей самую мрачную фантастку.

Очень часто мерой антигуманности реализованной утопии оказывается неспособность понять ценность или постичь смысл традиционной литературы. Если утопии предлагают читателям вглядеться в мир, который раньше или позже станет для них своим, дистопии побуждают читателей рассмотреть мир, в котором им никогда не будет места. Может быть, самая страшная запись романа последняя, описывающая смерть литературы. Глядя на свою рукопись, лоботомизированный повествователь не узнает свою работу и не может понять смысла нового открытия мира литературы и своих предков то есть нас. Неужели я, Д-503, написал эти двести двадцать страниц? Неужели я когда-нибудь чувствовал - или воображал, что чувствую это? (461).

Конец Мы - это конец нас. Е. Замятин побуждает читателей представить себе мир без них, мир, где, как он однажды предсказал, у… литературы только одно будущее: её прошлое. Попытка реализации утопии обернулась трагедией. Означает ли это, что утопия бесчеловечный обман, и мир должен отказаться от неё? Утопия дает человеку и обществу стимул к саморазвитию, к постоянному движению. Идея золотого века, рая на земле прекрасна, быть может, именно в своей неповторимости.

В романе Мы нет именно этой любви к ближнему. Нет любви в любом её воплощении. С одной стороны, в Едином Государстве все единый механизм, и нет места проявлению индивидуальности со знаком - (эгоизму, тщеславию, зависти, себялюбию, самолюбию и т. д.), но с другой стороны, там нет места и любви к ближнему, чувству взаимопомощи, состраданию, которые подменены подозрительностью, шпионством, доносительством. В Едином Государстве нет места той соборности, которая характерна для русской культуры, для русской души. Возникает следующая аналогия: модель мира, приведенная в романе, где нет места личному, неповторимому, нет места Я, полярна модели, которая возникает в последних снах Раскольникова, где нет места связи, сцеплению, общности, объединению. Обе они разные формы проявления одного и того же расчеловечивания человека и мира.

 

Заключение

 

Мы отметили, что утопия и антиутопия есть соотношение жанра и антижанра; именно это лежит в основе жанровой характеристики утопии и антиутопии. Обратившись к анализу утопического сознания в России, мы отметили, что оно органично соединяло народные представления, связанные с языческими верованиями, и христианское учение. Нами выделено несколько мотивов: поиск благодатной земли (миф о стране с молочными реками и кисельными берегами и христианское повествование об утерянном рае); поиск идеального правителя (народные представления о царе от нищеты и христианское учение о царе наместнике божьем).

Двадцатый век принес надежду на воплощение утопической мечты в реальности: новая власть может оказаться искомым долгие века идеальным правителем. Да и возникновение желанной страны райского места возможно на земле, так как человек достиг такого научного совершенства, что решил переустроить землю по своему усмотрению, желанию. Мечта о благословенной земле несколько трансформировалась по сравнению с 5 веком. В 20 веке утопическая мечта включает в себя идею создания второй природы машинного рая через тотальное разрушение прежнего миропорядка.

Чем может обернуться возможность воцарения идеального правителя, воп

s