Система воеводского управления в освещении историков-сибиреведов

Информация - История

Другие материалы по предмету История

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



еверо-восточной Азии. Вслед за Кернером американские исследователи взяли курс на более тщательное изучение источников по истории освоения русскими Северной Азии. Первой значительной работой Кернера стал двухтомный труд, посвященный обзору письменных источников по истории североазиатского региона и опубликованный в 1939 г. под названием Северо-восточная Азия: избранная библиография[21]. По словам Кернера, в процессе работы над библиографическим исследованием у него возник интерес к вопросу о причинах и сущности русской восточной экспансии. Стремление историка ответить на сугубо теоретические вопросы и выработать новую концепцию, способную хотя бы отчасти объяснить содержание колонизационного процесса, привело к появлению его монографии Стремление к морю: курс русской истории роль рек, волоков, острогов, монастырей и пушнины. В теоретических построениях Кернер опирался на работы русских историков С. Соловьева, З. Ходаковского, В. Ключевского, рассматривавших различные аспекты русской колонизации. Однако, по признанию самого Кернера, требовалось более масштабное исследование для полного подтверждения или опровержения тезиса об определяющем значении для сибирской колонизации факторов, перечисленных в названии работы. Сам Кернер, хотя и считал значение этих факторов очевидным, не был склонен к их преувеличению.

Проверить теоретические заключения Кернера предстояло его ученикам в первую очередь Дж. Ланцеву, автору первого в западной историографии специального исследования по истории сибирской системы управления. В монографии Сибирь в XVII в. Исследование колониальной администрации Ланцев двигался, в основном, в русле концепции Кернера о стремлении России к морю, о роли сибирской пушнины, об активности военной администрации, о преобладании в XVII в. вольнонародной колонизации над государственной.

Хронологические рамки исследования: конец XVI начало XVIII вв., что во многом обусловлено содержанием источников (среди вторичных это, прежде всего, работы русских и советских сибиреведов, к тому времени основательно изучивших историю первых ста лет колонизации Сибири). Вместе с тем, основополагающим для Ланцева стал заимствованный у Кернера тезис о частичном восстановлении традиций кормлений в Сибири по инициативе воевод, чему активно воспротивилось правительство. Указание на кормленческие черты не единственное, что сближает исследование Ланцева с традициями русской историографии.

Искоренение кормлений в XVI в. Ланцев рассматривал как часть борьбы с боярской аристократией, после победы над которой встал вопрос о привлечении на службу новых социальных групп. Первоначально выход был найден в избрании земских старост, которых Ланцев называет демократической выборной властью (democratic elective officials); наряду с ними действовали приказные люди, городовые приказчики, направлявшиеся из Москвы со специальными поручениями (в них Ланцев видит предшественников дьяков ближайших сотрудников воевод, но не самих воевод, как полагает современный историк А. Павлов). Со временем стало ясно, что развитие самоуправления не было на руку государству, сделавшему ставку на окрепший класс служилых дворян, из среды которых и формировалось воеводское управление. Свою жизнеспособность воеводская власть доказала сама: к концу Смуты в распоряжении верховной власти никакой другой системы управления, кроме военной, не осталось. Разумеется, в этот период активно действовали сословно-представительные учреждения, но их интересы все же, по мнению Ланцева, не совпадали с интересами правительства. Эта же система была перенесена и в Сибирь, где всю власть, особенно на раннем этапе, было разумно сосредоточить в руках военачальника. По оценке Ланцева, воеводы содействовали процессу централизации управления, боролись с влиянием крестьянского и посадского миров. При этом правительство не желало чрезмерного усиления воевод, и без того обладавших самыми широкими полномочиями. В основе многочисленных злоупотреблений властью лежало стремление воевод к обогащению преимущественно за счет местного населения[22].

Как пишет Вершинин, в XVII в. управленческий аппарат содержаться полностью за счет государственных доходов не мог, и это обстоятельство создавало из феодалов-земледельцев тот единственный контингент, из которого формировались кадры высшего и среднего звена. Очевидно, ни жалованье, ни деньги на подъем, ни натуральные припасы не воспринимались воеводами как средства, достаточные для обеспечения их проживания на новом месте в течение нескольких лет и для выполнения служебных обязанностей. К тому же, в психологии представителей дворянского класса, попадавших на гражданскую службу, последняя прочно связывалась с понятием „пожалованья“, награды, поэтому сибирский воевода так или иначе надеялся поправить (или увеличить) свое материальное благосостояние[23].

Все это способствовало поддержанию традиции кормления от дел (получения от населения почестей и поминков, праздничных денег и вседневных харчей, въезжих и отъезжих денег), обстоятельно описанной в работах советских историков. Указывая на кормленческую традицию, Ланцев подчеркивает ее феодальное происхождение, что важно для определения им сибирской администрации XVII в. как системы, сочетавшей элементы феодального общества с идеями бюрократической централизованной монархии. О традициях феодального управления писали и отечественны

s