Синарский трубный завод

Курсовой проект - История

Другие курсовые по предмету История

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



и в чистом поле как хотите, так и выживайте.

На Синарстрое врагам народа, их детям и близким выживать удавалось. Они являлись основной рабочей силой строительства хотя бы потому, что, в отличие от вольных кадровых работников, были лишены свободы передвижения, не имели права уволиться или отказаться от работы…

Партийный руководитель Урала, идейный вдохновитель и организатор широкого промышленного строительства Иван Дмитриевич Кабаков, приложивший руку к переселению на уральские земли сотен тысяч раскулаченных в 1937-м сам попал под молох репрессий. Его имя прозвучало потом в знаменитом хрущевском докладе 20 съезда партии, развенчавшем и разоблачившем сталинизм.

В начале строительства завода резко ощущалась нехватка рабочих рук. На месте взять их было неоткуда. Но правительство Сталина выработало уже технологию кадрового обеспечения индустриализации. 8 июля 1931 года в так называемом протоколе заседания комиссии тов. Андреева по кулакам были написаны зловещие строки: Удовлетворить заявки Востокстали на 18.200 семей спецпереселенцев. Из них тысяча семей из Центрального Черноземья всего около семи тысяч человек предназначалась специально для Синарстроя. Людей собрали, лишили имущества, осудили и поставили под конвой всего за три дня с 9 по 11 июля.

До и после этого эшелоны везли репрессированных в Каменск. Из справки об обслуживании спецпереселенцев в Уральской области, направленной в Наркомздрав 10 февраля 1932 года, следует, что к тому времени в ведении треста Востокосталь находилось всего около 500 тыс. человек, из них 16000 спецпереселенцев. Их жизнь, быт, работа и зарплата были строго регламентированы.

Горек был путь на Урал для этих людей. Многого мы, живущие в 21 веке, уже не узнаем никогда: несколько поколений спецпереселенцев вынуждены были молчать обо всем, опасаясь новых репрессий. До нас доносятся голоса тех немногих, кто решился нарушить невольный обет молчания. Из песни слова не выкинешь, из истории завода не вычеркнуть страданий и боли многих тысяч невинных людей, которые в результате обрели здесь, на Урале, свою вторую родину.

Вот несколько коротких свидетельств коротких потому, что судьба уральских спецпереселенцев достойна отдельного подробного исследования. Здесь мы можем дать лишь самое общее представление о тех, чьими руками строился Синарский завод.

Из воспоминаний ветерана завода Ивана Семеновича Калгина: Детям давали паек на день. Кто не мог удержаться и съедал сразу же, а потом попивал только водичку, постепенно распухал и сваливался. Там много погибло детей. Не знаю, как мы остались живы…

Нина Михайловна Черных: С1931 по 1933 годы (две зимы) строителей будущего гиганта черной металлургии приютили 25 длинных, крытых дерном, коммунальных земляных барака, вырытых самими же бедолагами в течении июля. Внутри каждый барак был разделен деревянным полутораметровым заборчиком на отдельные стойла, в каждое из которых заселялась семья спецпереселенца. Стойло было крохотным, примерно 2,5 на 4 метра, даже на земляном полу всем места не хватало, ведь некоторые семьи насчитывали по 8-12 человек. Поэтому на уровне заборчика выстилали полати, на которых спали дети. Выше располагался дощатый потолок со щелями. Летом нашу обитель заливал дождь, а зимой припорашивало снежком…

С 1934 по 36 годы все обитатели земляных бараков были переселены в 12 кварталов саманных коммунальных бараков, в которых были электричество. Теперь на спецпоселке была настоящая баня с мужским и женским отделениями, правда, чтобы воспользоваться ее услугами, надо было высидеть очередь.

Людям, принадлежавших к касте отверженных, не было хода в общественной жизни. Заработать отпущение несуществующих грехов, вернее, надежду на него, враги народа могли только одним способом добросовестным и учитывая нечеловеческие условия титаническим трудом. На это и был расчет у тех, кто вершил судьбы страны.

Спецпереселенцы, которых судьба забросила на не слишком щедрую, чаще скудную. Уральскую землю, всеми силами старались пустить в нее корни. Семьи отверженных роднились друг с другом, их генеалогические древа переплетались, сливались в одно, могучее, давшее заводу целую плеяду больших трудовых династий. Крепнувшее несмотря ни на что братство репрессированных становилось. Если вдуматься, смыслом жизни, спасательным кругом в океане враждебных обстоятельств. Это братство выросло в символ общей судьбы, общего преодоления, общего движения вперед.

Романтика большой стройки захватывала многих. Но не многие выдерживали ее ритм и лишения. На 1 января 1932 года на строительстве Синарского трубного завода работали 1902 человека, из них первого разряда (самого низшего) 160 человек, восьмого (высшего) ноль. Средний коэффициент квалификации составлял 1,4. Это серьезно тормозило работы.

С кадрами дела обстояли гораздо хуже, чем с оборудованием. За шесть месяцев 1932 года на стройку прибыло 8000 человек, убыло 6000: текучесть кадров, равно как их обучение, оставались проблемой номер один. Помощи ждать было неоткуда: на Синарстрое открылись школы для рабочих, мастеров и даже руководителей рангом выше.

Всячески, в том числе и материально, поощрялись новаторство, ударничество, передовые методы, повышающие производительность труда. Легендарным стал на заводе каменщик Григорий Устинович Шестаков, приехавший по зову сердца. Лучшие каменщики Синарстроя укладывали тогда за смену не более 900 кирпичей, а московский рекорд Шестакова составлял 19 тысяч

s