Симфоническое творчество Скрябина. "Божественная поэма"

Информация - Разное

Другие материалы по предмету Разное

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



ирваны" станет основной во второй части. Звучащая здесь тема "наслаждений", впитавшая в себя лирическую экспрессию вагнеровского "Тристана", превращается наряду с прологом в одну из ведущих лейттем симфонии. Зародившись в недрах разработки первой части, в скрытом родстве с побочной партией, она всецело господствует во второй, а затем возрождается в коде финала, преобразуясь в победное звучание духовых и знаменуя наивысшую кульминацию произведения.

В целом же финал "Божественной поэмы" созвучен Prestissimo Volando Четвертой сонаты. И тут и там превалирует атмосфера полётности, неудержимого, увлекающего движения. И тут и там маршевая первооснова тем вуалируется фактурно-ритмическим сложным рисунком, отдаляя эту музыку от каких-либо земных прообразов.

"Божественная поэма" была воспринята современниками некое откровение. Новое чувствовалось и в самом складе образов вольном, полном контрастов и неожиданностей характере общего звукового потока. "Боже, что это была за музыка! - вспоминал о ней Б. Л. Пастернак, описывая свои первые впечатления, Симфония беспрерывно рушилась и обваливалась, как город под артиллерийским огнем, и вся строилась и росла из обломков и разрушений... Трагическая сила сочиняемого торжественно показывала язык всему одряхлело признанному и величественно тупому и была смела до сумасшествия, до мальчишества, шаловливо стихийная и свободная, как падший ангел" (235, 422).

Четвертая соната и Третья симфония занимают в творчестве Скрябина сугубо центральное положение. Концентрированность высказывания сочетается в них, особенно в "Божественной поэме", с многообразием звуковой палитры и еще явственно ощущаемым опытом предшественников (параллели с Листом и Вагнером). Если же говорить о принципиально новом качестве этих сочинений, то оно связано прежде всего со сферой экстаза.

Природа экстатических состояний в музыке Скрябина достаточно сложна и не поддается однозначному определению. Секрет их скрыт в глубине личности композитора, хотя здесь сказались, очевидно, и "чисто русская тяга к чрезвычайности" (Б. Л. Пастернак), и общее для эпохи желание жить "удесятеренной жизнью". В непосредственной близости к Скрябину находится культ дионисийского, оргиастического экстаза, который был воспет Ницше, а затем развит его русскими последователями, прежде всего Вяч. Ивановым. Впрочем, скрябинские "исступления" и "опьянения" выказывают и его собственный, глубоко индивидуальный психологический опыт. Исходя из характера его музыки, а также из словесных пояснений в авторских ремарках, комментариях, философских заметках и собственных поэтических текстах, можно резюмировать, что скрябинский экстаз есть творческий акт, имеющий более или менее явственную эротическую окраску.

Полярность "я" и "не-я", сопротивление "косной материи" и жажда ее преображения, радостное торжество достигнутой гармонии - все эти образы и понятия становятся для композитора доминирующими. Показательно и сочетание "высшей утонченности" с "высшей грандиозностью", отныне окрашивающее все его сочинения.

С наибольшей полнотой и последовательностью такая образная сфера получила воплощение в "Поэме экстаза" (1907) - сочинении для большого симфонического оркестра с участием пяти труб органа и колоколов. В сравнении с Третьей симфонией здесь ощущается уже не "борьба", а парение в неких высотах, не завоевание мира, а блаженство обладания им. Приподнятость над землей и акцентирование подчеркнуто ярких эмоций тем более обращают на себя внимание, что в стихотворном тексте к Поэме все-таки упоминаются и "дикий ужас терзаний", и "червь пресыщения", и "разлагающий яд однообразия". В то же время этот поэтический вариант произведения (законченный и изданный Скрябиным в 1906 году) имеет ощутимые параллели с главным, музыкальным вариантом. Стихотворный текст довольно развернут, структурно ритмизован (рефреном выступают строки: "Дух играющий, дух желающий, дух, мечтою все создающий...") и имеет направленную, "крещендирующую" драматургию (заключительные строки Поэмы: "И огласилась вселенная радостным криком "Я есмь!".

Скрябин писал "Поэму экстаза", живя за границей, что не мешало ему заинтересованно следить за событиями первой русской революции. По свидетельству Плехановых, он даже намеревался снабдить свой симфонический опус эпиграфом "Вставай, поднимайся, рабочий народ!". Правда, это намерение он высказал с некоторым смущением6. Нельзя не отдать должное его смущению: ассоциировать подобным образом состояния "духа играющего, духа желающего, духа, отдающегося блаженству любви" можно лишь с очень большой натяжкой. Вместе с тем наэлектризованная атмосфера эпохи по-своему отразилась в этой партитуре, определив ее воодушевленный, даже взвинченный эмоциональный тон.

В "Поэме экстаза" Скрябин впервые приходит к типу одночастной композиции, которая основана на комплексе тем. Эти семь тем в контексте авторских комментариев и ремарок расшифровываются как темы "мечты", "полета", .возникших творений", .тревоги", "воли", "самоутверждения", "протеста". Их символическая трактовка подчеркивается структурной неизменностью: темы не столько подвергаются мотивной работе, сколько становятся предметом интенсивного колористического варьирования. Отсюда "озросшая роль фона, антуража - темпа, динамики, богатой амплитуды оркестровых красок. Интер

s