Сибирские корни евразийства

Информация - История

Другие материалы по предмету История

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



одействия их с аборигенами. Главным итогом этого процесса стало формирование нового этнографического (областного) типа русского (славянского) народа. Первым вывод о складывании сибирской народности, как ветви славянского племени, сделал Щапов [35, с. 250, 253, 261]. Вслед за ним Ядринцев более категорично заявил, что под воздействием инородцев и природно-климатических условий “на Востоке слагается новый этнографический тип”. При этом сибиряк “считает себя русским, а на русского поселенца смотрит как на совершенно чужого ему человека и сомневается в его русской национальности” [39, с. 170, 177].

С другой стороны, Потанин в 18731876 гг. пытается связать областническую концепцию с выдвинутой им теорией эволюции общины (община-область, община-государство). По его мнению, община со временем будет развиваться прежде всего вширь, охватывая значительную территорию. И уже тогда, в духе теории П.-Ж. Пру-дона, община, включающая в себя целую область, должна получить автономию [14, с. 97]. Образец такой протяженной общины он видел в Уральском казачьем войске. Соответственно и будущее региона Григорий Николаевич связывал с общиной, считая возможным с ее помощью миновать капитализм. “Вот, собственно, вопрос в чем, писал он Ядринцеву в августе 1872 г., стоит ли останавливаться на реорганизации патриархальной общины или махнуть рукой, предоставить ее дезорганизации, отдать ее в жертву капиталу и уповать, что у нас хватит силы на развалинах ее устроить совершеннейшую общину? Что последнее возможно, т.е. устройство общины там, где и традиции в ней нет, я верю, иначе надо быть слишком пессимистом в отношении будущего европейской цивилизации. Но не понимаю, почему мы должны проходить непременно тот же путь с Европой? Почему старый кирпич не может пригодиться в новом здании? …Я так думаю, что этот кирпич можно рекомендовать вставить в алюминиевый дворец” [14, с. 120]. Цитированный текст дает основания, по крайней мере, для двух принципиальных выводов. Во-первых, Потанин отказывает капиталистической Европе в будущем и дает ей шанс лишь в случае возрождения общины; во-вторых, с помощью той же общины Россия имеет возможность достичь технократического (алюминиевого) будущего, избежав западни капитализации.

Дальнейшая разработка проблемы социально-экономического развития Сибири получила отображение в двух изданиях фундаментального труда Ядринцева “Сибирь как колония” [40], [41]. В нем регион рассматривается как колонизируемая окраина, политическая и экономическая колония самодержавия, проводящего здесь колониальную политику в интересах помещиков и буржуазии (мануфактуристов) европейской России.

Кроме того, Ядринцев всю сознательную жизнь посвятил комплексному изуче-нию Сибири и сопредельных территорий. Летом 1889 г. возглавляемая им экспедиция из пяти человек на основе целеуказаний Потанина [32] обнаружила в Монголии развалины столицы государства Чингизидов Каракорум (Хара-Хорин, что значит в переводе с монгольского “черная ограда”). Но не только это обстоятельство произвело сенсацию в ученых кругах. Ядринцев и его спутники открыли каменные стелы Бильгэ-кагана и его брата Кюль-тегина с надписями на китайском и древнетюркском (более известном под названием орхонского рунического письма) языках. Орхоно-енисейские надписи, впервые открытые на Енисее С. Ремизовым, Ф. Страленбергом и Д. Мессершмидтом в 16961722 гг., были выполнены руническим письмом, служившим многим тюркоязычным народам раннего средневековья от Забайкалья до Киргизии. Их дешифровка датским лингвистом В. Томсеном (1893) и прочтение текстов, выбитых на стелах Каракорума, тюркологом В. В. Радловым (1894) позволили, по авторитетному мнению С.В. Ки-селева, Л. Р. Кызласова, Л. А. Евтюховой, Н. Я. Мернерта и В. П. Левашова, “вывести на арену истории многие племена и народы, о которых до этого историки знали только из кратких сообщений официальных хроник китайского двора” [5, c. 125].

Будучи хорошо информированным о положении дел у аборигенов Сибири и центральной Азии, Ядринцев связывал их будущее с приобщением к достижениям западной цивилизации. “Веря в ее несокрушимую мощь, писал он в 1890 г., мы убеждены, что монгольский мир при помощи друзей просвещения, точно так же ощутит ее влияние, и это будет культурная стадия, которой завершится история дикой Монголии” [38, c. 271], [41, c. 120].

Вслед за Потаниным развитие Сибири он ассоциировал с общиной, заявляя: “Улучшение положения общины самая первая потребность сибирского края”. И уже с ее помощью можно установить более справедливый строй. “Община может не только выполнять экономическую роль, но и создавать самую здоровую интеллигенцию края и образовать народный капитал в стране. Для этого необходимо призвать ее вновь к жизни, которая в ней замерла от бюрократической зависимости и недостатка коллективного труда”, пророчествовал один из идеологов областничества [41, c. 123].

И вдруг в 1891 г. в Женеве издается памфлет Ядринцева “Иллюзия величия и ничтожество. Россию пятят назад” работа, близкая по духу “Философическим письмам” Чаадаева и представляющая апокалипсическое прорицание краха императорской России. Он анализирует геополитическое положение и внутреннее развитие государства в XIX в., акцентируя внимание на правлении Александров II и III, давших импульс бурному развитию рыночных отношений. “Было время, начинает памфлет автор, когда Россия казалась Европе каким-то колоссом, который ее удивлял и устрашал. Что-то грозное, загадочное казалось ей на Востоке европейского мира и на границе азиатского. Это

s