Сергей Довлатов (1941—1990). Жизнь. Творчество. Воспоминания современников

Реферат - Литература

Другие рефераты по предмету Литература

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



главную идею довлатовского творчества: жизнь нелепа и в то же время удивительна! Пропащая, бесценная, единственная жизнь...

Персонаж Чемодана (Сергей Довлатов), подобно персонажу волшебной сказки, совершает (как правило, поневоле) ряд "подвигов" и получаст за это неожиданную награду. В рассказе Креповые финские носки он, не успев стать участником махинации с перепродажей импортного товара, оказывается жертвой социалистической экономики, вопреки логике наладившей выпуск товара повышенного спроса. И в результате становится обладателем двухсот сорока пар одинаковых креповых носков безобразной гороховой расцветки. Б рассказе "Номенклатурные полуботинки" в нём неожиданно просыпается подавленное диссидентство, и он крадёт ботинки у председателя ленинградского горисполкома.

В последнем рассказе книги Шофёрские перчатки герой, облачившись в костюм Петра Первого, участвует в съёмках любительского фильма. По замыслу режиссера он должен стоять в очереди у пивного ларька, рядом с алкашами, дабы явить непримиримый контраст "монарх среди подонков": Смотрю Шлиппенбах из подворотни машет кулаками, отдаёт распоряжения. Видно, хочет, чтобы я действовал сообразно замыслу. То есть, надеется, что меня ударят кружкой по голове. Но ничего ровным счётом не происходит. На воскресшего императора никто не обращает внимания.

Стою, Тихонько двигаюсь к прилавку.

Слышу железнодорожник кому-то объясняет:

Я стою за лысым. Царь за мной. А ты уж будешь за царём...

Вновь любимый довлатовский приём обманутого ожидания. И это тоже в духе волшебной сказки. Наградой герою, втянутому в бессмысленный маскарад, стали перчатки с раструбами, как у первых российских автомобилистов. А автор рассказа наконец получил долгожданное признание после того как уехал в Америку.

Там С. Довлатову удалось издать практически всё, что он написал за период эмиграции. Его переводили на многие языки мира. И в первую очередь па язык любимых им Ш.Андерсона, Э. Хемингуэя, У. Фолкнера, Д. Сэлинджера. Но тема его рассказов осталась неизменной.

Оказалось, и в Америке есть место абсурду. А потому бывший советский гражданин, попав туда, остаётся прежним. Правда, с небольшой поправкой. Маленький человек там становится средним американцем.

В повести Иностранка (1986 г.) таких "американцев" целая галерея. Это таксисты, издатели, торговцы недвижимостью и таинственные религиозные деятели. В центре повествования остроумно рассказанная история эмигрантки Маруси Татарович. Персонаж по фамилии Довлатов здесь тоже присутствует, но его роль не стержневая: он лишь разделяет судьбу многих других, пытающихся найти себе применение на Американском континенте.

Герой довлатовской прозы по-прежнему обыкновенный человек, который ищет своё место под солнцем. Человеческие слабости и истинные чувства не зависят от господствующего режима. Некоторые политические эмигранты и в Новом Свете продолжают вести борьбу за будущее России, хотя предмет и цели борьбы представляются им всё более смутными, как, например, в случае с отставным диссидентом Караваевым: Америка разочаровала Караваева. Ему не хватало здесь советской власти, марксизма и карательных органов. Караваеву нечему было противостоять....

Довлатовские герои противостоят абсурду, не ведая, что сами давно являются его частью.

С 1990 г. Довлатова начали издавать на родине. Едва вернувшись в Россию, пишет И. Сухих, книги Сергея Довлатова стали анекдотической сагой об ушедшем времени. И лирической прозой о чём-то непреходящем.

 

 

ГЛАВНЫЙ ГЕРОЙ ДОВЛАТОВА

Среди многочисленных героев Довлатова, как и в реальной жизни, нет ни одного на сто процентов положительного, равно как и безнадёжно отрицательного. Но есть между ними такой, к которому автор беспощадней, чем к кому бы то ни было. Этот персонаж сам Довлатов, точнее, его автопсихологический образ, от чьего лица ведётся повествование.

Довлатовские персонажи, пишет критик Андрей Арьев, могут быть нехороши собой, могут являть самые дурные черты характера. Могут быть лгунами, фанфаронами (хвастунами) бездарностями, косноязычными проповедниками... Но их душевные изъяны всегда невелики по сравнению с пороками рассказчика.

Он и есть главный герой Довлатова, начиная с самых ранних его рассказов. Созданная в жанре семейной летописи повесть Наши (1983 г.) это составленный из маленьких главок смешной и одновременно грустный рассказ о четырёх поколениях одной семьи: от прадеда по отцу Моисея до единственного нормального члена семьи фокстерьерши Глаши, с которой герой не расстался даже в эмиграции.

Как всегла у Довлатова, одна удачно найденная черта или метафора становится решающей в образе и судьбе персонажа. В Наших такой метафорой зачастую служит какой-нибудь элемент внешности героя или факт биографии. Например, богатырские размеры деда Исаака (он мог положить в рот целое яблоко, а на войне во время атаки загораживал собой вражеские укрепления, мешая артиллеристам вести огонь) делают его облик поистине легендарным. Герой разрезает батоны не поперёк, а вдоль, в гневе поднимает и разворачивает грузовик и пробивает кулаком стол!.. Или актёрская карьера отца. Ему жизнь казалась грандиозным театрализованным представлением. Сталин напоминал шекспировских злодеев. Народ безмолствовал, как в

s