Семейная хроника Форсайтов

Информация - Литература

Другие материалы по предмету Литература

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



прошлое, действительно, умирало. Но цепкое влияние прошлого есть одно из тех трагикомических благ, которое каждый новый век отвергает, выходя самоуверенно на арену жизни с тем, чтобы потребовать абсолютно нового. Но ни один век не может похвастаться подобной новизной. Человеческая натура под своими переменчивыми одеждами и притязаниями имеет и всегда будет иметь б себе много от Форсайта, а может быть, и более злого животного!

Итак, Сомс видит перемены и отождествляет их (в соответствии с реалистической логикой своего образа) с упадком рода человеческого, а Джолион (и Голсуорси) отвергает возможность радикальных перемен на том основании, что человеческая натура мало меняется и что она имеет в себе много от вечного Форсайта. Этот своеобразный авторский рывок назад к форсайтов-скому Мафусаилу, пожалуй, ярче всего демонстрирует приверженность писателя к цепкому прошлому. В путанице противоречивых идей, побуждений, симпатий порой было трудно проложить себе путь честному реалисту Голсуорси.

Отношение писателя к прошлому, настоящему и будущему яснее всего позволяет видеть многослойность его взглядов на действительность. В отличие от художников-модернистов, которые вели и ведут своих героев из никуда в ничто (к ним относился и Хемингуэй 20-х годов), в произведениях которых время трагически неподвижно, а персонажи существуют в застывшем мире, где никогда ничего не происходит, у Голсуорси время движется. Но ив Саге эта тенденция уже явственно дает себя знать писатель (перефразируя известное положение Гоголя) старается все, что он считает лучшим, перенести из прошлого в будущее, как бы направить развитие этого будущего в определенных, приемлемых для него рамках, и как ни парадоксально, форсайтовского, хотя и очищенного от прежних заблуждений, прогресса.

И не случайно тема будущего входит в трилогию с Джоном Форсайтом еще одной частицей я Голсуорси. Внук старого Джолиона исповедует те же самые взгляды, что и писатель: Всему виной, говорит он Флер, инстинкт собственности, который изобрел цепи. Последнее поколение только и думало, что о собственности; вот почему разыгралась война.

Неизмеримая пропасть отделяет Джона, чувствительного, как девушка, и совсем неприспособленного к тому, чтобы зарабатывать деньги, от основателя рода, Гордого Доссета, но ему тоже присуща твердая решимость не признавать себя побежденным. Образ Джона играет значительную роль в этической и политической программах Голсуорси (в последующих романах эпопеи это скажется сильнее). Этот новый Форсайт один из идеальных представителей молодого поколения англичан, с которыми писатель связывает свои надежды на будущее страны.

На протяжении Саги заметно меняется ее общая настроенность. Собственника отличает серьезный, порой гневный и трагический, тон.

Эта трагичность восприятия действительности лежит в основе авторской сатиры. Во втором и третьем романах Саги уже нет трагической интонации. Сатира подчас тоже уступает место иногда сарказму, чаще иронии. С критическим началом здесь прочно слит лиризм.

В художественно-эмоциональную ткань повествования вплетены исполненные глубокой символики образы, и прежде всего, как это было уже в Собственнике, постоянно обыгрывается образ дома.

Запутавшийся в паутине собственнических чувств, раздираемый острыми сожалениями о прошлом, о невозможности его вернуть, угрюмо вспоминает Соме роковой дом дом в Робин-Хилле... разрушивший его супружескую жизнь с Ирэн. После визита к ней, живущей в одиночестве, Соме думает об Ирэн, как о пустом доме, который только и дожидается, чтобы он снова завладел ею и вступил в свои законные права.

Иначе относится к дому в Робин-Хилле Джолион Форсайт. Дом ему дорог, так как здесь прошли последние счастливые дни его отца. Дом восхищает его эстетическое чувство. Джолион хочет, чтобы дом перешел к его сыну, стал вместилищем традиций, жизни спокойной, упорядоченной, преданной созерцанию прекрасного, исполненной доброты и творческого труда. А главное, дом ему нужен, прежде всего, как кров и приют, а не как овеществленная денежная стоимость.

Образ дома интересен, однако, не только как некая деталь, позволяющая художнику ярче выявить психологический облик своих персонажей. Уже в Собственнике этот образ символ прежней, отринутой оболочки. В последующих двух романах Саги эта символика еще красноречивее.

С щемящим чувством спускается Соме по лестнице дома Тимоти, где запрещены сквозняки и перемены. Он навещает спустя двадцать лет этот же дом, уже не дом, а мавзолей былого, викторианского быта. Джолион Форсайт едет по Лондону, и город кажется ему роскошным домом призрения, опекаемым инстинктом собственности. А в романе Сдается внаем образ дома иногда уже настойчиво отождествляется писателем с эпохой, которая сдает в архив истории свое прошлое, с самими твердынями собственности, которые грозят рассыпаться в прах.

В этих романах Голсуорси снова и снова высказывает свои философско-этические взгляды. Здесь Джолион Форсайт в разговоре с сыном Джолли формулирует свое этическое кредо, принципы истинного джентльменства: Прежде чем совершить какой-нибудь поступок, всегда стоит подумать, не обидишь ли ты этим другого человека больше, чем это необходимо. Здесь же безгранично терпимый, никогда никому ничего н

s