Семантика и функционирование простых прилагательных цветообозначения в поэзии А. Блока

(Ты - молитва лазурная…)Эпитеты “синий”, “голубой”, как правило, используются при изображении пространства. Семантика дальности, бесконечности, потенциально свойственная этому цвету, опирается

Семантика и функционирование простых прилагательных цветообозначения в поэзии А. Блока

Статья

Литература

Другие статьи по предмету

Литература

Сдать работу со 100% гаранией

Семантика и функционирование простых прилагательных цветообозначения в поэзии А. Блока

Волкова Е.М.

А.Блок - бесспорно, самый яркий представитель символизма в русской литературе. В своей поэзии Блок использует изначально присущие цвету свойства символа и его способность порождать массу ассоциаций.

Природа в его поэзии иллюстративна. Она похожа на театральные декорации и изображается им в виде знаков, которые являются символами того или иного образа или чувства. Цвет в создании подобных символов играет важнейшую роль, т.к. способен порождать массу ассоциаций.

Цветовые эпитеты А.Блока - живое движение красок. Создается атмосфера красочности (здесь и далее курсив мой. - Е.В.):

Каждый конек на узорной резьбе

Красное пламя бросает к тебе.

Купол стремится в лазурную высь.

Синие окна румянцем зажглись.

(Отдых напрасен. Дорога крута…)Белой ночью месяц красный

Выплывает в синеве.

(Белой ночью месяц красный…)Для описания отобрано семь лексико-семантических групп (ЛСГ), называющих наиболее часто встречающиеся у А.Блока абстрактные цветообозначения (ЦО).

ЛСГ с доминантой “белый”

Белый цвет характерен для мира Блока. Прилагательное “белый” сочетается с такими существительными, как птицы, храм, церковь, ангел Бога, зарево, вьюга, мечта, огонь, ложь, русалка и т.д.

Большинство эпитетов наряду с прямым значением (белый лебедь, белое платье, белый цветок) могут получать в контексте метафорический смысл:

Из лазурного чертога

Время тайне снизойти.

Белый, белый ангел Бога

Сеет розы на пути.

(Ранний час. В пути незрима…)Здесь прилагательное “белый”, казалось бы, представлено в прямом значении, но из контекста виден семантический сдвиг: “лазурный чертог” - нечто одухотворенное, божественное, поэтому “белый” характеризует чистоту, ясность предвестника Прекрасной Дамы. Сема чистоты уже заложена в белом цвете.

Б.Соловьев отмечает, что у Блока “эпитет словно бы взрывает обычное представление о предмете повествования, поэт неожиданным образом сталкивает прилагательное с обозначаемым им явлением, переводя понятия духовного и морального порядка на сложную цветовую гамму [1, c. 71].

Как ты лжива и как ты бела!

Мне же по сердцу белая ложь…

(Днем вершу я дела суеты…)Излюбленным приемом Блока является употребление белого цвета как ауры, сопровождающей описываемый предмет: белая мечта, белая смерть, белый стан, белая пристань:

Ты услышишь с белой пристани

Отдаленные рога.

(Последний путь)В “Стихах о Прекрасной Даме”, как известно, лирический герой поэта находится в постоянном ожидании прихода Прекрасной Незнакомки, и неслучайно он обращается к ней:

Белая Ты, в глубинах несмутима,

В жизни строга и гневна.

Тайно тревожна и тайно любима.

Дева, Заря, Купина.

(Странных и новых ищу…)ЛСГ с доминантой “синий”

Исследователи поэтического наследия А.Блока не раз отмечали, что особое место в его поэтике принадлежит синему цвету. “Синий” передает не столько цвет, сколько эмоциональное осмысление контекста.

Традиционно “синий” и его оттенки - символ гармонии и покоя, для Блока - символ непорочности и первозданности. Это цвет Прекрасной Дамы (цикл “Стихи о Прекрасной Даме”). Она - “голубая царица земли”, пришедшая “голубыми путями”, живущая в “лазурном чертоге”.

Хотелось бы отметить удивительную связь цветовых прилагательных А.Блока и магических цветов русской иконописи. “Голубая лазурь” в иконах русских мастеров - цвет, символизирующий одухотворенность, возвышенность чувств, особое состояние души. И в стихах Блока:

Бог лазурный, чистый, нежный

Шлет свои дары.

(Моей матери)Ты - молитва лазурная…

(Ты - молитва лазурная…)Эпитеты “синий”, “голубой”, как правило, используются при изображении пространства. Семантика дальности, бесконечности, потенциально свойственная этому цвету, опирается на традиционно-фольклорные эпитеты (словосочетания типа “синее море”, “синее небо”) и проявляется в сочетаемостных сдвигах, т.е. когда определяемый компонент не является прямой номинацией водного или небесного пространства: синие окна, голубые пути, голубые химеры.

Ты прошла голубыми путями,

За тобою клубится туман.

(Ты прошла голубыми путями…)В данном примере речь идет именно о небе, однако перифрастическая номинация включает в себя такие обозначения пространства, которые на языковом уровне не сочетаются с прилагательным “синий”.

“Лазурный” у Блока преимущественно связан с обозначением небесного пространства как стихии. При этом “лазурь” нередко является метафорой духовного стремления и пути в запредельность:

Из лазурного чертога

Время тайне снизойти.

(Ранний час. В пути незрима…)Также синий цвет часто употребляется при описании человека: синие глаза, синечерная коса, иссиня-черные волосы, синеокая, синеватые дуги бровей.

Шлейф, забрызганный звездами,

Синий, синий, синий взор.

(Шлейф, забрызганный звездами…)Вообще, голубой цвет - один из самых любимых цветов А.Блока. Доказательством этого может служить строка из его стихотворения:

Я - голубой, как дым кадила…

(О жизни, догоревшей в хоре…)Кроме того, первая любовь Блока Ксения Михайловна Садовская, по воспоминаниям М.А.Бекетовой, была “…высокая, статная дама с великолепными синими глазами…”. Именно ее в цикле “Через двенадцать лет” поэт называет “синеокой”, попадая в “синий, синий плен очей” этой женщины, а когда узнает о ее смерти, с горечью пишет:

И когда в тишине моей горницы

Под лампадой томлюсь от обид,

Синий призрак умершей любовницы

Над кадилом мечтаний сквозит.

(Через двенадцать лет)ЛСГ с доминантой “красный”

Эпитет “красный” сочетается со множеством слов: как со словами, имеющими именно такой цвет предмета или реалии (красное пламя, красные ленты, алый бархат), так и с абстрактными понятиями:

Через Симплон, моря, пустыни,

Сквозь алый вихрь небесных роз.

(Комета)Терем высок и заря замерла.

Красная тайна у входа легла.

(Отдых напрасен…)В последнем примере слово “красный” употреблено в значении “опасный”, “волнующий”. Этот цвет - знак тревоги, трагедии.

“Красный” становится чисто условным обозначением очень сложной гаммы ассоциативно возникающих образов (красная тайна, красный смех и т.д.). Но при всей сложности соответствий оттенок угрожающего, страшного и вместе с тем волнующего и возбуждающего интерес, по-видимому, характерен для всех употреблений слова “красный” в текстах Блока.

Красный цвет представлен в эпитетах Блока множеством оттенков: розовый, алый, красноватый, пунцовый, багровый, кровавый, багряный и т.п.

“Алый” реализуется как средство цветовой характеристики нарядной одежды (или ее деталей) в произведениях русского фольклора. “Яркость, нарядность предметов и деталей нарядной одежды, отраженных в поэтических произведениях, связанных с языком фольклора и получающих цветовую характеристику через слово “алый”, свидетельствует об их неповседневном, праздничном назначении” [2, c. 64].

У Блока этот цвет в каком-то смысле тоже праздничный: это знак любви, которая есть или которая была, это праздник ожидания, это нежный и ласковый свет зари.

Ты, в алом сумраке, ликуя,

Ночную миновала тень.

(Я понял смысл твоих стремлений…)Словосочетание “алый сумрак” позволяет увидеть мрак, отступающий при появлении Прекрасной Дамы.

Эпитеты “кровавый”, “багровый” несут отрицательную сему. “Кровавый” ассоциируется с чем-то зловещим, усиливает мрачную настроенность стихотворения:

Поверь, мы оба небо знали:

Звездой кровавой ты текла,

Я измерял твой путь в печали,

Когда ты падать начала.

(Твое лицо бледней, чем было…)На примере ЦО красный можно проследить эволюцию блоковского восприятия цвета. В “Стихах о Прекрасной Даме” “красный” - цвет “яркости и страсти”:

Встали зори красные,

Озаряя снег.

Яркое и страстное

Всколыхнуло брег.

(Ночью вьюга снежная…)А в цикле “Город”, написанном поэтом в смутные годы (1904-1908), Блок актуализирует значение “цвет крови”. И здесь “красный” - символ окружающего ужаса и смерти.

ЦО красный, часто встречающееся у поэта в описании людей, в этом цикле имеет не только и не столько значение реального цвета (лица, озаренные огнем или красное от мороза лицо), но и более глубокий смысл. Так, в стихотворении, посвященном З.Н.Гиппиус, Блок пишет:

От дней войны, от дней свободы -

Кровавый отсвет в лицах есть.

(Рожденные в года глухие…)ЛСГ с доминантой “черный”

Довольно часто А.Блок использует прилагательные ЛСГ с доминантой черного цвета. Эти ЦО употребляются, когда речь идет о чем-то ярком (выразительном), таинственном: черный гнев, черный смех, черный бриллиант.

Рабом безумным и покорным

До времени таюсь и жду

Под этим взором, слишком черным

В моем пылающем бреду…

(Перехожу от казни к казни…)Или когда речь идет о чем-то непостижимом, страшном, вызывающем ужас: черная душа, черная кровь, черные жилы, черный бред.

Скелет, до глаз закутанный плащом,

Чего-то ищет, скалясь черным ртом.

(Пляски смерти)Употребление эпитета “черный” в контекстах, связанных с утратой и страданием, опирается на традиционную символику черного цвета как цвета скорби. Например, вот как говорится о думе, которая терзает поэта:

И проникало в тишину

Моей души, уже безумной,

И залила мою весну

Волною черной и бесшумной.

(Я медленно сходил с ума…)Или о тяжелом, гнетущем душу чувстве:

Надо мной небосвод уже низок

Черный сон тяготеет в груди.

(Разгораются тайные знаки…)В “Стихах о Прекрасной Даме” “черный” испо

Лучшие

Похожие работы

1 2 >