Семантика и функционирование аллюзивных имен собственных в англоязычных художественных и публицистич...

Кроме участия в ключевых словах текста-реципиента АИС-символы проявляют тенденцию к образованию фразеозначения в составе устойчивых фразеологических единств (далее ФЕ). Проведя

Семантика и функционирование аллюзивных имен собственных в англоязычных художественных и публицистич...

Информация

Литература

Другие материалы по предмету

Литература

Сдать работу со 100% гаранией
(коммемораты)

ФЕ крылатые антономасия

слова

В определении И.В.Арнольд, аллюзия - "прием употребления какого-нибудь имени или названия, намекающего на известный литературный или историко-культурный факт" - это стилистическая фигура референциального характера, опирающаяся на экстралингвистические пресуппозиции говорящего и слушающего, автора и читателя, на историко-культурный компонент их фоновых знаний. Индикаторами "аллюзивного процесса", получившего подробное освещение в работе Л.А.Машковой (Л.А.Машкова, 1989), могут служить неравноценные в лингвистическом плане языковые единицы: слово, словосочетание, высказывание. Классификация аллюзий может быть основана на таких критериях, как: 1) источник аллюзии (литературные, библейские, мифологические, исторические, бытовые); 2) степень известности аллюзивного факта; 3) наличие или отсутствие национальной окраски.

Изучением аллюзии заняты такие лингвисты, как Р.А.Брауэр (R.A.Brower) (аллюзия в поэзии А.Попа), К.Перри (C.Perry) (аллюзия в свете теории речевых актов), У.Торнтон (W.Thornton) (аллюзия в "Улиссе" Дж.Джойса), Дж.Т.Локранц (J.Lokrantz) (аллюзия в произведениях В.Набокова), М.Д.Тухарели (роль аллюзии в системе формы и содержания литературного произведения), А.Г.Мамаева (аллюзия как стилистический прием), Л.А.Машкова (аллюзия в свете филологического комментария в целом), В.С.Чулкова и Т.Зилка (T.Zsilka) (изучение аллюзии в рамках лингвистики текста), И.В.Арнольд, И.С.Христенко и В.П.Москвин (разработка критериев понятия аллюзии).

Аллюзия, как отмечают многие лингвисты, служит центральным механизмом построения вертикального контекста (О.С.Ахманова, И.В.Гюббенет, Л.А.Машкова, И.В.Арнольд), на основе которого выстраиваются импликация и подтекст (термины И.В.Арнольд). В работах лингвистов (Т.И.Сильман, М.Н.Кожина, К.А.Долинин, В.А.Звегенцев, В.К.Хализев, И.Р.Гальперин, В.А.Кухаренко, В.Я.Мыркин, И.В.Арнольд) проблема подтекста не находит однозначной трактовки. Проведя анализ существующих определений подтекста, мы пришли к заключению, что подтекст это объективация скрытого смысла сообщения в результате анализа взаимодействия концептуальных структур лексических единиц, составляющих его горизонтальный контекст.

Понятиям импликации и подтекста противостоит явление пресуппозиции, изучаемое в области логики языка (подробнее об этом у Н.Д.Арутюновой). Контексты, содержащие пресуппозицию, оказываются информативно беднее контекстов с импликацией и подтекстом в силу жестко детерминированной однозначно восстанавливаемой связи между осложненным и достраиваемым элементами. Подтекст на основе аллюзии оказывается информативно богаче благодаря своей ассоциативной природе и различным коннотациям, сопровождающим аллюзивные элементы. Рассмотрим множественность интерпретаций и коннотаций АИС "Robin Hood" (Робин Гуд) в следующих примерах:

  • благородство:

A 'Cartoon Camp' the party envisioned and run by Jeff Kilpatrick, young man, cartoonist, and, essentially, Robin Hood ('The Fishtown Star', New Kensington, 2002).

  • родное, близкое душе:

It began to seem almost the essential clue; the wild old outlaw, hiding behind the flamboyant screen of his outrageous behaviour and his cosmopolitan influences, was perhaps as simply and inalienably native as Robin Hood (J. Fowles, 'The Ebony Tower', P. 101).

  • шляпа с пером:

So far, the only thing he had bought was a Robin Hood hat with a picture of Rumfoord on one side and a picture of a sailboat on the other, and with his own name stitched on the feather (K.Vonnegut Jr., 'The Sirens of Titan', P. 236).

  • зеленый камзол:

One shiny, podgy, prosperous little man in a sporty linen suit of Robin Hood green, working far too conscientiously for a Saturday (J. Le Carre, 'The Honourable Schoolboy', P. 133).

Как видно из примеров, ситуации, знаком которых является одно и то же АИС, могут совершенно не пересекаться, не иметь общих семантических множителей (далее СМ), что увеличивает вероятность неоднозначной интерпретации АИС в тексте.

Вертикальный контекст, подтекст, импликация и пресуппозиция служат областью реализации имплицитности (О.Л.Каменская, А.Т.Кривоносов, Е.И.Шендельс и др.). Имплицитность выступает существенной характеристикой коммуникации.

Богатая ассоциативность АИС поддается конкретизации и анализу при помощи методов лингвистических исследований. Применение метода синтагматических оппозиций (Н.А.Шехтман) для определения концептуальной структуры АИС позволяет ограничить размытый экстралингвистический характер семантики АИС конечным набором СМ, что, в свою очередь, позволит включить большее число АИС в состав словаря общеупотребительной лексики. Метод синтагматических оппозиций основан на анализе контекстов, содержащих семантический повтор концептуальной структуры АИС. Подавляющее число примеров нашей картотеки (71,3%) содержит семантическую редупликацию АИС разной степени развернутости, что говорит о сложности семантики данного разряда ИС. Н.А.Шехтман различает следующие типы контекстов, содержащих семантическую редупликацию: семантическая идентификация, импликация, экспликация.

Контексты, основанные на семантической идентификации, составляют 2,6% от общего числа контекстов нашей выборки, содержащих АИС. Малочисленность данной группы контекстов объясняется концептуальной сложностью семантики АИС. Подобные контексты образуются прецедентными именами с опорой на их наиболее вероятностные импликации. Примером данного вида контекстов может служить отрывок из романа Курта Воннегута "Сирены Титана":

Dr. Maurice Rosenau, in his 'Pan-Galactic Humbug or Three Billion Dupes', says: "Winston Niles Rumfoord, the interstellar Pharisee, Tartuffe, and Cagliostro, has taken pains to declare that he is not God Almighty" (K.Vonnegut Jr., 'The Sirens of Titan', P.239).

Тартюф персонаж комедии Мольера "Тартюф, или обманщик", заимствованный им из арсенала итальянской комедии масок (обнаруживаются ассоциации со старофранцузским truffe обман). Граф Алессандро Калиостро (1734 1795) итальянский авантюрист ("Мировая энциклопедия биографий". М., 2002. Т.4, С.168). Как видно из комментария, АИС "Tartuffe" и "Cagliostro" принадлежат лицам, получившим репутацию лжецов. Контекст романа Курта Воннегута устанавливает идентичность ассоциаций, стоящих за обоими именами. Процедуры компонентного анализа доказывают совпадение концептуальных структур анализируемых АИС.

В подавляющем числе случаев АИС находится в семантических отношениях импликации и экспликации с частотной, нейтральной лексикой, что подчеркивает низкочастотный характер АИС, выступающих в качестве барьеров понимания. Контексты с семантической импликацией составляют 26,2% от общего числа примеров в нашей картотеке. В качестве иллюстрации возьмем пример из романа Дж.Фаулза "Волхв":

I glimpsed her figure in the mirror, beneath the Tuscan porch. Because this was now the active mystery: I was not allowed to meet Alison. Something was expected from me, some Orphean performance that would gain me access to the underworld where she was hidden or hiding herself. I was on probation. But no one gave me real indication of what I was meant to be proving. I had apparently found the entrance to Tartarus. But that brought me no nearer Eurydice (J.Fowles, 'The Magus', P.606).

В приведенном примере семантический повтор АИС "Орфей" раскрывает импликации имени, демонстрируя его смысловую многоплановость. Как свидетельствует энциклопедия ("Новая иллюстрированная энциклопедия". М., 2001. Т.13, С.137), мифы об Орфее участнике похода аргонавтов, изобретателе музыки, верном возлюбленном, спустившимся за своей женой Евридикой в Аид, - частый сюжет в литературе, изобразительном искусстве и музыке. О яркости и смысловом потенциале этого мифологического образа говорит и контекст современного романа Дж.Фаулза "Волхв", в котором главный герой Ник, словно верный Орфей, пытается найти оставленную им возлюбленную Элисон, как будто ему в наказание спрятанную или прячущуюся от него в фантомном мире, созданном изощренным умом старца Конхиса. Миф продолжает свою жизнь, отражая, в то же время, изменившиеся ценности 20 века: Ник далеко не идеал верности, да и особым талантом он не прославился. Но его душевные страдания и препоны, чинимые Конхисом, несомненно, наводят на мысль о Тартаре.

Контексты, содержащие семантическую экспликацию, более многочисленны (34,2%). Одной из разновидностей таких контекстов являются образные сравнения на основе структуры "as … as", где АИС выступают в роли эталона различных качеств:

A cruel fate had fallen upon her, and she had been as powerless as in the old tales Phaedra, the daughter of Minos

Лучшие

Похожие работы

<< < 1 2 3 4 5 6 > >>