Селинджер. Девять рассказов

Информация - Литература

Другие материалы по предмету Литература

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



, Джинни не находит сил выбросить. Точно так же, как не могла выбросить мертвого цыпленка из своей мусорной корзинки. Так порой не поднимается рука выбросить хлам, совершенно ненужный и только собирающий пыль. Она словно оставила этот сэндвич на память такое уж у нее извращенное представление о памяти.

О войне здесь говорит Фрэнклин как о чем-то совершенно ненужном, глупом и бессмысленном. В следующий раз будем воевать с эскимосами - говорит он Джинни, но она, конечно, его не поняла. Джинни своей фразой о том, что Фрэнклина все равно не возьмут на войну, смущает и огорчает его, как будто его неспособность воевать какой-то большой недостаток. Из этого становится ясно, что Селинджер, каким бы странным и необычным не считал он Фрэнклина, к нему (единственному, похоже, во всем рассказе) испытывает симпатию. Он нормальный человек в этом сытом мире роскоши, самолюбия и эгоизма. Джинни же не может вызвать авторской симпатии даже своим отказом от денег и уж тем более этим фальшивым и глупым как раз в ее стиле оставлением на память сэндвича из рук Фрэнклина.

В двух рассказах Голубой период де Домье-Смита и И эти губы, и глаза зеленые… нет и следа войны. В них вечная Селинджеровская тоска по неподдельности, которая в Голубом периоде де Домье-Смита отличается своей отчаянной неудовлетворенностью. Главный герой рассказа, псевдоним которого де Домье-Смит становится единственным способом его как-то называть, потому что имени автор ему не дал, хороший художник, видевший только в творчестве свою жизнь, совсем ребенок характером и своими поступками, живой, яркий, подвижный, деятельный и неугомонный, он жаждет буквально всего. Он чем-то напоминает Холдена Колфилда из Над пропастью во ржи, - может быть, своим неугасающим желанием все испытать, впечатлительностью и поиском новых впечатлений. Но этот поиск все время натыкается на преграду, практически непреодолимую, из окружающих его взрослых, совершенно противоположных ему во всем людей. Жизнь жестока к нему вдвойне: сначала, счастливый своим практически первым жизненным достижением поступлением на работу, он наталкивается на прагматичных, совершенно не похожих на людей искусства, художников мосье Йошото и его жену. Затем, уже привыкнув к царящей вокруг него эмоциональной тишине, он вдруг находит в ней оазис света письмо сестры Ирмы, и, что самое главное, ее рисунки. Он, казалось бы, в восторге от ее манеры рисовать: она ничем не похожа на взрослых, жизнь в монастыре кажется ему консервацией детской непосредственности и безыскусственности, а сама сестра Ирма воплощенной мечтой. Новые чувства окрыляют его, он кажется влюбленным в сестру Ирму, но эта его придуманная влюбленность вызвана, скорее, не самой сестрой Ирмой, или ее рисунками, сколько жаждой испытывать восхищение, окрыление, восторгаться чем-то. Его чувства безответны: это подтверждает ответное письмо от настоятеля монастыря. Они так и останутся голубым периодом, к которому каждый раз он будет возвращаться в воспоминаниях как к лучшему, что с ним приключилось в жизни.

Этот эксцентричный, чувственный молодой человек, конечно, симпатичен автору, но, вместе с тем, все, что исходит из уст героя, весьма иронично окрашено, даже в названии рассказа сквозит насмешка. Речь героя, словно показывая его ум и образованность, автор наполнил звучностью, красивыми оборотами и необычайной выразительностью. Причем, так как повествование ведется от первого лица, получается, что герой сам находит себя, свои действия, да и всю свою жизнь явлением довольно забавным. Нет вещи, которая бы его огорчала, кроме разве только безответности собственных чувств и обилия в окружающих людях черт, противоположных всему, чем восхищает и притягивает его сестра Ирма. Неуклюжая, надуманная сентиментальность Бемби одной его ученицы и ее поражающее сходство с остальными его учениками ввергает героя в полнейший ужас и недоумение. Сестра Ирма для него недостижимый для других, да и для него самого, идеал честности, неподдельности и детской чистоты.

Текст представляет из себя монолог без прямой речи, за исключением вступления, где слово дается Бобби отчиму героя и его подруге. Самое главное письмо сестры Ирмы, которому предшествовало общение с семьей Йошото, - передается нам исключительно словами автора, пропущенное через призму его понимания и окрашенное в цвет, придуманный им. Поэтому героев довольно легко можно охарактеризовать (кроме, конечно, сестры Ирмы, которая остается загадкой). Де Домье-Смит, как уже говорилось, живой и подвижный молодой человек полная противоположность тихой, почтенной и, как кажется, совершенно застывшей во времени, статичной чете Йошото. Конечно, герой не понимает их, но это непонимание выражено в обычной для него ироничной форме. Попытки сделать себя взрослым, представительным в глазах окружающий и тем самым поднять свой престиж, оказались тщетными, несмотря даже на костюм, который самому герою казался верхом элегантности. Де Домье Смит навсегда, наверное, останется ребенком и проведет свою жизнь в поиске сестры Ирмы, вознесенной им до небес и превращенной в голубую мечту.

Кажется, как будто рассказ И эти губы, и глаза зеленые… автор создал в некоем музыкальном порыве, в настроении восхищения всем, что способны подарить человеку органы осязания, обоняния и слуха. Обилие определительных, прилагательных, уточнений как будто призваны утолить самые изощренные потребности истинного гурмана. В этом восхищающем пок

s