Севернорусский монастырь как этнолингвистический комплекс

Статья - Русский язык культура речи

Другие статьи по предмету Русский язык культура речи

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



говорным (не церковным) произносительным нормам. Сравним два варианта: блъгъсл⋀v́n (русский) и blaγoslovǣ́n (церковнославянский). Как видно из представленного примера ударный гласный (во втором случае) обладает качеством, отсутствующим в русском варианте, - долготой, которая была связана, разумеется, с особенностями музыкальной речи. Кроме этого, наблюдается различие в темпе и ритме произношения: первое слово произносится быстрее, второе - медленнее.

2). В церковном чтении на распев ввиду особого принципа слогообразования возникают отличия в произношении отдельных гласных. Семинарское оканье не обусловлено здесь только диалектными чертами севернорусских говоров, но самой спецификой исполнения, диктующей ясное произношение безударных гласных.

3). Церковнославянский вокализм сильно подвергался русскому влиянию. Наиболее характерно это заметно в графике текстов. Так, буквы, обозначавшие ранее носовые гласные, как правило, в XVIII веке отсутствуют и заменены соответствующими им монофтонгами. Лишь немногие архаические тексты, искусственно стилизованные под старославянскую графику, сохранили фрагменты графем, обозначавших некогда особые звуки. Это более характерно для старообрядческих рукописей. Вот один из таких фрагментов:

Oужь негдЪ того взЯть

что бы могъ пржде всыс

кть но ткъ томН и быть

Прошю в протчем извинить

и въ томъ мене не сУдить что

веселъ ннЪ Я Болше нЪтъ

того весельЯ и какъ бУдто

оу бЪздельЯ с горЯ пЪсе[н]кУ спо

ю и больше что слУчится

можно и в томъ извинитъ […]

[РГИА 834:3:3430:1].

Можно заметить, что У употребляется в монастырском письме в середине и в конце слова и в XVIII столетии может часто в одних и тех же текстах меняться на у, а ук используется, как правило, в старообрядческих рукописях. Примеры такие многочисленны.

4). Из других фонетико-графических признаков конфессионального языка следует отметить исчезновение еще в древние времена носового гласного юс большой, который, в отличие от юса малого, сохранился в графике поздних текстов, иногда заменяясь непоследовательно на а-йотированное. Орфографическое употребление юса малого и а-йотированного, выработавшееся в церковной графике, не имеет никаких различий в произносительных вариантах и является приемом вполне искусственным, даже индивидуальным, отражающим особенности почерка и стиля конкретного духовного лица.

5). Исчезновение в конце слов ъ и ь свойственно как для церковнославянского языка, так и для русского. В XVIII веке эти знаки могли в ряде текстов вообще отсутствовать или же употребляться спонтанно, не имея при этом особых традиций или установок. В наших рукописях это можно объяснить отчасти малой грамотностью писцов, их местным происхождением. Для монастырских властей было гораздо важнее подать правильную форму документа, чем соблюсти не утвердившиеся в полной мере гражданские и почти утратившиеся канонические знаки. То же наблюдается и с другими буквами.

Третий вид - мирской внеконфессиональный церковный язык, употреблявшийся в быту, получил самое широкое распространение и в деловом обиходе и, до некоторой степени, влиял на звучащую церковную речь. Дело в том, что степень конфессиональности в ее каноническом понимании зависела не только от принятых в богослужении канонов, требующих определенных знаний и книжной просвещенности, но и от местных обычаев говорения, диалектных особенностей местности, в немалой мере влиявших и на церковный язык. Это еще одна особенность северных монастырей - их штат комплектовался в основном за счет желающих иметь монашеское житие местных жителей и притом не всегда грамотных. Так, в ведомости о монахах Сырьинской пустыни 1765 года отмечалось, что в обители находится всего 9 монахов, из них только у одного в графе Знание рuкоделя написано: славенскомu чтеню и писаню обучен [1195:4:385:47]. Показателен и социальный статус монашествующих: образованный монах - из семьи священника из Каргополя, остальные - из крестьян [там же]. В силу этих обстоятельств нам кажется целесообразным включить и местные (диалектные) черты в состав местного конфессионального языка. Эти свойства довольно полно отражаются на страницах частно-деловой письменности. Остановимся более подробно на их характеристике.

1). Наблюдается последовательное разграничение букв, обозначавших гласные а и о в безударном положении: …у меня … выкрадено из чюлана из за замка днгъ ис коробки… [1195:4:14:1], …по бокамъ сьмерьтьно исьтязалъ… [1195:4:18:29], …билъ меня батожьемъ смертно… [1195:3:528:1], …питатися работою своею… [1195:3:529:1] и мн. др. Однако под влиянием оканья в рукописях продолжает фиксироваться [о] предударное на месте [а], но значительно реже, чем в памятниках более раннего времени и часто чередуясь друг с другом у одного и того же писца: …была у нас ат всех складников земляная поверстъка из улишков от Лавровские деревни… [1195:3:398:20], …взяли стокан… [1195:9:53:1]. В соответствии с особенностями северновеликорусского наречия наблюдается правописание начального [о] в именах собственных: …Семько Обрамов… [1195:8:580:1]. Ср. подобное написание у П.В.Владимирова, исследовавшего рукописи Соловецкой и Анзерской библиотек XVI-XVII веков: …Олексино (название местности)…, боран…, в роботах… [Владимиров 1878:12].

И наоборот, там, где исторически было о, писцы нередко помещают а: …о тои лаврентъевоо прапажы ничево де не знаю [1195:3:423:3], …пад челом бием…&

s