Сделки с недвижимостью в Республике Казахстан и России

Дипломная работа - Юриспруденция, право, государство

Другие дипломы по предмету Юриспруденция, право, государство

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



ейного начала. Вместе с тем наследственные доли женщин регламентировались на основании четких предписаний закона, устанавливавшего тип, виды и размеры предметов наследования. Фактические требования хозяйственной жизни вынуждали законодателя создавать в юридической практике сложное переплетение различных оснований, фикций, трактовок, вносивших в наследственное право институты и принципы других правовых сфер: совладельчества, пенсионного обеспечения, представительства, замещения и пр.

Крепостная форма сделки была обязательной для договоров с недвижимостями, впервые об этом упоминалось в указе 1558 г., однако законодатель ссылался в самом тексте на уже установившийся в юридической практике обычай1. Письменная форма сделки, кроме большей доказательственной силы, обладала еще одним качеством в сравнении с устными сделками. Она гарантировала более интенсивную защиту заключенного соглашения со стороны государства, последнему же, в свою очередь, обеспечивалась возможность контроля и надзора за заключенными соглашениями (не говоря уже о реальных доходах от регистрации сделок).

Система договоров, выработанная и закрепленная в праве рассматриваемого периода, характеризовалась определенной размытостью, нечеткостью границ между смежными видами обязательств. Так, договор купли-продажи нередко по своей форме сближался с договором мены.

Договор мены стал особенно широко применяться в XVII в. (по отношению к недвижимым имуществам), когда были запрещены иные способы отчуждения имуществ в пользу церкви. Под видом этого договора фактически осуществлялись реальные сделки купли-продажи и дарения: черты последнего явно просвечивали сквозь мену дорогостоящего имущества на малоценные вещи.

Договор дарения актуализировался в XVI-XVII вв. в связи с той же политикой запретов на дарение недвижимого имущества церковным учреждениям. В этой ситуации дарение реализовывалось через систему "вкладов" недвижимого имущества в монастыри, формой, не запрещенной законом.

Юридическое мышление XVI-XVII вв. придавало формальным элементам обязательства большее значение, чем правосознание более раннего временив.

Усложненный порядок купли-продажи недвижимости проистекал главным образом из того важного значения, которое придавалось этим объектам в условиях феодализма. Прежде всего законодательное нормирование этих отношений было нацелено на сохранение монолитности родового земельного фонда, чем и объясняется особое внимание законодателя к такому объекту, как родовая вотчина. Отчуждение вотчины (со всеми наследственными правами) осуществлялось посредством выдачи отступной грамоты, оформляющей отказ продавца от своего права собственности на имущество и передачу всех вещных прав покупателю1.

Лицо, владеющее недвижимостью на праве условного землевладения, могло отчуждать это имущество не иначе как с согласия действительного собственника вещи ("с доклада"). Однако даже полная собственность на вещь передавалась по договору купли-продажи не окончательно и не полностью, о чем свидетельствовал факт наличия у продавца права выкупать вещь (право, отчасти сближающее договор купли-продажи с договором бессрочного залога). При сделках с недвижимостями законодатель требовал специальной оговорки о полноте передачи прав собственности по договору, однако окончательно это право возникало у покупателя недвижимости не с момента приобретения вотчины, а по истечении 40-летнего срока давности (в течение которого допускался выкуп).

Наем недвижимости по законам рассматриваемого периода выражался в форме арендного отношения (ст. 247-250 гл. Х Соборного Уложения)2, заключавшегося иногда на "вечные времена" (в сделках с неотчуждаемыми тяглыми имуществами), что фактически сближало его с куплей-продажей.

В заключение можно указать на ряд противоречий, имевших место на стыке сфер вещного и обязательственного права, рассматриваемого периода. Если в вещном праве XV-XVII вв. право; собственности презюмировалось как "вечное" и непрерывно длящееся явление, то из некоторых норм обязательственного права (договор купли-продажи недвижимости, а также право залога) явствовал часто условный и "дискретный" характер его отдельных правомочий. Постоянной тенденции к дифференциации и более четкому артикулированию этих правомочий в сфере вещного права (владение, пользование, распоряжение) противостояла тенденция к смешению различных типов обязательственных отношений (ссуда и заем, мена и купля-продажа, дарение и купля-продажа и др.), обусловленная рядом факторов, в том числе политико-правовых. С внешней стороны вещные права регламентировались более подробно и большим числом правовых актов, чем область обязательственных отношений, что приводило к более значительным влияниям в этой последней сфере традиции и норм обычного права.

Документами, в которых законодатель давал исчерпывающий перечень субъектов недвижимой собственности, стали межевые инструкции 1754 и 1766 гг.: таковыми являлись личные дворяне, отставные служилые люди, однодворцы, смоленские рейтары, инородцы, патриаршие, синодальные и архиерейские дворяне, городские и сельские обыватели северных окраин1.

Способами приобретения полной собственности на недвижимости в XVIII в. оставались: пожалование, покупка у казны; дар, мена и покупка у частных лиц и общин; давность владения и приращение.

Недвижимое имущество продолжало играть роль важнейшей экономической базы правящего класса, но в XV 111 в. к этому доб

s