Святые страстотерпцы Борис и Глеб: к истории канонизации и написания житий

Информация - Культура и искусство

Другие материалы по предмету Культура и искусство

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



дно было приспособить для новых нужд - дополнить рассказами о чудесах, творимых святыми, и сделать редактуру и некоторые переделки, направленные на соединение двух произведений в одно целое.

За сорок с лишним лет после его написания стерлась важная в свое время для Святослава Ярославича проглебовская направленность произведения. Установился прочно Борисоглебский культ, и для автора Сказания о Борисе и Глебе уже не столь было актуально, рукой какого святого благословлялись князья, главное, что благословлялись. В это время появляется статья О Борисе, как бе възьръмъ - об облике покровителя Всеволодовичей, а во второй, видимо, специально дописанной части произведения, - Сказания о чудесах, отчетливо выразилась промономахова позиция писателя. Поэтому и в целом Сказание о Борисе и Глебе получилось промономаховым и вполне удовлетворило княжившего в Киеве Владимира Мономаха, уделявшего особое внимание святым. В 1102 г. он тайно (!) позолотил раки св. Бориса и Глеба, а к перенесению мощей в 1115 г. устроил в церкви специально для саркофагов святых терем серебрен.

Недоставало только новой, специально к этим торжествам написанной службы и религиозно-литературного сочинения, которое бы соответствовало запросам нового киевского князя. Таким сочинением стало Сказание о Борисе и Глебе, созданное после торжеств 2 мая 1115 г. Эти торжества, по всей вероятности, были призваны затмить своей пышностью предыдущие. Во всяком случае, Владимир Мономах стремился к этому. А задача новосоставленного жития святых, уже соответствующего церковному канону, - вытеснить и на службе 24 июля Чтение о Борисе и Глебе, что в значительной степени ему удалось. Сам же праздник, с новой службой и новым житием, со временем становится тоже общерусским.

До последнего времени служба, точнее, службы святым Борису и Глебу не были предметом специального рассмотрения, хотя, несомненно, установление времени их возникновения могло существенно помочь как в восстановлении всего процесса канонизации святых страстотерпцев, так и в датировке двух их житий, каждое из которых, как оказалось, связано с определенной службой. Исследования служб, проведенные Н. С. Серегиной и Е. В. Антоновой, появились уже после публикации мной статьи (исследовательницы с ней остались незнакомы) с предварительными выводами о времени канонизации св. Бориса и Глеба и написания их житий9 и не только не противоречат им, но и существенно дополняют.

Попутно замечу, что еще А. А. Шахматов указал на связь Сказания о Борисе и Глебе с летописанием того времени, а Н. Н. Ильин доказал, что летописная статья 1015 г. является переделкой Сказания о Борисе и Глебе. См.: Шахматов А. А. Разыскания о древнейших русских летописных сводах. СПб., 1908. С.29-97; Черепнин Л. В. Повесть временных лет, ее редакции и предшествующие ей летописные своды // Исторические записки. 25. М., 1948. С. 321; Ильин Н. Н. Летописная статья 6523 года и ее источник. М., 1957. С. 209.

Разыскания Н. С. Серегиной показали, что все сохранившиеся до наших дней стихирари домонгольского периода содержат стихиры Борису и Глебу лишь в разделе на 24 июля. На 2 мая в древнейших списках стихирарей служба не фиксируется (выделено мной. - А. У.). Известен лишь кондак Борису и Глебу на 2 мая - мученика Христова. Самым ранним указанием службы на 2 мая являются несколько стихир в ненотированной рукописи конца XIV в РГБ. Ф. 304. 22, причем, что для нас очень важно, в этом разделе помещаются не новые стихиры к празднику перенесения мощей, а выписаны уже известные ранее стихиры из службы на 24 июля. Та же ситуация повторяется и в другом стихираре XIV в., (РГБ. Ф. 113. 3), содержащем в разделе на 2 мая стихиру Придите, восхвалим, также известную на 24 июля10.

Специально приуроченные к празднику перенесения мощей святых 2 мая стихиры появляются в служебной минее только в XV в. Но, что опять же интересно, все стихиры на 24 июля могли выборочно входить в службу 2 мая, и только пять стихир принадлежат исключительно службе 2 мая и не используются 24 июля (С. 93). То есть мы получаем ещё одно существенное подтверждение и первенства дня памяти 24 июля, и его приоритета перед другими борисоглебскими праздниками (2 и 20 мая, 5 сентября).

Корпус песнопений на 24 июля содержит 24 стихиры, два канона, три кондака, икос, седален и светилен (С. 77). По замечанию Н. С. Серегиной, он превышает ровно в три раза гимнографический стереотип одной службы святому по церковному Студийскому Уставу домонгольской Руси (в части стихир). Стихиры Борису и Глебу подразделяются по жанрам в соответствии со структурой службы: шесть групп (по три) подобных стихир и шесть самогласных. Среди них три группы стихир, исполнявшихся в заключительной части службы после псалма Хвалите Господа (С. 77 - 78).

Следует обратить внимание на вывод, сделанный на этом основании исследовательницей: Три группы стихир, исполняющихся на хвалитех, свидетельствуют, что перед нами в списках XII в. не одна, а три службы Борису и Глебу. А из этого следует, что вопрос о датировке культа и произведений Борису и Глебу состоит из трех частей - по числу служб, созданных в разное время (С. 78).

Основываясь на свидетельствах Сказания и Чтения об учреждении в 1072 и 1115 г. двух праздников - перенесения мощей св. Бориса и Глеба, исследовательница относит к ним и составление двух из трех служб, тогда третью, самую раннюю, она относит ко времени Ярослава Мудрого, связывая ее появление с самым первым перенесением мощей св

s