Святой Иоанн Златоуст и его враги

Дипломная работа - Культура и искусство

Другие дипломы по предмету Культура и искусство

Скачать Бесплатно!
Для того чтобы скачать эту работу.
1. Пожалуйста введите слова с картинки:

2. И нажмите на эту кнопку.
закрыть



Суда оно будет причиной великого бедствия и невыносимого огня". Но ему возражали: "Он еретик, имеет в себе дьявола, произносит хулу на Бога, своей лестью ввергает многих в бездну погибели, посему он отвержен отцами". Но Златоуст доказывает своей пастве, что поступать так нельзя ни в каком случае и ни под какими предлогами. Нужно подражать Христу, Который называет Своим ближними "не священника, не левита, а самарянина, отлученного от сонмища за учение и во многом богохульствовавшего, потому что он оказался милостивым". Никто не имел столько любви к Богу, как апостол Павел, но и он в своих писаниях употребил слово "анафема" только дважды, и притом не относя его к определенным лицам. Апостолы и их преемники, действительно, получили власть отлучать от Церкви, но, обличая и отвергая ереси, никто из них не подвергал проклятью еретиков, "не осмеливался произносить такого приговора". Церковь, следуя этим примерам, ежедневно возносит молитвы о всех заблуждающихся. Да и по существу дела произносить анафему непозволительно. Проклинаемый или существует в этой смертной жизни, или умер. Если он жив, то отлучающий его поступает нечестиво, потому что заблуждающийся находится еще в неопределенном состоянии, а если умер, то тем более, потому что судьба его сокрыта у Судии веков, Который один знает и меру ведения, и степень веры: "Откуда мы знаем, за какие слова он подпадет обвинению или как оправдает себя в тот день, когда Бог будет судить сокровенные дела людей?"

Все то, что говорил св. Иоанн Златоуст против ненависти к язычникам и еретикам, не было с его стороны простым ораторским приемом или литературным оборотом речи. Святитель осуществлял все это на деле, и это впоследствии причинило ему много личных огорчений. Лучшие епископы того времени стояли в вопросе о внешних средствах воздействия на иномыслящих выше стремлений окружающей их среды. В этом убеждают некоторые данные из жизни Григория Богослова, одного из предшественников Златоуста на столичной кафедре, равно как и обвинения, с которыми выступили против самого св. Иоанна его враги на соборе под Дубом. Григорий, как и Златоуст, последовательно проводил в жизнь принцип: "Тайна спасения для желающих, а не для насилуемых". Когда православные оказались господами положения, св. Григорий, насадивший в столице Никейскую веру своей проповедью и терпением, не пожелал пользоваться расположением императора Феодосия для преследования ариан и за это подвергался нареканиям. Ему кричали: "Сколько времени управляешь ты Церковью, обстоятельства тебе благоприятствуют и царь ревностен к вере, но в чем видна для нас перемена?.. Кто из начальников областей наказан? Кто из зачинщиков получил должное вразумление? Воспользовались ли мы чем-нибудь для себя самих, чтобы внушить страх и на будущее время?" Точно так же снисходительностью и христианским отношением Златоуста к неверным и заблуждающимся воспользовались его враги. Один из его обвинителей писал о нем: "Некоторых язычников, великих врагов христианства, он принимал, давал им прибежище в церкви и защищал". Его обвиняли также в оригенизме за то, что он оказал покровительство так называемым длинным братьям, гонимым Феофилом Александрийским под предлогом оригенизма. Наконец, Златоуст не согласился подписать анафематствование Оригена, произнесенное Кипрским собором под председательством Епифания.

К числу внешних способов воздействия на толпы в целях их религиозного воспитания, кроме мер принуждения, относится церковное представительство во всех его видах: привилегии и богатая жизнь высших представителей Церкви, великолепие церковных зданий, пышность культа. Эти средства, нисколько не обременительные для лиц, посвятивших себя на служение Богу, а наоборот во многих отношениях приятные, могут быть защищаемы и не по одним только этим мотивам. Роскошные здания, престиж духовенства, красота и пышность богослужения все это в глазах масс, всегда поклоняющихся успеху, сообщает христианству значительность, доказывает его силу, создает для него обаяние. Кроме того, народ, жизнь которого так бедна эстетическими впечатлениями, идет в удобные и красивые храмы сначала, может быть, просто ради хорошего пения и истового обряда, но в церкви проповедуется Евангелие, читается Св. Писание, поются псалмы, и хоть часть всего этого не может не западать в душу слушателей. Наконец, вся обстановка молитвы и богослужения отвлекает мысль человека от борьбы за пропитание и возносит ее в мир идеальных примирений. Но все это может иметь и свою обратную сторону. Когда религиозная жизнь начинает отливаться в такие формы, тогда легко забывается важнейшее в законе суд и милость. Развивается стремление жертвовать непосредственно Богу, а дела христианского милосердия, которые сами по себе составляют душу и силу христианства, приходят в забвение. Далее, религиозное воздействие того, что мы назвали церковным представительством, не проникает глубоко в душу народа и, опираясь не на чисто духовные его инстинкты, не может воспитывать в нем религиозно-нравственного самоопределения. При известной привязанности к внешним проявлениям религиозной жизни, как красивым бытовым формам, очень часто проявляется глубокое равнодушие к самой религии. В бедной сельской церкви по большей части к небу несутся более горячие и искренние молитвы, чем в богатом соборе, и Пасха в деревне, при зажженной бочке из-под дегтя, празднуется с большим энтузиазмом, чем в столице при электрической иллюминации под гро

s