Анализ суицида под углом зрения взаимоотношения человека

С того момента как измерение интенсивности суицида стало частью демографического знания, суицидологи различного толка вынуждены констатировать, что разные эпохи существования

Анализ суицида под углом зрения взаимоотношения человека

Информация

Психология

Другие материалы по предмету

Психология

Сдать работу со 100% гаранией
только мыслящие существа, но и "неразумных" животных. Думаю, что все-таки удивляться стоит, необходимо, ведь даже от такого рода удивления рождается философия.

На протяжении почти уже двух веков неподдельное удивление у философов, культурологов и социологов вызывает ряд загадочных суицидальных констант, в числе которых преимущественно сознательный характер самонасилия, а также стабильность сопровождающих самоубийство асоциальных факторов, к которым относят время дня, пол, возраст и сезон совершения насильственного деяния.

С того момента как измерение интенсивности суицида стало частью демографического знания, суицидологи различного толка вынуждены констатировать, что разные эпохи существования человечества имеют почти постоянный процент лишающих себя жизни в состоянии сумасшествия или невменяемости 1720% от общего числа добровольных смертей, тогда когда жертва самонасилия, не обремененная ни какой-либо психопатией, ни сложными обстоятельствами личной жизни, ни порочными склонностями, годами вынашивает зловещий замысел самовольного ухода из жизни и, дождавшись подходящего по ее расчетам момента, немедленно претворяет его в жизнь. Видимо, именно эта особенность суицида побудила современных медиков, микробиологов, химиков-органиков, а также психиатров-практиков искать в человеческом организме "вещественное" подтверждение скрытой предрасположенности к самоубийству, что повлияло на обнаружение специфики влияния на мозг человека понижения уровня содержания в нем серотонина в качестве своего рода "предсказателя" суицидального поведения. Однако сами исследователи в лице, например, ведущего специалиста в этой области профессора психиатрии Колумбийского университета Дж. Манна, были вынуждены констатировать, что на протяжении всей человеческой эволюции уровень серотонина поражает своими стабильными показателями. Понижение уровня его содержания в клетках мозга недостаточно для научного предсказания суицида, так же как и использование этого вещества в клинических целях по меньшей мере проблематично, ведь "успеха" добиваются, как правило, по мнению ученого, те самоубийцы, которые "заботливо планируют" самонасилие, а не импульсивно действующие личности с разбалансированной нервной системой. Поэтому серотонин может выступить в качестве "фактора риска", но не в состоянии кардинальным образом повлиять на раскрытие "печальных секретов" данного явления. Не только такое новое направление, как нейробиология, но уже достаточно давно и медицина и психиатрия пытаются дать четкую дефиницию понятию "сознательный суицид". Считается, что сам термин "суицид" стал использоваться суицидологами с момента опубликования в начале нынешнего века знаменитого исследования-эссе о самоубийстве французского социолога Э. Дюркгейма, сосредоточившего свое внимание в основном на сознательном характере феномена.

Сегодня суицидологи, как правило, определяют сознательный суицид как результат проявления дееспособной воли, когда страдающим лицом является сам активно действующий субъект, знающий об ожидающих его результатах и сознательно выполняющий план насилия. Перед нами, таким образом, обнаруживает себя феномен особой болезни сознания, для которой еще не придумано медицинского термина, но именно по этому своему показателю он становится объектом пристального внимания философов, социологов и даже политиков.

Исторические корни явления сознательного суицида обнаруживают не только социально-философские, но и политико-правовые аспекты рассмотрения этого феномена. История человечества (известная нам по разным источникам материального и духовного характера) доносит до нас различные трактовки сознательного суицида. С очевидной определенностью можно выделить существование ритуального самоубийства на Востоке (харакири и сати), понятие о суициде как о "легкой" и даже "приятной" смерти периода родо-племенных отношений и некоторых этапов античной истории, а также понятие о греховности самоубийства в рамках христианской культуры. Подобный разброс оценок приблизителен, так как даже в рамках названных культурных ареалов существовали диаметрально противоположные оценки этого деяния не только с этической, но и с политико-правовой точки зрения.

Любопытно, что уже в XXв. периодически происходит возврат к наиболее архаической форме "старческого альтруизма" (самоубийство стариков, человеческие жертвоприношения в древних обществах) , например в трудах знаменитого русского микробиолога и геронтолога И.И. Мечникова, при постановке проблемы эйтаназии современными медиками-онкологами.

В газете "Совершенно секретно" (№ 10. 1996; № 2. 1997) были опубликованы материалы с характерными названиями: "Доктор смерть" об американце Дж.Кеворкяне, враче, помогающем безнадежно больным "легко" уйти из жизни, и "Майданек на дому" отклики читателей на статью о докторе-убийце. Подборка писем указывала на дифференциацию мнений читателей по затронутому вопросу. Даже учитывая тенденциозность преподнесения материала любым средством массовой информации, нетрудно предположить достаточное количество откликов как "за", так и "против" эйтаназии не только в нашей стране, но и в мире. В подтверждение этой мысли можно констатировать, что в сентябре 1996 г. впервые в истории человечества на законных основаниях позволили умереть больному раком простаты в Австралии, в одном из своих штатов легализовавшей такого рода стороннее вмешательство.

Экскурс в историю проблемы позволяет сделать вывод, что именно христианский взгляд на смерть и человеческую свободу привнес нечто совершенно новое в оценку суицидального акта (излишне напоминать о важности влияния христианских ценностей на современную культуру на протяжении всего последнего тысячелетия), по сравнению с восточным ритуалом или античным чувством собственного достоинства (особенно в форме политического самоубийства эпохи римских императоров). Вместе с правом на абсолютную индивидуальную свободу человек в христианском мире получил и особую форму искушения этой свободой искушение смертью по своему разумению с большей силой, чем в античные времена, так как хотя античный мир и знал массовые самоубийства, таких эпидемий самоубийств, какие возникли в христианскую эпоху, особенно в наш век технического прогресса и экологических тупиков, он все-таки не знал.

Совсем недавно, в конце марта 1997 г., Америка была шокирована трагедией в фешенебельном предместье Сан-Диего Ранчо Санто-Фе, крупнейшим в ее истории массовым добровольным самоубийством 39 человек, принадлежавших к культовой организации "Врата Небес". Журнал "Тайм" оценил эту трагедию как намечающийся в США "кризис веры".

Христианство осуждает самоубийство в качестве следствия впадения в смертный грех уныния, а также как форму убийства в нарушение заповеди "Не убий!" (постановление Тридентского собора 1568 г. согласно истолкованию Блаженным Августином шестой заповеди). Эпоха "первых христиан" практически не знает самоубийства (Новый Завет дает в качестве примера две судьбы: отчаявшегося получить прощение своему предательству самоубийцы Иуды и преодолевшего отчаяние троекратного отречения от Христа апостола Петра). Русский философ В.С. Соловьев дал замечательную по своему проникновению в суть проблемы интерпретацию греха уныния (отчаяния) в "Трех разговорах" (см. "Разговор второй").

Век Просвещения в лице Д. Юма и Ж.-Ж. Руссо сломал представление об абсолютной неприемлемости цивилизованным человечеством права человека на смерть. Логическим завершением такого по существу атеистического взгляда на самоубийство в истории человеческой культуры явилось принятие советским законодательством в 1922г. ст.148 Уголовного кодекса, совершенно исключающей наказуемость самоубийства и покушения на него и карающей лишь за содействие или доведение до него.

Учитывая общую направленность рассмотрения феномена суицида в настоящей статье, следует отметить, что от многих европейских государств Россию отличал более взвешенный и дифференцированный подход к этому явлению общественной жизни: законы, карающие самоубийство, постоянно уточнялись и дополнялись. Например, до проведения реформ Петром Великим предусматривался только суд церкви и никакой уголовной наказуемости за покушение на самоубийство или за самоубийство. Первые формы наказуемости сознательного суицида появились в военном уставе ПетраI за 1716г. Позже по русскому законодательству классифицировались два вида самоубийства: суицид, совершенный в состоянии вменяемости (уголовно наказуемо) и в состоянии невменяемости (ненаказуемо), причем меры, предпринимаемые в отношении сознательно покушавшихся на собственную жизнь, постоянно смягчались (см. Уложения о наказаниях 1845, 1857, 1866 и 1885 гг.). Не подвергались в соответствии со ст. 1474 Уложения наказанию лица, которые пошли на смерть из-за патриотизма ради сохранения государственной тайны или из желания сохранить честь и целомудрие (самоубийцы такого рода не лишались церковного погребения, все их распоряжения оставались в силе).

Для сравнения с приведенным дифференцированным подходом к оценке суицида в России достаточно привести несколько примеров европейского законодательства: Англия смягчила наказание за самоубийство только в 1870 г. и лишь в 1961 г. отменила уголовную ответственность за суицид; уголовное законодательство Нью-Йорка считало покушение на самоубийство преступлением до 1919 г.; в России под давлением передовой правовой мысли по Уголовному Уложению 1903 г. самоубийство уже не считалось преступлением, а предусматривало ответственность только за доведение до самоубийства.

Таким образом, ст. 148 Уголовного кодекса от 1922 г. в советскую эпоху явилась логичным завершением отечественного правотворчества. Однако мы оказались не застрахов

Лучшие

Похожие работы

<< < 1 2 3 4 5 6 7 > >>