«В область народного духа» (педагогические традиции К. Д. Ушинского в наше время)

Есть ли смысл ещё раз повторять то, что стало почти аксиоматичным, поскольку большая часть этих положений успешно реализовалась в нашей

«В область народного духа» (педагогические традиции К. Д. Ушинского в наше время)

Информация

Психология

Другие материалы по предмету

Психология

Сдать работу со 100% гаранией

«В область народного духа» (педагогические традиции К. Д. Ушинского в наше время)

Е. В. Карсалова

В каждой сфере человеческой деятельности есть имена и личности знаковые, не только вызывающие уважение и поклонение, но и являющиеся высшим авторитетом, своеобразным компасом, по которому можно проверять правильность избираемого пути. В русской теории и практике образования это К. Д. Ушинский, педагог-демократ, основоположник отечественной научной педагогики, профессор Ярославского юридического лицея, человек, чьим именем назван наш педагогический университет.

Основание всей педагогической системы Ушинского составляет идея народности - «воспитание, созданное самим народом и основанное на народных началах», имеющее «ту воспитательную силу, которой нет в самых лучших системах, основанных на абстрактных идеях или заимствованных у другого народа». Статью «О народности в общественном воспитании» он начинает с глубокого анализа французской, английской, американской, немецкой систем образования и доказывает не только нецелесообразность, но вредность механического перенесения чужеродных приципов на русскую почву, рабского подражания заёмным иноземным образцам. При этом Ушинский был органически чужд шовинизму, славянской национальной ограниченности. Признавая закономерность и необходимость использования достижений других народов, педагог подчёркивал, что оно «…. оказывается безвредным только тогда, когда основания общественного образования твёрдо положены самим народом», а «…воспитателю остаётся только черпать из этого богатого и чистого источника». Вычленим основные положения, составляющие систему народности образования и воспитания Ушинского.

1. Каждый народ имеет свой особенный идеал человека, соответствующий его характеру, обусловленный историческим развитием страны, географическими, природными её условиями, и требует от национального воспитания ориентироваться на этнопсихологические особенности этого характера (в современной терминологии ментальности) и воспроизведения данного идеала в отдельных личностях.

2. Главное место в системе формирования гармонической личности должно быть отведено нравственному воспитанию -развитию патриотизма, гуманности, честности, чувства долга и собственного достоинства, воли, скромности, стойкости, то есть качеств, присущих народному идеалу и необходимых для подготовки гражданина своего Отечества. Причём нравственность органически соединяется с религией, хотя религиозное образование не должно заменять светское, основанное на потребностях реальной жизни и определённого времени.

3. Поскольку одним из «народных начал» является присущее русскому человеку чувство органического единства со своей страной, своей землёй, своей природой, своей историей, но вспыхивающее у отдельных людей «с истинною львиной силой» лишь тогда, когда родине угрожает опасность, необходимо развивать у воспитанников постоянный, повседневный патриотизм, реализуемый при каждодневном исполнении служебных обязанностей, общественного долга, чувство национальной гордости, основанием которого является мощь, отвага, стойкость народа, выдержавшего монголо-татарское иго и другие тяжелейшие исторические испытания.

4. В учебных планах приоритетно изучение родного языка, в котором «одухотворяется весь народ и вся его Родина» и отражается «вся история духовной жизни народа».

5. Поскольку школа транслирует молодому поколению культуру народа во всей широте этого понятия, важнейшими компонентами содержания образования являются предметы «антропологические», воздействующие на внутренний мир личности, позволяющие усваивать многовековой опыт народа, его мудрость, нравственные устои, традиции, духовные ценности: фольклор, философия, история, религия, музыка и живопись и, конечно, национальная литература.

Есть ли смысл ещё раз повторять то, что стало почти аксиоматичным, поскольку большая часть этих положений успешно реализовалась в нашей школе в течение почти всего XX века и крепко вошла в сознание учительства? Однако в педагогических изысках последнего десятилетия весьма отчётливо прослеживается тенденция недооценки национальных основ образования и навязывания чужеродных импортных педагогических концепций и технологий, не соответствующих национальным традициям, национальным ценностям, народной почве. В педагогической печати были упоминания о различных международных симпозиумах, в частности, конференции в Женеве «Развитие образования в России», где в качестве основной чётко звучала мысль о необходимости «создать условия для эволюционной смены менталитета общества через школу» [1]. Подобные идеи широко транслируются и внутри страны. Наиболее подробным, фундаментальным их обоснованием отмечена монография Б.С. Гершунского «Философия образования для XXI века (в поисках практико-ориентированных образовательных концепций)» [2]. В книге немало положений, не вызывающих сомнения, например, определение причин кризисного состояния современного общества и личности: разрыв между Знанием и Верой, неспособность противостоять злу, неготовность системы образования противодействовать негативным тенденциям. Однако в чём видится выход, какие «практико-ориентированные образовательные концепции» предлагает автор? Считая единственным средством спасения нынешней цивилизации КОН-ВЕРГЕНЦИЮ (интеграцию) различных социумов, Б.С. Гершунский полагает главной угрозой настоящего и будущего мира ментальную несовместимость людей и народов, так же как причину недостаточной успешности и скорости реформ в России видит в ментальном противодействии, сопротивлении народа, усиливающемся механизме ментального отторжения. Менталитет, который, по мнению автора, движет и локальными человеческими поступками, и мировой историей, Б.С. Гершунский трактует как глубинные, «корневые», духовно-нравственные культурные ценности и поведенческие установки, которые при условии их согласованного массового проявления по своей духовной энергетической мощи оказываются несопоставимыми с любыми рукотворными материальными энергоносителями или политическими акциями. При проведении реформ в России были использованы и оказались неуспешными такие способы сломить ментальное противодействие народа, как «шоковая терапия» и «социальная хирургия». Более мягкие инструменты «социальной профилактики»: идеология, пропаганда, средства массовой информации - вряд ли могут рассчитывать на безусловный пролонгированный эффект. Отсюда делается вывод, что единственная достаточно жёсткая технологическая (чёткость целеполагания и путей достижения, мониторинг, поэтапная коррекция) сфера воздействия на личность − образование, и задача школы - преобразование и формирование ментальности (или, по терминологии автора, менталеобразование). А поскольку в структурной цепочке результатов образования: грамотность, образованность, компетентность, культура, менталитет − последний занимает иерархически высшую ступень, менталеобразование является задачей основной. Автор отдаёт себе отчёт в том, что ментальные ценности обладают повышенной устойчивостью и интенсивностью. Менталитет российского социума, аккумулировавший народные представления о Добре и Зле, передаваемые из поколения в поколение и закреплённые в социально-генетическом коде и ментальной энергетике россиян, по-своему уникален. Поэтому ставится задача выработки особо действенных технологий, однако пока они предлагаются только на уровне деклараций: «Постараться побыстрее перенести на российскую почву и привить могучему дереву российской ментальности молодые побеги иной, более энергичной и плодотворной ментальности, скажем, ментальности американской» [3]. Но ведь за этим реально стоит подмена духовно-нравственных ценностей, разрыв связей с вековыми традициями народа, навязывание чужеродных поведенческих стандартов, фактически формирование у молодёжи лакейского мироощущения типа мечты Смердякова - уехать в Париж и открыть там парикмахерскую. Что можно противопоставить настойчивой агрессивности подобных идей? Прежде всего опыт великой русской культуры, её национальных гениев, как в сфере образования, так и в области творчества, в частности литературного.

К. Д. Ушинский, преподававший не только юридические предметы, но и родной язык и литературу, с горечью писал о том, что «русская словесность в наших гимназиях всегда была одним из самых вредных предметов», потому что вернее всего решала задачи «непреднамеренного воспитания», раскрывала «дух времени», передовые общественные идеалы, что устраивало далеко не всех. Великий педагог прекрасно осознавал особую роль предмета, позволяющего «осуществлять воспитание патриотизма и гражданского долга», почему и пригласил для преподавания русской словесности в инспектируемом им Смольном институте благородных девиц выдающегося педагога-методиста, сторонника идей развивающего обучения, одного из основоположников отечественной методики преподавания литературы В.И. Водовозова, который всю жизнь считал К.Д.Ушинского своим учителем. Как и К.Д.Ушинский, утверждавший: «сознавая потребность многого, желая многого, стремясь ко многому, педагогика, оставаясь верной своему научно-практическому назначению, должна видеть то, что из этого многого достижимо в данное время, в данном обществе и при данных условиях», В.И. Водовозов был сторонником практического преподавания предмета, предполагавшего, что глубокий идейно-художественный анализ произведения может и должен иметь не только исторический, но и современный аспект, раскрывающий проблемы и потребности данного времени. Если «приложить» эти идеи к современному преподаванию предмета, то в первую очередь необходимо поставить вопрос об отборе произведений, способных оказать большое влияние на молодёжь. Опыт выпускных и приёмных вузовских экзаменов последних лет в Ярославл

Лучшие

Похожие работы

1 2 3 > >>